Наталия Еропова – Марта (страница 25)

- Не выделывайся, Вень, - холодно обрываю его я. – Слушать противно, а поддержки ты здесь ни от кого не увидишь.

- Скорее, я бы даже сказал, он сильно рискует, - неожиданно подает голос Юра.

- Но согласись, идея же лежала на поверхности! А упаковать ее уже было делом техники… Но, я еще раз обращаю ваше внимание, задача состояла лишь в том, чтобы уронить твой имидж. Агентство, понятное дело, пошло бы паровозиком, блудный сын вернулся бы в объятия отца. Да даже если бы агентство устояло, не стал бы он с такой, как ты, работать. Кто ж знал, что ты выкрутишься?

- Артем, стой!!!

Марк успевает перехватить его, прежде чем тот выскочил за дверь. Глаза у него злые-презлые, по скулам гуляют желваки.

- Тёма, Тёмочка, успокойся! – бросается к нему Зоя.

- Ладно, я вижу, вам теперь не до меня, - самодовольно ухмыляется Веня, - пойду, пожалуй. Но только запомни, Марта! И ты, Аня, запомни, однажды я вас свалю! В нормальной честной конкуренции свалю, без вот этой вот ереси!

На мой гипс летит еще один недовольный взгляд. Ему так не хочется принимать на себя ответственность за случившееся, что он всячески пытается трансформировать реальность, развести эти два события: раздор в доме Белыхов и его попытку разделаться с «Видали?!», как можно дальше. Он пафосно заявляет:

- Это не мой метод!

В ответ я лишь пожимаю плечами, но Вене этого достаточно. Задрав нос, он уходит, искренне убежденный, что оставил за собой последнее слово. Что ж, если ему так нравится, пусть думает. В принципе, он прав, до него сейчас никому нет дела.

- Артем, выдохни, - просит Марк. - Ну что ты собрался? Бежать скандалить? Смысл в этом какой? Чего ты добьешься?

- Тёма, послушай его! – трепетно умоляет Зоя. - Не надо сейчас никуда уходить!

Но он не слышит, ему слишком больно. Он слишком зол. Он еще не за дверью лишь потому, что Марк заступил ему дорогу.

- Артем, - я подхожу и встаю перед ним, вынуждая посмотреть мне в глаза. - Когда ты пришел, ты сказал, что тебе не хватает гибкости. Что ты сын своего отца и хочешь научиться вести себя по-другому. Не кажется ли тебе, что это как раз подходящий момент?

Сравнение с отцом его отрезвляет. Он не хочет быть таким – особенно теперь. Артем в линию сжимает губы и с шумом выдыхает.

- Марта! Марк! Что мне делать?

Совещание с "Большим Боссом"

В малом совещательном зале «Ноксархи» довольно уютно. Темный овальный стол, комфортные сиденья, в панорамных окнах вид на серую Неву в мареве моросящего дождя. Суховатый теплый воздух, пахнущий новой бумагой и офисной пылью, создает ощущение спокойствия и защищенности. Приветливая секретарша, классическая, как с картинки: в очках, со строгим пучком на затылке, в белой блузке и черной юбке-карандаш, цокая каблучками, разносит напитки – минеральную воду, кофе или чай на выбор. В наборе также сахар, лимон и сливки – сервис на высшем уровне.

Белых-старший предлагал собраться в его кабинете, но Артем отказался наотрез. И это понятно, там его отец чувствовал бы себя на своей территории, а давать ему такое преимущество обозленный сын никак не хочет. Они сидят друг напротив друга на длинных концах стола, вроде бы близкие люди, но каждый со своей правдой, одинаково разочарованные и обиженные друг на друга. Мы расположились между ними – Марк, я и Аня. И каждый из присутствующих понимает, что разговор предстоит очень и очень непростой.

Марк предлагал пригласить медиатора, но его теперь уже бывший босс действительно слишком консервативен. Отказался наотрез, мотивируя тем, что не потерпит присутствия постороннего в семейных делах. Услышав это, я качаю головой – профессионала он боится, а перед Веней вывалил всю правду, будто тот ему родной… Жаль, медиатор на этой встрече точно не помешал бы.

Денис Белых преследует все ту же цель – вернуть наследника под свое влияние и лепить из него преемника по образу и подобию. Веня был неправ, когда сказал, что у него только один ребенок. «Ноксархи» такое же детище. Несмотря на то, что мы очень и очень разные, в этом смысле я прекрасно понимаю его. В эту компанию Денисом Белых вложено ничуть не меньше души, времени и сил, чем в родного ребенка, и в каком-то смысле, быть может, это детище даже более любимое. Потому что оно не столь строптиво. Оно более послушно и податливо. У «Ноксархи» нет своей воли, оно живет волей «отца». Артем волей отца жить не хочет. Он готов участвовать в управлении компанией, но на своих условиях, с правом голоса, с правом принимать самостоятельные решения. Но какой же родитель согласится отдать одного своего ребенка в подчинение другому? И какой же взрослый самостоятельный мужчина согласится жить чужим умом, всегда действовать по чужой, пусть и отцовской, указке?

