Наталия Боголюбова – Индия: инструкция не прилагалась (страница 5)
Кир поймал себя на мысли, что не анализирует состав специй. Он просто наслаждается едой.
А Лео вдруг почувствовал странное спокойствие.
Не контроль.
Не расчёт.
А участие.
Вечер растекался, как соус по тарелке.
Они вышли на улицу сытые, чуть раскрасневшиеся, с глазами, в которых уже отражалось не только любопытство, но и принятие.
Ночь стала мягче.
В воздухе витал жасмин.
Темнота обволакивала – густая, бархатная.
Рави открыл им двери машины.
По пути Васька мурлыкала мелодию, которую услышала на улице.
– Отдыхайте. Завтра будет ярко. А сегодня просто почувствуйте, что вы уже здесь, – сказал Самир, когда они вернулись в гестхаус.
Когда гид ушёл, друзья переглянулись.
– Ну что, – сказал Кир, – первая ночь в Индии.
– И ни одного плана на ближайшие два часа, – заметила Тая.
– Это прогресс, – торжественно объявила Фёкла.
Они разошлись по комнатам.
Тая легла на кровать. Вентилятор на потолке крутился медленно, словно перелистывал страницу её новой истории.
Страх отступил.
Напряжение растворилось.
Город за окном всё ещё жил, смеялся, сигналил, дышал.
В эту первую ночь, без чемодана, без полного понимания, без привычных правил, путешественники ощутили странное облегчение.
Как будто…
с них сняли тяжёлые рюкзаки, о которых они даже не знали.
И сегодня… где-то между карри и ласси, между смехом и огнём специй, друзья сделали первый настоящий шаг.
К новой жизни, где вкус может быть острым,
но опыт – сладким.
ЭТОТ МИР УСТРОЕН ИНАЧЕ
Утро в Дели не начинается. Оно включается.
Сначала просыпаются звуки. Потом запахи.
Потом свет, который не спрашивает, готов ли ты к жизни.
Тая открыла глаза первой.
– Если это просветление, то оно шумное, – пробормотала она, слушая, как где-то сигналят, спорят и поют одновременно.
Ян уже снимал сторис из окна.
– Там внизу философская пробка из рикш.
Васька изучала путеводитель, словно собиралась сдавать экзамен по городу.
– Сначала в супермаркет, – сказала Тая. – За чем-нибудь съедобным, не похожим на вчерашний «вулкан».
Они вышли на улицу.
Солнце уже стояло высоко и вело себя очень самоуверенно.
Через дорогу находился небольшой супермаркет с вывеской, где буквы слегка не соглашались друг с другом.
И у входа лежала корова.
Прямо перед автоматическими дверями.
Голова – к прохладному потоку воздуха из кондиционера.
Глаза – прикрыты.
Вид – безмятежный.
Люди спокойно подходили, аккуратно огибали корову и заходили внутрь. Никто не возмущался, что она «мешает». Никто не пытался «решить вопрос». Мужчина в деловом костюме сделал шаг в сторону, слегка поклонился животному и прошёл внутрь.
– Какая милая! – воскликнула Васька.
– И находчивая. Придумала, как спастись от жары, – сказал Кир.
– Никто не прогоняет её. Это так трогательно! – добавила Фёкла.
Ян осторожно достал телефон, чтобы сделать фото.
– Это лучший кадр утра, – прошептал он.
– Не мешай ей отдыхать, – сказала Тая.
Корова лениво вздохнула – глубоко и мирно – и начала задумчиво жевать цветочную гирлянду из ярко-оранжевых бархатцев.
Продавец, чей товар она только что превратила в обед, лишь сложил ладони в почтительном жесте «намасте». Для него это не было убытком. Напротив, если священное животное выбрало именно его цветы, значит, сама Вселенная приняла его скромное подношение.
Кондиционер продолжал работать.
Корова лежала и охлаждалась.
Это не было препятствием.
Это не было проблемой.
Это было даршаном8.
И друзья впервые поняли, что мир может быть устроен иначе.
ФЁКЛА ТЕРЯЕТ СОВЕСТЬ И НАХОДИТ ЛАДДУ
Наутро Фёкла заявила, что намерена держать обет, что дала в самолёте. А именно – не есть сладкого.
Девушка продержалась ровно пятнадцать минут.
Это был её личный рекорд.