Наталия Журавликова – Присвоенная ночь. Невинная для герцога (страница 5)

Широкий матрас, балдахин. Шелковые складки ниспадают на постель, струясь словно водопад.

Белье идеально выглажено, подушки взбиты. В комнате никого.

— Ожидай герцога. И без глупостей! — велел дворецкий. — Раздеваться не нужно. Благородный эрмин прикажет тебе, как именно нужно исполнить его волю.

Он закрыл двери, я услышала как в замочной скважине щелкнул ключ.

Заперта и жду своего повелителя. Сейчас явится уверенный в себе герцог и нагло скомкает и мое платье, и мою девственность.

Я едва сдержала слезы. Не буду показывать ему слабость, его это не разжалобит!

В комнате были плотно задернуты бархатные портьеры, но множество свечей разгоняли мрак, придавали предметам мягкие очертания.

Я смотрела на двери, напряженно ожидая, когда они вновь распахнутся.

И оказалась совершенно не готова к тому, что насмешливый голос раздастся у меня прямо за спиной.

— Приятно, когда тебя ждут с таким нетерпением.

Вскрикнув от страха и неожиданности, я обернулась и увидела, что Максвелл Коллин зашел в опочивальню через потайную дверь рядом со шкафом.

Герцог выглядел неформально. На нем были белая рубашка и темные обтягивающие брюки, удерживаемые на талии широким кожаным поясом.

Максвелл смотрел с легкой полуулыбкой и медленно расстегивал пуговицы на рубашке.

Я уставилась на его сильные загорелые пальцы зачарованным взглядом.

Герцог подошел ближе, встал напротив. Справившись с застежкой, небрежно стянул с себя рубашку и не глядя, кинул ее за спину. Предмет туалета опустился точно в кресло.

А я чуть не задохнулась, увидев полуобнаженное мужское тело. Максвелл поигрывал литыми мускулами. Его фигура оказалась совершенной. Широкие плечи, мощный торс, рельефный живот, на котором выделялись мышцы.

Встряхнув волосами, герцог сделал еще шаг ко мне.

— Встань! — приказал он.

Я повиновалась.

Максвелл откинул с моего лица вуаль, заглянул в глаза.

— Ты ведь еще не была с мужчиной, верно?

— Да, эрмин, — с усилием ответила я.

— Значит, идеально подходишь для этой их… ритуальной ночи Плодородия. Да и для меня, пожалуй, тоже.

Он приспустил платье сначала с моего правого плеча, потом с левого. Я задрожала, почувствовав дуновение воздуха на коже.

Максвелл обвел пальцем контур декольте, вызвав этим еще большую дрожь.

— Совсем еще юная и невинная, — прошептал он, склонившись к моему уху, — боишься меня?

Глотнув, будто у меня комок в горле, я кивнула.

— Зря, — он коснулся указательным пальцем моего лица, очертил линию губ.

— Я умею не только получать удовольствие, но и доставлять его. Эту ночь ты не забудешь, Арлин.

И он с силой рванул мое платье обеими руками, так что послышался треск.

— Терпеть не могу возиться с застежкой, — сказал герцог, срывая с меня свадебный наряд.

2.3

— Пожалуйста, пожалуйста, эрмин… — мои онемевшие губы почти не двигались, я беззвучно молила о пощаде.

Изувеченное платье упало мне под ноги.

Я осталась в нижнем белье.

Глаза герцога сузились. Этот опасный, сильный мужчина рассматривал меня отнюдь не хладнокровно.

Его мощная грудь вздымалась.

Без одежды он выглядел совсем иным, нежели в храме.

Там он был таким нарядным, официальным и отстраненным.

Сейчас же передо мной стоял хищник, который почуял добычу и не отпустит ее. Он намерен полакомиться мной!

— Ты умоляешь, чтобы я оставил тебя? — усмехнулся Максвелл. — Но в моих силах заставить тебя упрашивать меня о противоположном. Чтобы я продолжал и не останавливался.

Его рука легла на мою грудь, накрыв ее.

Герцог слегка сжал ладонь, лаская, поглаживая сквозь тонкое кружевное белье. Я поняла, что он не собирается прекращать свои домогательства. Мне не избежать незавидной участи стать его игрушкой на одну ночь!

Голова закружилась и ноги сами собой подогнулись. В глазах потемнело. Я не смогла удержаться в сознании, падая в черную пропасть. Последней мыслью было: “Что ж, возможно так будет милосерднее по отношению ко мне! Я ничего не почувствую”.

В беспамятстве мне привиделся теплый песчаный берег у моря. Ласковые волны лизали ступни. Свежий ветер холодил щеки.

Выход к морю был из нашей бухты Медлевил, которая и дала название всему уезду.

Иногда я спускалась на пляж, смотрела на волны.

Озорной бриз бросил мне в лицо пригоршню брызг.

Я открыла глаза… и увидела перед собой голый торс герцога Коллина.

— Хотела сбежать от меня в беспамятство? — спросил мой мучитель с насмешкой. — Я скучал, малышка.

В руке герцога Максвелла Коллина был пустой стакан. Его содержимое, надо полагать, сейчас на моих щеках и груди.

Опустив голову, я увидела, что белье намокло. А кроме него на мне ничего и не было.

Бесстыдник положил меня на постель и даже не накрыл.

— Скажи спасибо, что я тебя не раздел полностью, — Максвелл отлично понял, о чем я думала.

— Спасибо, эрмин! — пискнула я.

— Ты очень соблазнительная, — сообщил герцог, ставя стакан на прикроватный столик, — но мне совсем не нравится, что ты смотришь на меня как на горное чудище. А ведь мы можем подарить друг другу множество приятных ощущений.

Говоря это, Максвелл водил пальцем по моему животу, словно рисуя на нем неведомые узоры.

И это небрежное действие вызывало во мне странную и постыдную реакцию, словно везде, где палец касался кожи, запускался вихрь невидимых огненных искр.

— Невинная, скромная, робкая, м-м-м, прямо мечта такого хищника, как я, — герцог улыбнулся, демонстрируя идеально ровные белоснежные зубы.

Поднявшись с кровати, он расстегнул пряжку ремня и высвободился из своих узких брюк.

Я смотрела на него, прикрыв рот ладошкой.

На герцоге оставалось лишь нижнее белье, которое обтягивало… все. И это “все” оказалось крупных размеров.

Герцог опустился рядом на постель, поморщился.

— Мда, с водой я слегка переусердствовал. Но ничего, наша страсть быстро высушит белье.

— Эрмин, — произнесла я дрожащим голосом. К своему стыду, я не могла отвести взгляд от его тела. Никогда еще я не видела настолько неодетого мужчину.