Натали Якобсон – Рианон-4. Рождение дракона. Империя дракона (страница 9)

– Я хочу оказаться там. Немедленно, – потребовала она.

И кулона вдруг не стало. Она сжимала в своих пальцах пустоту.

– Что? В чем дело? – она недоуменно воззрилась на Рока. Гном держался за свой похожий на пузырь живот и сгибался от хохота. Казалось, сейчас он лопнет.

– Ты обманул меня? – Рианон угрожающе шагнула к нему и щелкнула пальцами, высекая искры.

– Ни в коей мере, – он проворно убрался с ее дороги. – Ты просто забыла кое о чем, красавица?

– О чем же?

Он победоносно уставился на нее зло сверкающими бусинками темных глаз.

– Стоит всего лишь загадать место, которого нет, и золотая побрякушка утрачивает всю свою силу. Ты отправила свою волшебную способность в пустоту, вот пустоту и получай!

Он исчез, а Рианон все еще изумлено смотрела ему вслед. Что он имел в виду? Нельзя загадывать волшебные места, но она загадывала, и у нее все получалось. Но места, которых нет… Разве замка в небесах не было. Она ведь там жила. И гонец видевший его в лучах рассвета утверждал, что он есть. Однако кулона не стало, как если бы она и правда отправила его в пустоту. Значит ли это, что замка больше нет. Рианон не хотела в это верить.

Как такое возможно? Она все еще не могла прийти в себя. Это было похоже на кошмарный сон. За сон бы она это и посчитала, если бы кулон все еще был с ней. Но он ведь исчез.

Миниатюрный дракон лазил по ее комоду, коготками открывая ящички и пересчитывая, сколько драгоценных украшений спрятано в каждом. Он был таким забавным. Рианон постаралась отвлечься от страшных мыслей, наблюдая за ним. Она ведь даже не дала еще ему имени, надо как-то его назвать и еще суметь применить магию для того, чтобы он откликался на это имя.

– Самородок, – после недолгих раздумий решила она, и дракончик тут же обернулся на звук ее голоса, намеренно небрежно дернув крыльями. Он удерживался на верху комода, цепляясь за ручки одними когтями и раздумывал идет ли ему новое имя. Рианон считала, что вполне. Поскольку свернувшись клубком он бы мог напоминать цельный золотой слиток с глазами – аквамаринами, то назвать его самородком догадался бы любой.

– Звучит глупо, – обозлился дух. Наконец-то он подал голос. Рианон чуть не рассмеялась. Выходит, если он решил отмалчиваться, нужно всего лишь чем-то его задеть, и он снова заговорит.

– Мои капризы тебе придется выполнять, даже если ты считаешь их глупыми. А иначе можешь убираться.

Наступила минутная пауза, после которой по тишине пронесся тяжелый вздох.

– Хорошо, что ты не назвала его кубышкой с золотом. Ему бы тоже пошло.

Замечание пришлось как раз в точку. Собирателем сокровищ ее маленький питомец уже стал, пусть пока лишь в пределах комнаты своей госпожи. Дух же видимо решил мириться с ее капризами, а не уходить. Рианон ощутила себя победительницей. В последнее время с ним стало удивительно легко настаивать на своем. Она даже поняла, как проще всего это делать. Нужно лишь потребовать, чтобы он слушался ее или убирался, и тогда победа на ее стороне.

– Так мы будем готовиться к войне? – вопрос духа застал ее врасплох.

– Я уже это делаю.

– Ты плохо это делаешь.

– Да, как ты смеешь! – она инстинктивно схватилась за меч и вдруг поняла, что он бесполезен. В жилах бесплотного духа кровь не течет, значит и чудесное лезвие обратить против него нельзя.

– Ты хотя бы проверила откликнуться ли на твой зов все те, кого ты завербовала? – продолжал читать нотации он. – Что если они не сдержат свое слово: ни лесные духи, ни феи, ни драконы. Они же все хитры. Ты решила, что они кинуться выручать тебя из первой же опасности на поле брани.

– Это я проверю же в походе, – Рианон недавно заметила, что крошечные существа провожают ее даже на прогулки и часто на охоту. Под ногами ее коня то и дело появлялись карлики, провожающие ее, а пикси летали над головой. Когда охотилась с королевской свитой, она знала, что может приманить волшебные существа из чащи и они сами приведут к ней лань, ласку или оленя. Они слушались ее, как и своего господина. Больше всего Рианон насторожило то, что и инстинкты у нее стали, как у Мадеэля. Однажды пристрелив из лука лань она ощутила странную жажду. Еще до того, как егери начали потрошить тушу она хотела подставить флягу под струйку крови или прижаться губами к ране. Что если бы она сделала это на глазах у всех? Мадеэль мог не стесняясь на поле боя выпивать кровь у раненых, если б захотел. Его окружали те, кто его понимал. А ей нужно было соблюдать приличия, чтобы самой не попасть на костер. Вивиан присоединившийся к охотящимся и так поглядывал на нее подозрительно. Он и сам был хорош. Выглядывал драконов в чащобе, а еще князя – колдуна, способно помощь их победить. Рианон удалось заметить в чаще лишь одного небольшого дракона, но довольно активного, а не опьяненного. С ним Вивиану было не справиться. Выберись он из укрытия и мог бы растерзать весь их небольшой отряд, однако заметив Рианон, он лишь быстро наклонил голову и поспешил скрыться.

