Наталия Сурьева – Кабинет психолога. «Хроника кабинета психолога» (страница 3)

– А что у тебя в личной жизни? – переключает она тему.

– В личной жизни у меня неплохо. Есть мужчина. Не люблю его, но он первый человек за много лет, с кем хочется быть. Иногда… – произнеся эти слова, чувствую, что мне совсем неинтересно говорить об этом, это неважно для меня. – С ним мне хочется быть иногда, он совсем не тот, с кем хочу состариться и быть до конца дней. Не вижу счастья с ним в старости. Опять что-то такое временное… – мой психолог прочитала это на моём лице и не стала копать дальше, поняла, что есть ещё что-то, до чего мы не дошли.

– Из чего сейчас состоит твое счастье? – она встает с кресла, подходит к столу, достает из сумки пачку сигарет, зажигалку, закуривает, затем берет пепельницу со стола и возвращается в своё кресло.

– Слова. Комбинация слов, в них коды. Я люблю слова. Они создают и решают проблемы. Обожаю свою работу. Когда написана работа для клиента, я наслаждаюсь ею, смакую каждое слово. Мои работы отличаются друг от друга – что-то лучше, что-то хуже. Но после того, как анализ готов, я отправляю его адресату и нахожусь в эйфории ещё пару часов. Это очень сладкое время в моей жизни. Как раз сегодня я получила письмо от клиентки. Это письмо – маленький абзац моего счастья. Я очень хочу его прочесть.

Я достаю из сумки листок, очки, надеваю их и зачитываю: «Добрый день. Спасибо Вам за работу. Когда получила отчёт-анализ, я была на даче. Читала его на террасе и сокрушалась от страха, стыда, ненависти, своего ничтожества. У меня отнялись ноги, буквально по стеночке я зашла в дом. Бессилие, слабость, пустота. Не было сил жить. Каждую секунду думала только об этом. Через два дня начала ходить по-новому. Сейчас открываю своего мужа. Мой бедный муж, если бы он только знал, с кем прожил долгие годы! Для себя я приняла твёрдое решение: больше не буду тем, кем была. Мы решили повенчаться, очень жду этого дня. Счастье моих детей не выразить словами, мы дурачимся, и Вы не представляете, как стало хорошо в нашем доме. Спасибо вам. С уважением, Марго».

Я снимаю очки, на моём лице сияет улыбка.

– Что ты с ней сделала? – красиво затягиваясь сигаретой, спрашивает психолог.

– Убила в ней шлюху, которая таскала её по жизни, как на шабаш. Уверена, она будет сейчас лучшей женой на свете. Она справилась с собой, вычистила своё нутро. Несмотря на то, что вся ее жизнь пропитана тайной, она вдохнёт в неё верность и преданность, – с непоколебимой надеждой заявила я.

– Она смаковала свои тайны, а ты? Тебя беспокоят тайны. А там, я так понимаю, вся жизнь пропитана тайным приключением, – отряхивая сигарету в маленькую пепельницу, она внимательно смотрит на меня.

– Что такое жизнь человека? Это какое-то бесконечное открытие, познание, преодоление, приключение. У каждого свой жанр: у кого-то – фантастика, у кого-то – триллер, есть и ужасы.

– Мне кажется, ты поправилась, – вдруг замечает она.

– Да, это так. Больше ем, чем прежде, что-то заедаю. К алкоголю странное отношение – выпиваю редко, не особо хочется, да и некогда. Но когда выпиваю, не могу насытиться: есть ощущение, что выходит какая-то проблема, и мне надо её залить, погасить, затопить – не могу остановиться. На следующий день очень болею, накрывает похмельная депрессия, и так продолжается пару дней. Так было всегда, но сейчас это стало сильнее.

– Не всё так плохо. Зато ты в хорошей форме, – улыбаясь, отмечает психолог.

– Но это ещё не всё. Кино было толчком. На днях смотрела ленту новостей о кино и вижу, как американский режиссёр снимает кино и комментирует фрагменты своего фильма. Это новый фильм, он ещё не вышел на экраны. Боже мой! Во мне поднялась такая ревность, что меня накрыла грусть. Зависть к таланту, возможностям сделать что-то, что потрясёт мир, съедает меня. Вот она и проблема… налицо. Такие же люди, как я, берут и делают. Они верят в себя, любят своё дело и главное: умеют подать и продать свою работу, неважно, фильм это или любой другой продукт.

– Как раз-таки важно, – оспаривает она. – Тебя же не волнует, что кто-то печёт вкусные пироги или летает в космос?

– Меня вообще ничто не волнует – ни пироги, ни пряники, правда, рядом со мной – сплошной космос, мне действительно ничего не важно, я давно уже живу в своём мире.

– Может, тебе надо было стать актёром или режиссёром, сценаристом в крайнем случае? А ты стала психологом, и у тебя зависть к успеху других. Ты завидуешь, что кто-то лучше тебя, – она чуть ли не ругает меня.

