Наталия Шитова – Волчий клык (страница 19)
— В этом он прав.
Мы с Костой на свежем воздухе подпирали стену отдельно стоящего домика, что прятался в тени цветущих деревьев на самом краю сада. Видимо, это был гостевой дом. Косту и Ольгера слуги отвели сюда и оставили в покое.
Когда я поняла, что не могу уснуть в комнате, увешанной кровавыми слезами базалов, я отправилась искать морлескинцев. Ольгер спал или делал вид, что спит. А Коста просто валялся и сразу же вышел из домика.
— Ольгер прав в том, что не к добру он тогда нанял тебя, — задумчиво усмехнулся Коста.
— Это да. Не к добру. Что-то я прямо поминутно становлюсь причиной чужих несчастий и разочарований.
— Он совсем не об этом! Ты все как-то наоборот понимаешь! — устало возмутился Коста.
— Да все я правильно понимаю, не маленькая. А ты, ты что такой странный? Ты заболел? Ты устал? У тебя что-то плохое случилось? В чем дело, Коста? Я привыкла к тому, что ты другой!
— Да, видимо, устал, — лениво согласился Коста, немного подумав. — У меня предчувствие какой-то напасти. Брилле разглядела бы ее, а я только напряжение чувствую, и оно меня мучает. А в этом месте все еще тяжелее переносится. И зачем Ольгер решил тут остаться? Сказали же ему, ничего нельзя сделать. Или он думает, настанет утро, и Ноэль необъяснимым образом вернет ему способность превращаться?
Так хотелось утешить его. Я взяла его за локоть и опустила голову ему на плечо. Коста благодарно вздохнул.
И тут пришла мне мысль. Видимо, помогла наша с Костой поза двух страдальцев. Я вдруг поняла, что легко могу продолжить свое самообразование, и Коста — очень подходящий для этого объект.
Я вгляделась в него.
Что и требовалось доказать. Сеть у него была. Плотная, прочная. Нити спокойного рыжего оттенка. Вот только душа у Косты точно была не на месте. Он не обманывал, эмоции его были на пределе, огромная перегрузка нервной системы, обычной, человеческой нервной системы.
— Коста, я зайду в домик? На Ольгера глянуть.
— Что на него смотреть? Он спит, — буркнул Коста. — Но иди, конечно.
Я расцепила руки и пошла внутрь. Коста, чуть помедлив, направился следом.
Волк спал на полу, лежа на боку, и живот его мерно вздымался. На наши шаги он чуть повел ухом, но глаз не открыл.
Я побоялась его тронуть, вдруг цапнет спросонья. Вгляделась так.
Полный сил и абсолютно здоровый организм — таким был мой вывод. И сеть тоже была на месте. И никаких явных разрывов я не видела. Впрочем, так и должно быть. Даже потеряв возможность превращаться, Ольгер остался сильным магом, и его остальные способности никуда не делись.
Особенно внимательно я обследовала голову и шею волка, как раз там, где у Райса были повреждения. На первый взгляд нити там выглядели точно так же, как и в других местах. Но я смотрела, смотрела — и увидела. Узел. Не очень большой, но тугой комок. Он был неправильным, совершенно чужеродным. Я была абсолютно уверена, что его быть не должно. Несколько нитей перепутались так, что разделить их было невозможно. Я попыталась подергать в надежде, что петли, зацепившиеся друг за друга, разлепятся и распутаются. Но нет, не вышло. Зато Ольгер проснулся. Взглянул на меня, глухо рыкнул и чуть оскалился.
— Больно сделала? Извини… А еще потерпишь?
Волк тяжело сглотнул и замер.
Я снова всмотрелась, так глубоко, как только смогла. Этот узел и был причиной всех несчастий. Но его можно было только порвать. И я рванула.
Ольгер с громким рычанием взвился вверх и, приземлившись на все четыре лапы, бросился на меня и так сильно толкнул всем корпусом, что я отлетела к стене. Из волчьей пасти закапала слюна, и он почти по собачьи грозно тявкнул на меня и снова зарычал. И вдруг зашатался, заскулил и припал к полу.
— Алиша, в чем дело?! — с изумлением выкрикнул Коста. — Ты что творишь?!
— Погоди, я не доделала еще… Ольгер! — я вскочила на ноги и снова села рядом с волком. — Ольгер, надо потерпеть, хорошо? Пожалуйста!
Он зарычал сквозь зубы, потом вздохнул тяжело и замер.
