Наталия Булдакова – Куда катится мир? Летопись мотодвижения (страница 20)

Мы в Москву перетащили много людей из области. Много кто куда устроился через знакомых. А вот чтобы все что-то одно делали, ну я не знаю. У нас клубу уже будет 14 лет, но чтобы у нас все собрались и, допустим, пекли гамбургеры, я думаю, что навряд ли получится. Если уж прям что-то прибыльное такое… но и это вряд ли.

Да, люди не бедные, но и не олигархи, которые что-то там мутят. Они имеют определенную заработную плату, какую-то там работу, не разгильдяи, не раздолбаи, не алкаши, не пьяницы, не бомжи. Все деловые, как бы, а вот собрать всех куда-то в одну гамбургерную-пельменную, чтобы пельмени варить, я думаю, что это будет сложновато для любого клуба. Поэтому, наверное, проще иметь много людей, которые занимаются разными делами: кто-то сварщик, кто-то повар, кто-то охранник, кто-то дальнобойщик.

Можно каждому позвонить: у одного фура, у другого магазин, у третьего автозапчасти, у четвертого мотозапчасти. И в этом больше пользы клубу.

А собирать, срывать всех людей с насиженных мест, чтобы заниматься одним общим делом, – задача почти невыполнимая. Или это должно быть такое дело, на которое все люди пойдут. Но вот сейчас уже не те времена, чтобы что-то такое сделать и этим заинтересовать 50-60-100 человек, чтобы все пошли на клуб работать, бросив свою работу. Ну не те сейчас уже времена.

Вот смотри, каждый МС-клуб должен иметь свою территорию, да? Ну, по крайней мере, на уровне теории. В Москве мы сейчас имеем ситуацию, в которой «в каждом гараже по МС-клубу», а массовое появление новых МС-клубов напоминает анекдот про спортбайкеров на Смотре. Многие появляются из ниоткуда, без поддержки со стороны других клубов и даже без кивка головы, что называется. Появляются – исчезают, появляются – исчезают. Как это влияет на клубное движение и влияет ли?

Сейчас никто это не регулирует. Раньше когда-то давно это все-таки как-то регулировалось. Сейчас никто этим не занимается, поэтому открытие МС, МСС, RC или каких-нибудь Бр-бр-си и чего угодно еще стало похоже на анекдот про Смотру: «А что с вами здороваться, если вы каждый год новые?». И вот такие вот МС, они как открываются, так и закрываются бесславно. Без истории, без флага, без Родины. Они открылись, вот они тут же и пропали через полгода, может через год. Чтобы клубу быть, ему надо о себе заявлять. А без идеи нет будущего.

Если нет у клуба идеи, то они открылись и через полгода разосрались. И пропали. Их даже никто и не узнал. Поэтому к ним относятся, конечно, с осторожностью. Какой-то новый клуб: «А вы что? А вы откуда? А вы с кем?».

И приходишь к тому, что нет лучше друзей, чем друзья старые, те, кого ты знаешь. С ними совершенно по другому общение идет. Хотя тоже не всегда. Коль мы уж вспомнили про старых друзей, про ветеранов из той старой олдскульной команды, то даже среди них (клуб Veterans MC в изначальной идее объединял ветеранов мотодвижения России и стран СНГ) настоящих ветеранов мотодвижения осталось раз-два и обчелся. Сейчас там какая-то молодежь непонятная, и они уже совсем не ветераны. Что там творится я не могу знать, и это не мое дело абсолютно, но то, что у меня происходит на глазах, совершенно не соответствует каким-то заявленным условиям, так скажем. Это уже совсем не тот клуб, с которым мы когда-то дружили. Там уже люди совсем не те. Те люди, которые пришли сейчас в Veterans MC, нас даже многие вообще не знают. И не только нас не знают, они многих не знают, они вообще много чего не знают из истории своего клуба. Они не знают, что наши клубы изначально дружественны друг другу. Они не знают, что связывает их клуб и наш. Они просто нашивки красивые нашили, и им хорошо.

Я прекрасно тебя понимаю. У меня тоже есть такой один клуб, с которым у нас много пройдено, проехано, пережито. И там тоже очень мало осталось тех, кто был в клубе, допустим, 10 лет назад. И когда я к ним приезжаю, мы друг друга уже не понимаем, потому что мы друг друга не знаем.

Мы тут были у Белых Воронов Балашихинских (White Ravens MC) на закрытии сезона. Они нас пригласили, официальное письмо прислали, все, как положено. Мы приехали. И я там увидел одного человека в цветах «Уходящих в ночь» (Уходящие в ночь МСС – один из самых первых, если не самый первый в России, мотоклуб формата МСС. Образовались в 1996 году). Я его лично не знаю, но я видел, что это оригинальные цвета, а не какой-то там ремейк.

Опять же, это значит, они существуют, и что наряду с новыми клубами-однодневками есть, все-таки «динозавры» отечественного мотодвижения, что не может не радовать.

