Наталия Ерошенко – Волшебный аромат любви (страница 5)

Лифт оказался удачно внизу, не хотелось бы подниматься к себе на пятый этаж. За день Марина как-то вымоталась, возможно, от недосыпания. И, пока лифт поднимался, на девушку нахлынули невеселые воспоминания.

Маринина бабушка по отцу, Анна Сергеевна, лишь недавно переехала в квартиру к сыну. Покинула большой частный дом, где было слишком много хлопот для пожилого человека. Там давно уже был проведен водопровод (пацаном Маринин отец таскал воду из колодца), сделана канализация, но все же недоставало многих удобств. Центральное отопление было, но что в нем толку, если в межсезонье все равно приходилось топить печку? Так что Анна Сергеевна перевезла в бывшую Маринину комнату свои вещи и кошку. Кошка Манька была старой, черно-белой и слегка облезлой. Маринина мама поначалу противилась переезду кошки. И лишь ультиматум свекрови («Я лучше умру в одиночестве, чем брошу Маньку!»), заставил сноху сдать позиции.

До этого в семье Марины никогда не было домашних животных. Потому что ее мама считала кошек, собак и прочих – дикими, агрессивными, полными болезней и блох существами. Марина так и не смогла переубедить ее. Такая разумная в других случаях, при возникновении этого вопроса мама была глуха к любым доводам.

Как вариант, мама предлагала дочери завести аквариумных рыбок. У Светы была лимонного цвета истеричная канарейка. У Тамары – лохматая собака, две откормленные кошки и батарея баночек на окне, в которых копошились жуки, пауки и гусеницы. Рыбки были неплохим выбором, уж лучше рыбки, чем ничего… Но, когда они с мамой приехали в областной зоомагазин, Марина испытала лишь разочарование.

Рыбки были… слишком холодными. Слишком лупоглазыми и бессмысленными, чтобы годиться на роль маленьких друзей. Даже мигающие красноухие черепахи не казались заменой чего-то теплого, мохнатого и живого. Марина тайком наслаждалась общением с питомцами Тамары. Играла с ароматной собакой, гладила капризных кошек. Мама замечала и шерсть на одежде и царапины на руках дочери, но молчала. А Марина думала, что обязательно заведет кошку, когда вырастет и станет взрослой.

Но так и не завела. Это забылось, как и многие другие детские мечты – стать балериной, поступить в консерваторию на фортепиано, выйти замуж и родить двоих детей. А теперь…

Теперь, по крайней мере, она уже нашла себе кошку.

Добравшись до квартиры, Марина первым делом замотала котенка в старое полотенце. Тот затих, уткнувшись в ткань тощей мордочкой. С помощью шприца без иглы девушка влила ему в рот немного теплого молока. Котенок жадно глотал и ворочался в полотенце. Когда он высох и наелся, Марина развернула и осмотрела свою находку.

Оказалось, что это котенок-девочка. Веки ее слиплись от гноя. Марина осторожно протерла кошечке глаза смоченной в ромашковом чае ваткой. Неплохо было бы выкупать котенка, но малышка и так уже настрадалась. В свалявшейся темно-серой шерсти бодро сновали блохи. Марина вздохнула – наверняка, в данном случае мама была бы права. Потому что котенок еще и начал глухо кашлять. Марина, расстроенно взяв телефон, обратилась за помощью к Тамаре.

Та удивилась неожиданной просьбе подруги, но быстро нашла в Интернете телефон частной круглосуточной ветлечебницы.

– Я давно говорю тебе – купи ноутбук или хотя бы смартфон! Живешь, как в лесу, без Интернета. А что, если бы меня дома не было?

– Позвонила бы в справочную, – устало ответила Марина. Поскорее завершив разговор, она позвонила в ветлечебницу.

Разговаривая с ветеринаром по телефону, Марина чувствовала на другом конце трубки непонимание. Что-то срочное? Роды, травма? А, Вы просто нашли котенка? Кашляет? Почему бы Вам не привезти его на осмотр завтра?

«Потому что котенку очень плохо! Приезжайте немедленно!» – в конце концов, рассердилась и закричала Марина. Им-то какое дело, опасная ситуация или нет?! Вызов был платным и достаточно дорогим, вот пусть и выполняют свою работу. Когда девушка повесила трубку, то немного удивилась своей агрессивной настойчивости. Она не помнила, когда последний раз кричала на кого-то. Возможно, никогда. Марина слегка устыдилась несдержанности, но результата она добилась. Это главное.

Врач приехал через час. К тому времени кошечка кашляла, не переставая, из крохотных ноздрей сочилась слизь. Ветеринар осмотрел ее и, с сомнением на лице, забрал с собой, завернув в Маринино полотенце.

– Похоже на ринотрахеит с кальцивирозом. Я ничего не обещаю. Или выживет, или нет. Позвоните завтра, – сказал врач, получая деньги за вызов.