Я взяла его огромную голову в ладони и постаралась больше ни о чем не думать. Потому что я не знала, о чем думать, на чем сосредоточиться, а значит мысли не нужны, нужна интуиция, ведь я толком даже не могла объяснить словами, что я делаю. Разложить все разорванные концы ниточек, из которых состоял узел, подобрать каждому концу нити его пару, соединить… И хорошо бы не ошибиться с парами, а то как соединю несоединимое…
Все нити уже срослись, а мне все было никак не выйти из этого состояния отрешенной эйфории. Я смотрела на цельную идеальную сеть, которая постепенно теряла свой ровный цвет и начинала переливаться всеми оттенками оранжевого. И вдруг вспыхнула алым. Так ярко, так горячо, что я отшатнулась от этого пламени и сразу же выпала в реальность.
Оказалось, что Коста, присев на полу за моей спиной, держит меня на коленях. В домике плавает удушливый запах мокрой собачьей шерсти. На том месте, где я в последний раз видела волка, корчится, пытаясь подняться, обнаженный черноволосый мужчина с неухоженной бородой и глазами цвета горного льда.
— Алиша, ты хоть понимаешь, что ты сделала? — пробормотал Коста.
— Кажется, я сделала невозможное.
Ольгеру удалось встать на ноги. Он сделал несколько шагов в мою сторону и свалился на колени.
— Я твой вечный должник, — проговорил он, все еще тяжело дыша.
— Неужели? — у меня вырвался нервный смешок. — Ты посчитай хорошенько, что ты мне сделал хорошего, что я тебе сделала плохого. Посчитай, а то еще выйдет наоборот, что я тебе должна.
Ольгер поднял на меня изумленные глаза, а потом печально рассмеялся:
— Никак не привыкну к твоей манере шутить.
— Тебе и не надо привыкать.
Я выбралась из рук Косты, встала, осмотрела еще раз маленький скромный гостевой домик и двух растерянных мужчин.
— Я пойду с вами в Морлескин. Тебе, Ольгер, нужна одежда. Я сейчас пойду поищу что-нибудь и принесу. После мы уйдем.
Они оба молчали, не соглашаясь и не возражая.
Я развернулась и вышла на улицу. Ольгер выскочил следом.
— Далеко собрался, без штанов-то?
— Да наплевать. Скажи, как ты это сделала? Ноэль научил?
— Нет, не Ноэль. Он считает, это невозможно. А я просто попробовала.
Во взгляде Ольгера появилось благодарное восхищение. Это приятно, да.
— Так что помалкивайте о том, как ты снова стал человеком. А то Ноэль меня на опыты пустит. Не надо его раздражать, он очень тщеславен.
Ольгер неопределенно пожал плечами и покачал головой.
— Ладно, иди в домик, чтобы никто тебя не видел. Я постараюсь побыстрее вернуться. А потом мы уйдем. Договорились?
— Хорошо, — кивнул Ольгер. — Спасибо.
Он потянулся ко мне, то ли по плечу погладить, то ли за руку взять. Я отстранилась, обошла его и направилась к большому дому в скале.
— Почему ты это сделала? — спросил Ольгер мне в спину. — Прекрасно понимаю, что не ради меня. Так почему?
— Потому что мне надо найти Дайру. Если все так плохо, как сказала Брилле, я должна его отыскать. Ты тоже хочешь помочь Дайре, так почему нам не объединиться?
— Почему ты решила, что я хочу ему помочь? — невозмутимо спросил Ольгер.
— А зачем тогда вы заявились в Питер?
— А что, если я хочу помочь себе, а вовсе не ему?
— Ольгер, ну прекрати это, пожалуйста! Ни за что не поверю, что тебе наплевать на брата!
— Ему на меня всю жизнь наплевать, — равнодушно пожал плечами Ольгер.
— Ты бредишь что ли?! Несмотря на то, сколько он от тебя натерпелся, он все равно помнит только хорошее, как вы детьми были, как в горах играли, каким ты был славным щенком…
Ольгер беззвучно рассмеялся и тут же стал серьезным.
— Вот тут брат не соврал, — процедил он. — Он всю жизнь считает меня своим щенком.
— Какой же ты дурак, Ольгер!
— Ошибаешься, — холодно сказал он. — Так случилось, что однажды мне пришлось поумнеть.
— Ольгер, мне все равно, что вы там опять не поделили в очередной раз! Но ты только что сказал, что ты мой вечный должник. От этого ты не отказываешься?
— Нет. Не отказываюсь.
— Тогда ты поможешь мне. Мне нужна помощь сильного мага. Я ж только лечить умею. А придется, скорее всего, убивать. Так что я пошла за одеждой тебе, ждите.