Рианон собиралась мысленно предупредить Вивиана, чтобы он не взирал на нее так ошеломленно, но запах освежеванный дичи настолько раздразнивал ее обоняния, что думать больше не о чем она уже не могла. Запах крови стал приманкой. Ей хотелось подставить кубок под алую струю и на месте перерезанного горла лани, она представляла себе горло Манфреда.

Скоро это будет не фантазия, а реальность. Конрад почему-то вспомнился ей первым. Достав кинжал, которым добьет животное, Рианон представила себе горло принца. Он посягал на нее, он заслуживает умереть. Даже Мадеэль решил бы точно так, как она.

Воин-любовник

Дуглас проснулся неожиданно. Ему показалось, что рядом кто-то есть. Кто-то, кого он давно ждал.

Как только ему удалось задремать. Он давно уже не мог уснуть. А тут вдруг сон опутал сознание будто паутина. Юноша даже не успел проконтролировать свои волшебные защиты. Он небрежно встряхнул рукой спутавшиеся волосы, окрашенные особыми растворами в жгуче черный цвет. Раньше хватило бы усилия мысли, чтобы привести их в порядок, а теперь он как обычный человек пользовался руками вместо чар. Все это больше походило на наваждение.

Хорошо, если все его плененные сверхсущества не разбежались, пока он спал. Дуглас обеспокоено начал оглядываться по сторонам и вдруг остолбенел. Перед распахнутым в ночь окном стоял он… тот, кого наверное он должен был дожидаться вечно. Алый плащ развевался за крылатой спиной. Не стоило трудов догадаться, каким образом гость проник в его башню. Хотя зачем ему окно? Он наверное умел проходить сквозь стены, просачиваться в щели вместе с воздухом, текучей водой или возникать в огне. Он был всюду и все было ему подвластно. Вот и сейчас бурные порывы ветра дули рядом, но не проникали в распахнутое окно. Сеть для звезд растянутая под ним осталась не порванной.

Красивая мускулистая рука сжимала меч, но Дуглас понимал, что на поединок гость его не вызовет. Он здесь для другого.

Юноша едва мог перевести дух. Как долго и безнадежно он грезил об этом моменте. И вот чудо свершилось. Пугающее чудо. От лицезрения ангельской красоты кровь стыла в жилах.

Он не боялся ослепнуть при виде ангельских черт. С ним уже это не случилось. Значит не случиться и в будущем. Однако точеный профиль, обрамленный золотистыми прядями, заставил его ощутить какое-то болезненное восхищение. Вот он Денница. Совсем рядом. Во плоти. Или почти во плоти. Дуглас как ни старался, а так и не сумел разобраться в сложной структуре сверхъестественных тел. На почти что не поддавалась пониманию. Вот и сейчас сложно было определить, где кончается эфир и начинается материя. Гость казался ему вполне осязаемым и материальным и в то же время несоизмеримо более сильным, чем может быть физическое существо. Даже крылья чуть трепещущие у него за спиной выглядели такими мощными. Одним их взмахом можно сбить человека с ног.

Дуглас с трудом сглотнул. Почему он медлит, глупец. Он ведь ждал этого момента всю свою жизнь и не чаял дождаться. Перед ним прямо в его башне изолированной от всего мира стоит именно тот, о ком он так горячо мечтал. Возможно, он тут всего лишь на миг перед неизбежным исчезновением. Так нужно этим мигом воспользоваться.

Он мог бы попросить о чем-то. Инстинктивно он почти ощущал, что гость этого ждет и даже готов откликнуться. У Дугласа онемели губы. Поверить в долгожданный миг было так трудно. Уже увидеть бессмертного воителя здесь было неописуемой наградой.

– Не бойся! – ангел двинулся к нему, плавно и вовсе не угрожающе, однако Дуглас в испуге прижался к стене. За его спиной дрогнули полки с книгами и закопошились существа, посаженные в клетки, от чего по бледным губам гостя расплылась обворожительная улыбка. Он протянул вперед руку с длинными тонкими пальцами и коснулся волос Дугласа. Юный маг оцепенел. Ощущение было невыразимым. Вот почти бесплотные и в то же время невыразимо сильные руки скользят по его прядям, наматывая их так, будто желая завязать в сеть. Сияющие синие глаза в ореоле золотых ресниц заглядывают внутрь его. Соблазнительные бледные губы совсем рядом. Сам Денница… На языке у Дугласа вертелось множество имен ужасающих или благородных, какими стоило его называть: Люцифер, Масмема, Вельзевул…

– Ты знаешь мое имя! – золотистый голос проник будто сквозь него. – То, которое я предпочитаю.