Когда за ним закрылась дверь, Марина подумала, что не успела придумать котенку имя. Может, это и к лучшему.

Девушка расстелила постель на диване и забралась под одеяло. Вначале она беспокоилась о безымянном котенке (и немного о директоре), опасалась, что проведет бессонную ночь… Но, после вчерашнего ностальгического концерта в исполнении меломана, Марина уснула, даже не успев загрустить.

Когда сон крепко смежил ей веки, а дыхание стало плавным, из кухни прокралась маленькая тень. Тихо вспрыгнув на диван, тень приблизилась к Марининому лицу и коснулась ее щеки когтистой лапкой. Девушка не двигалась, крепко уснув. Тогда тень, подрагивающими от восхищения пальчиками, начала теребить-перебирать чудесные Маринины волосы. Потом прикорнула ненадолго на теплой подушке, и к рассвету убежала обратно за плиту.

Утром Марина взглянула в окно – день опять выдался умытым, ясным. Конечно, не следовало верить апрелю в плане погоды, но пока все шло замечательно. Розовое, немного заспанное солнце подняло Марине настроение. Но сегодня девушку преследовали мелкие неприятности. Оказывается, вчера вечером она неплотно прикрыла дверь холодильника, и тот потек. Марина бросила на небольшую лужу тряпку, но протирать с утра полы ей совершенно не хотелось. И ночью она умудрилась так активно ворочаться в постели, что запутались волосы, и пришлось несколько прядей раздирать пальцами. Куда-то исчез почти весь изюм, хотя Марине казалось, что хватит еще на пару дней. Но все это казалось пустяками по сравнению с беспокойством за котенка (и немного – за директора).

В шесть утра на звонок в круглосуточную ветлечебницу никто не ответил. И в семь часов, и полвосьмого тоже. И только в пять минут девятого, когда Марина уже спускалась по лестнице, трубку взяла невежливая девушка.

– Какой котенок? Я только что пришла на смену, ничего не знаю. Перезвоните позже.

В восемь пятнадцать, в троллейбусе:

– Я еще не осматривала животных, сказала же, перезвоните позже! Ночью, насколько знаю, никто не умер.

В восемь сорок, перед крыльцом «Оргтехкома»:

– Да, жива Ваша кошечка, жива! Вовремя к нам привезли. Грязная какая, на помойке нашли, что ли?

Из разговора Марина поняла, что маленькой кошке уже немного лучше. Ей сделали необходимые уколы, дали микстуру, и даже выловили руками большую часть блох. Пока что пациентка успешно борется с болезнью под присмотром опытного врача. С глазами есть какие-то проблемы, но кошечка не слепая. Вечером животное можно навестить, и оплатить лечение.

Хорошо, Марина так и сделает. А после… после она навестит директора. В надежде, что таким образом сможет хоть немного смягчить свою совесть. С директором не случилось ничего страшного, и ее визит мог бы показаться странным. Но лучше повести себя странно, чем терзаться нескончаемыми угрызениями совести. Тамара бы ее поняла.

Марина добралась до работы без приключений, и размышляя о вчерашних событиях. Миновав огромного, сонного охранника Николая, девушка поднялась в свой кабинет. Поздоровалась с Лианой Петровной, уже пребывающей на своем месте, – кивок в ответ. Марина вздохнула и сняла пальто. Несмотря на излишнее, как зачастую весной, отопление, в кабинете было зябко. Лиана Петровна не доверяла кондиционерам и старалась держать форточки открытыми.

Находиться рядом с Лианой Петровной было неприятно – казалось, веет психологическим арктическим холодом. Было известно, что у нее любящий муж, три заботливые дочери и пять веселых внуков. Тем не менее, Лиана Петровна предпочитала проводить большую часть времени на работе. Она приходила раньше директора, уходила позже уборщицы, и часто трудилась на выходных.

С Оксаной, менеджером по работе с клиентами, было намного веселее. Темноволосая, темноглазая, с румяными щечками, она была похожа на сытую купчиху с картин давних лет. Одевалась ярко – юбки, шали, крупная бижутерия. Косметикой пользовалась безудержно и, на взгляд Марины, безвкусно. На голове – высокая кудрявая укладка, в ушах – серьги гроздьями. Щедрая на слова, богатая на угощения. Оксана всеми силами поддерживала и опекала новенькую. А также зачастую использовала ее вместо бесплатной прислуги.

Поеживаясь, Марина прошла к своему компьютеру и включила его. Умытый влажной салфеткой, монитор мерцал, ободряя девушку репродукцией старинной японской гравюры. На картинке печально смотрела вдаль изящная дама в длинных одеждах. На душе после вчерашних событий было как-то неспокойно.

Но не успела Марина загрузить рабочую программу, как сзади прозвучал звонкий, радостный голос Оксаны:

– Доброе утро, Лиана Петровна! Привет, Марина!

Лиана Петровна сдержанно ответила, не отвлекаясь от работы. Марина обернулась и поприветствовала коллегу.