Я вспоминаю наш вчерашний разговор, когда мы готовились к этой встрече:

- Я просто хочу быть собой! Я хочу жить своей жизнью! Думать своей головой, исполнять свои решения! – с отчаянием объяснял он мне. – Отец никак не может понять, что мне уже давно не пять лет, что я уже не буду как раньше обожать его и выполнять каждое его слово! Он думает, что если на меня поднажать – я сдамся. Он всегда так поступал со всеми, кто с ним не согласен. А если не получалось нажать – мог и сломать!

- Так кто из вас кого должен сломать? – спросила я его тогда. И он дернулся, будто споткнулся на полном ходу. А потом долго смотрел на меня – со злостью, с отчаянием, с сопротивлением. Но в итоге сказал лишь:

- Ч-черт!

Потому, что он действительно умный. И понял, что его «быть собой» слишком уж напоминает желание отца «прогибать» этот мир.

- Ч-черт! Это какой-то тупик.

- Нет, Артем. Это точка входа. Вот такая, какая есть, со всеми фактами и условиями. Ты знаешь, чего ты хочешь. Думай, что нужно сделать, чтобы дойти до цели.

Владлен в тот момент мог бы мною гордиться!

И вот мы сидим в малом совещательном зале «Ноксархи». Вокруг кипит жизнь большого офиса, а здесь течет неспешная беседа, но за этой тихой благопристойностью кроется колоссальное напряжение, и я опасаюсь, как бы оно не рвануло. Как бы не разнесло вдребезги хрупкую возможность все наладить. А я верю, что такая возможность есть.

Мы с Аней здесь по приглашению и настоянию Артема. Он готов разговаривать с отцом лишь после того, как тот исправит то, что натворил. Ни я, ни Аня не понимаем, что он подразумевает под этой формулировкой.

Марка Артем тоже позвал, и я вижу, как сложно ему дается этот визит. Он очень разочарован в бывшем руководителе и сильно переживает. Он отдал «Ноксархи» четыре с половиной года и сильно привязался к этой компании, но теперь не видит для себя возможности работать здесь дальше.

- Так вот она – Марта, которая всегда приземляется на лапы, - Белых-старший оценивает меня тяжеловесным взглядом серых выцветших глаз. Синяк на лице я сегодня тщательно закрасила, но сломанная рука достаточно красноречиво напоминает о последствиях его подхода к решению семейных проблем.

При личном знакомстве становится ясно, почему Веня назвал его стариком. Денис Белых всегда избегал публичности, нигде нет его фото, но теперь очевидно, что Артем – его поздний и, возможно, даже уже нежданный ребенок. По ощущениям Белыху хорошо за шестьдесят: грузный, седой, с короткой шеей, агрессивными суховатыми брылями и требовательным выражением лица. Внешне они с Артемом совсем не похожи, наверное, сын пошел в маму-модель.

- Любопытное сравнение. И лестное, пожалуй, приму за комплимент.

В нашей «веселой» компании я, наверное, чувствую себя наиболее легко и свободно. Отец и сын пока еще ни о чем не договорились, Аня нервничает, опасаясь, что хозяин «Ноксархи» окажется мстительным и изобретет еще какую-то пакость, Марк погружен в мрачные раздумья о будущем.

А мне хорошо. Новое знакомство высокого уровня, и у нас есть все шансы обернуть его себе на пользу. Белых-старший меня не подавляет. Он, конечно, Большой Босс и все такое, но я очень четко понимаю, что он такой же неидеальный человек, как и все мы. Его высокомерие, раздражительность, легкая агрессия в какой-то степени даже успокаивают, ведь за всеми этими эмоциями скрывается совсем другое: страх и неуверенность. Не было бы их – сидел бы себе спокойно, не строил бы из себя короля вселенной.

Он смотрит на меня долгим строгим взглядом и решает:

- Пусть будет комплимент. Хотя мне есть за что вам предъявить.

- Вот как?

- Благодаря вам я лишился одного из своих лучших менеджеров и оказался в ситуации, когда мой родной сын слышать не хочет о том, чтобы работать со мной. А ведь мы с ним почти договорились…

- Мы не договорились! Это ты себе придумал, что сумел меня убедить! Ты всегда веришь только в то, что хочешь! – тут же агрессивно откликается Артем.

Ну вот! Неосторожные слова отца молниеносно повышают уровень агрессии сына. В тихом малом совещательном зале воздух буквально загущается от вибрирующих эмоций. Мне вспоминается, как Марк сказал однажды, что младшего Белыха болтает между мальчиком и мужчиной. Вот сейчас Артем и в самом деле мальчик, без всяких кавычек. Мальчик, мнение которого годами игнорировалось, и за этот игнор он накопил огромную обиду. И пока он держится за эту обиду - она не даст ему повзрослеть.

- Артем, - мягко прошу я, - давай сейчас просто выслушаем твоего отца. Ты тоже вы скажешься, в свое время.