Наталия Зябкова – Сумеречная госпожа. Заклятое наследство (страница 26)

— Добрый вечер! — тепло улыбнулся он. — Я тебя ждал. Можно пройти в дом, или будем разговаривать на улице?

— Пойдем, — я отперла калитку, махнула рукой на бдительную колючую веточку, как бы невзначай, потянувшуюся к рыжей шевелюре гостя и предупредила:

— Я не смогу уделить тебе много времени.

— Какая занятая особа! — лукаво приподнял бровь Лео. В ярких синих глазах промелькнуло веселье. Даже если отнять память, натуру не изменить — с грустью подумала я, пропуская его в дом. Люк останется Люком даже если его забросить на другой конец Вселенной. Также как и Сильвар. При воспоминании о блондине, я отломила маленькую веточку от куста рябины, так удобно росшей рядом с крыльцом — на всякий случай.

Мой дом никогда не был обычным. Осознание пришло ненавязчиво, исподволь, будто я всегда это знала. Огонь в камине загорался и гас, стоило только пожелать. Пыль не оседала на полированном круглом столе, шкафах, полу… Чайник всегда оставался наполненным и тёплым. Такие приятные мелочи… Непривычные для человека.

Однако, отсутствие Черничника чувствовалось. За короткое время я успела привязаться к этому безалаберному синекожему малорослику. Войдя на кухню, неосознанно поискала глазами фигурку маленького мужчины с кошачьими ушами, сидящую на стуле или подоконнике с тарелкой вкусностей. Не нашла, конечно.

Еда сама собой не готовилась, а чай всё-таки необходимо было заваривать, как и ходить в магазины за продуктами.

— Каждый раз поражаюсь, как у тебя тут мило, — заметил Лео, чтобы поддержать разговор. — С чаем можешь не возиться.

— Если не хочешь, тебе не предлагаю, — парировала я. — Но мне после работы все-таки хотелось бы чего-нибудь перекусить. Пока буду готовить, можешь говорить, зачем пришёл.

Я ожидала, что он заведёт старый разговор о продаже дома, но рыжему адвокату удалось меня удивить.

— С Сандером что-то творится, — без улыбки сказал Королёв. — Я видел, как он сначала изваял с тебя ледяную фигуру, а потом поцеловал. С тех пор он сам не свой.

— Всемогущий Сандер влюбился в серую мышку? — невесело усмехнулась я. Хочу или нет, придётся пока поддерживать игру. Нужно выяснить что известно им обоим.

— Не смейся, — серьёзно покачал головой Лео. — Он замкнулся. Девушку свою прогнал… Она, правда, сама виновата: устроила истерику, а Сандер такого не станет терпеть. Он не хочет говорить даже с отцом, а на меня смотрит с ненавистью. Что я ему сделал, кроме хорошего?

Я поставила вариться два яйца и как раз наливала воду в кастрюлю, чтобы сварить гречневой каши. Лео тронул меня за рукав, а когда подняла на него глаза, приказал:

— Говори правду! Что ты сделала с Сандером?

Первой мыслью было — подыграть, но Люциан, которого я помню, никогда не приказывал мне. До сегодняшнего дня. Что-то всё-таки меняется. Я засмеялась. Это того стоило: даже просто увидеть удивлённое лицо Лео! Его драгоценная магия не подействовала!

— Что смешного? — раздраженно спросил он, вызывая у меня новый приступ смеха. — Прекрати!

Кастрюля упала в мойку, расплёскивая воду. Смех вырывался откуда-то из груди, выворачивая на изнанку, никак не желая останавливаться.

— Да у тебя истерика! — понял Королев, схватил со стола стакан, и налил воды из-под крана. — Выпей!

Теперь я повиновалась, стуча зубами по стеклу, с трудом глотая спасительную холодную воду. Дрожь постепенно отступала. Истерика… Выходит, Сильвар травмировал меня сильнее, чем предполагалось. Я смотрела во взволнованные синие глаза и понимала — ничего ему сейчас не скажу.

— Уходи.

— Ты ведьма? — серьёзно спросил Лео. — Можешь признаться, я знаю, такие вещи существуют. Если так, это всё объясняет.

— Уходи! — отчеканила я.

Ну и задачку задала мне любимая сестрица Тианиель! Найти братьев оказалось проще, чем совладать с собственными эмоциями.

— Нет, — сказал Лео. Я едва сдерживалась, чтобы не броситься на него с кулаками. Да как он смеет?

— Убирайся немедленно!

Сначала приказывает мне в моём же доме, а потом ещё и отказывается уходить! То, что он сделал в следующую секунду, окончательно выбило почву из-под ног. В два шага Лео… нет, Люк, преодолел расстояние между нами и прижал к себе, не обращая внимания на попытки вырваться.

— Тише, Рада! Успокойся. Прости меня, — шептал он. — Ты устойчива к гипнозу? Ещё ни один человек не сумел противиться!

— Не смей! — у меня полились слёзы. — Никогда больше не смей приказывать мне!

— Не буду, клянусь. Что бы ни случилось этого не повторится.

Он успокаивающе поглаживал меня по спине, прижимаясь губами к макушке.

