Наталия Еропова – Марта (страница 26)

Он смотрит на меня долгим и каким-то подраненным взглядом, но, к счастью, я вижу как меняется его лицо – он берет себя в руки, усилием воли «включает» взрослого и становится спокойным и рассудительным. Теперь помолимся, чтобы он продержался в этом состоянии как можно дольше.

- Я могу продолжать? - холодно осведомляется Белых-старший.

- Конечно, мы вас слушаем.

- Благодарю. Ладно, все это лирика, - он бросает еще один пристальный взгляд на сына, - а мы здесь собрались для дела. Артем, я обращаю твое внимание, что предложение, которое я сейчас озвучу, сформировано по твоему настоянию. Оно следующее: вам, - он поочередно кивает мне и Ане, - я предлагаю долгосрочный контракт. Последние события показали, что вы умеете оперировать людским вниманием, направлять его в нужную сторону и извлекать из этого выгоду. Конечно, у нас есть свой рекламный отдел, но вас я приглашаю для регулярных консультаций и, возможно, проектного сотрудничества.

Так вот на что намека Артем, говоря об исправлении ошибок! Долгосрочный контракт с «Ноксархи»! Нам с Аней даже переглядываться не нужно, мы обе знаем, что согласны. Это стабильный заработок, это та самая опорная база, с проблемой создания которой сталкивается каждый, кто ведет проектную деятельность. Это еще и мощный убедительный кейс! Если после всего такая компания готова вести с нами дела – это весомый аргумент, убеждающий, что нам по-прежнему можно доверять. И отсюда уже рисуются хорошие перспективы для привлечения новых и возврата части старых клиентов.

- Вам, Марк Михайлович, могу лишь повторить, что я сожалею о принятом вами решении. Оно вызвано эмоциями, которые мне где-то понятны, и поскольку все это не имеет отношения к профессиональной этике, я готов закрыть на это глаза. Буду рад снова видеть вас в команде, обдумайте это. Но прошу не затягивать с решением, должность ключевая, я не могу долго держать ее пустой.

Марк угрюмо смотрит на бывшего руководителя и лишь молча качает головой в ответ. Мы с ним обсуждали это, и я уже знаю, что для него здесь принципиальный момент. И дело именно в этике, только не профессиональной, а общечеловеческой. Решение собственных семейных проблем за счет разрушения чужой карьеры и судьбы – не тот подход, который он хочет видеть от человека, за которым следует и на которого равняется.

А вообще, конечно, очень показательно то, как ведет себя Белых-старший. Он уже за всех все решил, сразу взял инициативу в свои руки и четко ставит рамки. На миг я вспоминаю железную маму Безумной Лики и отвлекаюсь на мысль о том, что могло бы выйти из их знакомства. На мой взгляд, вариантов два: либо сразу поняли бы друг друга и плотно спелись, либо начали активно меряться, у кого длиннее градусник и записали друг друга во враги на веки вечные. Правда, возвращаясь к нашей ситуации, надо отдать ему должное, в том, что не касается его сына, он ищет варианты, предполагающие взаимную выгоду, а не только его интересы. С сыном же все обстоит сложнее:

- Тебе, Артем, я хочу сказать: пора взрослеть. Тебе давно уже пора быть рядом со мной и вникать в управление делами. «Ноксрахи» – крупная компания, здесь много нюансов и разобраться в них с наскока не получится. А я не вечный.

- Что ты предлагаешь?

- Возвращайся в компанию. Учись вести дела, у нас будет совместное управление.

Артем делает глубокий вдох прежде, чем ответить. Я вижу, что от волнения его пальцы подрагивают, и в голосе тоже слышится вибрация и некоторая сдавленность, как у человека, который прилагает большие усилия, чтобы держать свои чувства под контролем. Но все же говорит он рассудительно и довольно спокойно:

- Пап, я очень люблю «Ноксархи». Это важная часть моей жизни, и с ней я связываю свое будущее. Для меня проблема заключается в том, что твое «совместное управление» подразумевает, что все решения принимать будешь только ты, а я стану с ними безропотно соглашаться. Конечно, у тебя больше опыта, но я ведь тоже уже не ребенок. Тупо кивать, даже если я не согласен – для меня это неприемлемо, поэтому мне не подходит твой вариант. Но у меня есть встречное предложение – консультирование. Ты остаешься единовластным хозяином здесь, а я становлюсь твоим консультантом с альтернативной точкой зрения. Будем обсуждать ключевые вопросы, я буду давать свои предложения, ты будешь мне объяснять свою позицию, но все решения и их реализация останутся за тобой. Я не буду принимать реального участия в управлении компанией, и не буду разрываться между переживаниями, что не смог донести свою позицию и ответственностью за результат, с которым я не согласен. До тех пор, пока мы не научимся понимать друг друга и доверять друг другу.