– Так и есть, хочу быть смиренной, но это мне сейчас не по силам. Тщеславие заставляет меня делать работу лучше всех. Может, именно поэтому у меня есть кабинет. Его я не променяю ни на какое кино. Моё тщеславие раньше носило конкурентный характер, это перфекционизм – всё доводить до совершенства, – в этот момент я ловлю себя на оправдании своего порока и заигрывании, мне становится стыдно. Замолкаю и опускаю голову.

– Больше двадцати лет назад, когда мы начали с тобой работать, ты не жила «здесь и сейчас», ты всегда жила «потом-потом». У тебя не было прошлого, ты от него бежала, настоящее было только временем, но не ощущением. У тебя было только будущее и грандиозные планы. Я тебе говорила: «Так нельзя, ты пропускаешь настоящую жизнь». Но всё, что ты хотела, сбывалось. Сейчас ты живёшь настоящим и виснешь в нём. Два года назад ты пришла ко мне с разбитым сердцем, сегодня – с фантомом, фильмом, который опять вынес тебя из жизни. Ты бежишь из реальности? Что дальше? – строго спрашивает она у меня.

– Не знаю. Но два года назад, когда я вышла из вашего кабинета, всю боль оставила у вас. Тогда у меня ещё случился серьёзный конфликт в семье, – начинаю оправдываться и обосновывать важность наших встреч.

– Для начала разберись-ка со своим одиночеством. Ты ищешь успеха в том, к чему не имеешь никакого отношения, но на самом деле это – одиночество. Оно не покидает тебя. Почему ты не впускаешь никого в свою жизнь? – спрашивает она.

– Что с ним разбираться, я уже много лет одна: в компании, толпе, даже иногда среди близких – дело во мне. Это я не отпускаю его. Мне так комфортно, не чувствую себя одинокой. Лучше буду одна, чем с теми, кто не вызывает у меня радости в сердце. Я делала попытки быть с кем-то, но нет – проходит время и меня начинает напрягать чьё-то присутствие, человек становится лишним в моей жизни. Наверно, потому что я не люблю его.

– Конечно, не любишь. А что делать с твоей завистью? Между прочим, это мерзко для психолога, – замечает она. И я начинаю объяснять.

– Это барьер, который где-то далеко, я его не вижу, но он точно есть впереди. Расстояние до него – это время, в котором нужно что-то сделать, понять. Но что понять? Что понять? Зависть может вылиться мне боком где угодно – вот чего я боюсь. Я могу заболеть.

– Делай свою работу, и ты обязательно поймёшь. Над чем сейчас работаешь?

– Над музеем чувств, – совсем другим тоном отвечаю, и улыбка пробегает по моему лицу, ведь мне радостно от одной мысли об этом.

– Что за музей? – интересуется она.

– О нём могу рассказывать сколько угодно! – радостно заявляю я. – У наших чувств есть интеллект, эмоциональный интеллект, который надо развивать и воспитывать. Одна из проблем современного человека – распущенность и враждебность чувств. Люди будут приходить в музей и раскрывать, узнавать характер своих чувств. Это будет красивое увлекательное интеллектуальное пространство. Даже если один человек из двух-трёх осознает природу своих чувств, моя цель будет достигнута.

– Хорошо. На сегодня всё. Ты стала совсем другой. Каждый раз новая, и так будет всегда. Подумай только, откуда зависть? Может, это твоя новая цель? – психолог встает и дает понять, что приём окончен.

– Благодарю.

Мы прощаемся.

Я выхожу из кабинета. Я всегда выхожу от неё пустая – вся тяжесть остаётся за дверью, внутри кабинета, она снимает с крючка мои заморочки и больные чувства, которые меня беспокоят даже на бессознательном уровне: иногда мне хочется кричать, это некий вой изнутри. Иногда – спрятаться под одеялом в темноте и одиночестве, но это быстро проходит.

В этот раз, идя по улице, возникло ощущение, что я одна на всём белом свете. Присев на скамейку, сложилась вдвое, практически прижалась животом к бедрам и замерла, в этот момент мне захотелось стать одной общей массой…

Зазвонил телефон, но я не реагировала – мне было всё равно, кто звонит, не была готова говорить. Телефон умолк, но через какое-то время снова зазвонил:

– Привет, мам! Всё хорошо… Как ты?

Мама отвечает, что у неё всё хорошо…

– Я решила, когда закончу с музеем чувств, напишу сценарий фильма, хочу поработать с визуализацией жизни. Ладно, позвоню позже, – отключаюсь и смотрю на свой телефон с сожалением: как жаль, что не могу рассказать маме о том, что творится у меня на душе. Расправив плечи, встаю и тороплюсь домой. Встреча с психологом дала новую цель, теперь надо только действовать.

…Стоит ли начинать всё сначала? Конечно, любое дело нужно начинать с себя. Вот и я для начала решила написать рассказ о себе. Начиная с предков. Цель этой работы – задокументировать прошлое, его влияние на настоящее и будущее. Выделить яркие моменты и то, чему научили меня события.

В этой работе – прежде всего над собой – должна быть главная идея моего будущего. Человек я далеко не простой и давно выстроила отношения с самой собой. Мне очень комфортно в жизни. Я живу в своём мире и дорожу им.