— В работе это очень помогает, — в его голосе слышалась улыбка. — Но с тобой всё по-другому.

Он прижал меня к себе ещё крепче.

Крутой адвокат? Не удивительно! Его манера убеждать непреодолима для человека, как шторм или ураган. Странно — в его руках было спокойно и… уютно.

— Когда я увидел тебя в первый раз, там, на улице, не поверил собственным глазам. Скажи мне, Рада, — прошептал он, — почему всю жизнь я вижу во снах тебя?

Он слегка отстранился, чтобы заглянуть в моё заплаканное лицо.

— Наваждение какое-то.

Я вздохнула. Сказать ему? Слова не заменят воспоминаний. Братья должны сами разобраться кем являются.

Слёзы высохли, жесткая рука истерики наконец отпустила горло. Соврать? Слишком часто приходилось делать это, по приказу. Люку врать не хотелось.

— Ты должен вспомнить, — ответила я. — Сам. Сильвар уже начал вспоминать, поэтому и ведёт себя так. Больше ничего не скажу, не спрашивай.

— Нет, так не пойдёт! — узнаю упрямого Люка. Наверно, только благодаря этой черте характера, у него получалось достойно выходить из тех передряг, в которые неугомонный альв впутывался с завидным постоянством. — Я всё равно докопаюсь!

— Так и задумано, — ответила я. — На другой ответ не стоит рассчитывать.

Надо поскорее взять у Кри-Кри камень превращений. Правда, не представляю, как им воспользоваться, но по ходу разберусь. Ситуация начала сильно утомлять, а особенно пробелы в собственной памяти. Такое впечатление, будто часть личности отгородили стеной с наглухо запертой дверью, а мне приходится подглядывать в замочную скважину, откуда виден только центр комнаты. Огромные куски событий так и остались во тьме. Честно говоря, самой страшновато вспоминать полностью — то, что приходит, не слишком-то нравится.

Я смутно ощущала — та, прежняя Ариадна из Тир Нан Ог, приёмная дочь самой королевы Мэдб, владеющая магией и умеющая противостоять даоин ши, сильно отличается от нынешней, помнящей игры с детьми во дворе, школу… У меня есть мать, отец, бабушка… Осознание факта, что они лишь приёмные, как королева когда-то, ранило больнее, чем хотелось бы.

Люк отпустил меня, нервно пару раз смерил кухню шагами, а потом опустился на стул подле окна. Я понаблюдала за его передвижениями, и вновь занялась прерванным приготовлением гречневой каши — есть хотелось ничуть не меньше.

— Ты сказала — «Сильвар», — наконец произнёс Люк, наблюдая, как раскладываю кашу и яйца по тарелкам, крошу зелень, смешиваю салат…

— Да, — кивнула я.

— Сандера на самом деле зовут Сильвар. Я вспомнил. Он мой… друг?

— Брат. Точнее, мать Сильвара взяла тебя на воспитание, также как и…

— Кого? — он ухватился за окончание фразы, глядя на меня, как пересекший пустыню путник на колодец с водой. Чуть не проговорилась! Я покачала головой, не желая вестись на уловку, и указала на дымящуюся тарелку перед ним:

— Угощайся. Это, конечно, не те изыски, к которым ты наверняка привык, но простая незатейливая еда подкрепляет силы ничуть не хуже кулинарных шедевров именитых поваров.

Он посмотрел на тарелку с едой, будто впервые увидел, послушно взял вилку и попробовал.

— Я не всегда был богат, чтобы ты знала, — сказал он, прожевывая пищу. — Вкусная, кстати, каша.

Я ела молча, обдумывая, как бы его выдворить поскорее — не очень-то хотелось путешествовать по канализационному коллектору в темноте. Хоть бы Кри-Кри никуда не ушла! Всё-таки, принимать её у себя намного приятнее.

Я поставила тарелку в мойку и повернулась к нему:

— Мне правда нужно идти.

Он тоже отставил тарелку, поблагодарил, а потом нерешительно спросил:

— Будет не слишком большим нахальством напроситься с тобой?

После недолгого раздумья, решила согласиться — таиться дальше не имело смысла.

— Пойдём, только ты рискуешь испачкать свой дорогой костюм. Я собираюсь в канализацию. Не передумал?

Люк пожал плечами и встал.

— У меня есть ещё. Идём?

На самом деле, я даже не представляла, где находится вход в коллектор. Взять Люка с собой оказалось очень хорошей идеей. Он довёз меня до окраины, где ветхие домишки перемежались с обширными пустырями, заросшими травой и колючим кустарником. Неподалёку от старого заброшенного одноэтажного домишки, смотревшего на улицу грустными глазами окон без единого стекла, приютился серый выступ цементного сарая. На крыше этого унылого памятника урбанистической архитектуры, доказывая свою неистребимую жизнестойкость, буйно разрослась трава. Массивная металлическая дверь, не сдавшая позиций, лишь слегка покорёженная от «упражнений» подростков-вандалов, в отместку не оставивших ни одного живого места без граффити, была слегка приоткрыта.

— Нам туда, — Люк кивнул в сторону двери.

— Ты уверен? — спросила я, неожиданно растеряв смелость.