Слова не мальчика, но мужа! В эти минуты меня разбирает гордость за Артема. Все-таки он нашел в себе достаточно моральных сил и мудрости, чтобы отказаться от идеи пойти на отца лоб в лоб и попытаться перекроить его, и стал искать варианты, как с ним договориться на приемлемых для себя условиях.

Белых-старший ставит локти на стол, сцепляет ладони в замок, пристраивает на них подбородок и долго внимательно разглядывает сына из-под тяжелых седых бровей. Наконец он произносит:

- Это интересный вариант. Мне нужно его обдумать.

Ясно, не хочется соглашаться сразу. Уверена, он попробует еще хотя бы раз уговорить сына, один на один, без свидетелей. Но, скорее всего, победа останется за Артемом, как мне кажется, он нашел весьма достойный компромисс.

Фух… Гроза не случилась. Желание сохранить отношения и сотрудничество победило, отец и сын, отказавшись от тактики давления, угроз и манипуляций, перешли к формату переговоров. И я уверена, что главная заслуга в этом – Артема.

- Знаете, а мне будет его не хватать, - говорит Аня Бересклетова, когда мы стоим на парковке, собираясь уезжать. – Вроде и недолго побыл у нас, а как-то вписался. Непростой, конечно, парень, но оказался свой.

Здание «Ноксархи» отливает золотом, отражая внезапно пробившийся сквозь серую вату солнечный луч. Ветер пахнет речной водой, высоко над нашими головами кружатся и кричат чайки. Марк стоит задумчивый и печальный, засунув руки в карманы и опустив плечи. Он прощается. Как и Артем, он связывал с этой компанией свое будущее, но теперь эта связь оборвалась. И в месте обрыва душа пока что кровоточит.

Я знаю, что он справится, но все же подхожу со спины и обнимаю его здоровой рукой. Потому, что он мне дорог. Потому, что хочу разделить с ним эти не самые светлые минуты. Потому, что хочу, чтобы он знал, что я рядом, поддерживаю, благодарна ему.

Аня тактично отходит и отворачивается, переключив все свое внимание на телефон, а мы стоим некоторое время, прижавшись друг к другу, и просто молчим, отпуская прошлое. Потому Марк разворачивается ко мне, обнимает за плечи и легкими губами целует в лоб.

- В конечном счете, - философски улыбается он, - я нашел больше, чем потерял.

Как все сложится в дальнейшем

А потом будет еще очень много всего. Тех девушек, которые сломали мне руку, будут судить. Они, конечно, дурехи, и действовали не столько по реальной злости, сколько по глупости, да и вышло все почти случайно. Но это не значит, что я готова это спустить на тормозах. Это принципиальный момент – никому нельзя меня бить. Впрочем, учитывая несовершеннолетний возраст и общий контекст инцидента, они отделаются штрафами и принудительными работами. Так что в целом это получится больше воспитательный процесс, чем реальное наказание, и меня это вполне устроит. Плюс мы подсуетимся и подключим СМИ к этой истории. Повод, конечно, уже не такой громкий, как вся предыдущая драма, но все же кое-какую рекламу себе на нем сделаем.

А вот хулиганов, которые изгваздали дверь и окна бизнес-центра, увы, так и не нашли. Жаль…

Пётр Петрович вместе со своим Петровичем добьются очень неплохих результатов. Они научатся с помощью ИИ делать контент ещё более интересным, станут приглашать на эфиры своих зрителей, проводить совместные активности с другими блогерами и даже начнут продавать собственный мерч. А также в рамках волонтёрской деятельности будут делать ролики, посвящённые заботе о бездомных животных и защите окружающей среды. Блогером-миллионником он так и не станет, но крепкую аудиторию более десяти тысяч подписчиков наберет. Его даже пригласят поучаствовать в паре проектов в качестве эксперта по раскрутке образовательных каналов, где он, как и обещал, даст нам самые искренние и положительные рекомендации.

Веня, конечно же, предпримет еще не одну попытку одолеть нас в «честной» конкурентной борьбе. Контракт с «Ноксархи» станет для него оплеухой, еще одной обидой, которую он запишет на свой личный счет. Веня потратит много времени и сил на попытки переманивать наших клиентов, но удастся ему это лишь однажды. И мы не станем так уж сильно горевать об этой потере. Со временем из пиара он переквалифицируется в блогинг. Его любовь к острым темам и редкая, провокационная подача быстро найдет достаточное количество почитателей. После женитьбы на подданной другого государства он и сам переберется за границу, утверждая, что только там и есть настоящая жизнь. Через пару лет погибнет в автокатастрофе, не справившись с управлением роскошного, но излишне приемистого автомобиля на скоростной трассе. Смерть его будет мгновенной, но в информационном пространстве еще долго будет встречаться Венин сомнительный, но яркий цифровой след.