Но вернемся к вопросу о территории. Возможно какое-то регулирование? И нужно ли оно вообще?

Я думаю, что на данном этапе, в данной ситуации это невозможно, потому что клубам нечего делить. Какую территорию делить? На мой взгляд, это глупо. Ты приехал в мой район, а я должен тебе сказать, что ты не можешь сюда приезжать, так что ли? Ну, глупость.

Является ли это, скажем, устаревшим понятием?

Я думаю, что такой вопрос может возникнуть только при открытии нового отделения в регионах. А в Москве это нереально. Никто не знает, что открылся какой-то там… «Ангелы смерти смертей», понимаешь, или «Конвульсии ангелов». Ну открылись они? Ну и чего? Никто это не регулирует, и никто ничего сделать с этим уже не сможет. Я думаю, это понятие уже, как бы, отмирающее. Если где-то в регионах, может быть, это еще работает, то в Москве уже что-то исправлять бесполезно и бессмысленно. Никто за этим не следит. И Большой Четверке, это опять же, это не надо, вожжи отпущены. Кошка бросила котят, пусть …, как хотят. А где-то в регионах, да, возможно, там вот еще есть «не ходи в мою деревню». Да и то, на людей посмотрят, хорошие или плохие, и предложат сразу саппортить. Скажут: «Если хотите, ну давайте, как бы, будьте саппортами для начала. Потом посмотрим. Если будете нормально жить, ребята, отпустим вас на вольные хлеба».

Тебе не кажется, что сейчас появилась мода на саппорт-клубы? Что это за явление такое? В чем смысл?

Нет, не кажется. Такого что-то я, честно, не видел, не встречал. Ну как-то где-то значит им подсказали, что нужно делать так для начала. Они же могут из-под саппорства выйти в любой момент. Пообвыклись, набрались опыта, освоились и сказали: «За все спасибо. Мы больше не хотим». Не могу сказать, почему они в это идут и не создают свое. Не знаю, как у людей работает голова. Возможно, они думают, что так проще. Может быть, считают, что с них никто ничего не спросит за то, что на спине нашито. Может быть, считают, что с тылом в виде большого клуба, им за косяки какие-то по лицу не ударят лишний раз, вроде как уже где-то жопа прикрыта. Может как-то немножко писают под себя делать свое. Но вообще, наверное, они думают, что так проще, что есть некая подстраховка, защита за спиной. Саппортить же тоже не так просто – нужно подчиняться праву старшего и сильного. Но собственная ответственность при этом меньше. В случае чего можно сказать: «Я сейчас старшего брата спрошу» или «Я сейчас старшему брату расскажу».

Мы уже обсуждали такое явление, как Мотогвардия в контексте перспективности подобных клубов именно в нашей стране. Клубы с действующими силовиками, сотрудниками полиции и прочими служивыми создаются по всему миру. При этом наличие силовиков, состоящих на государственной службе, в клубе противоречит понятиям американских мотоклубов. Каково твое отношение к этой теме?

Действующие или бывшие? Это очень важный момент. И это, опять же, про индивидуальный подход каждого клуба к данному вопросу. У нас в уставе прописано, что действующий не может быть. По поводу бывшего, вопрос рассматривается. Но я знаю, что в некоторых клубах есть и бывшие, и действующие. И опять же, силовые же структуры бывают разные. Возьмем такой пример – силовая структура «Альфа». Боевой офицер этой структуры. Он имеет награды. Он участвовал в боевых действиях, допустим, две Чечни за спиной. Он там воевал, кровь проливал, ранения, контузия. И есть какой-нибудь Вася Пупкин – задрот, который, еще вчера в школе в носу сопли ковырял. И разница между боевым офицером, который подает заявление на вступление в клуб, и Васей Пупкиным – абсолютно никакой человек, который только вчера купил мотоцикл, и его кто-то привел за шиворот в клуб, видна невооруженным глазом. И кого ты, по идее, выберешь? Того человека, который будет предан клубу? Ну да, он бывший, он сейчас не служит, он на пенсии, потому что пенсия в 35 лет наступает, грубо говоря. У него боевые награды, контузии, он Родину защищал, кровь проливал. И кого ты возьмешь? Задрота Пупкина или бывшего боевого офицера? Кто больше пользы принесет клубу?

Вроде, очевидно, что офицера. Но он же силовик. Пусть и бывший, но все равно. Поэтому тут такая грань тонкая, к любому такому варианту и моменту нужно подходить очень индивидуально и рассматривать его, чтобы все члены клуба высказались, и все приняли решение. Чтобы все обсудили все, чтобы об этом поговорили на общем собрании.

Если человек служит, он, конечно, не может быть в клубе. У нас по уставу так. Так сложилось, такое было принято решение в самом начале. Ну служишь и служи, занимайся своим делом. Можно дружить, можно общаться, можно какие-то дела вообще решать – не вопрос. Но в клубе он по нашему уставу быть не может. Это не какая-то неприязнь. Это просто такие правила.