Натали Смит – Темная сторона (страница 53)

– Что у нее на ноге? – прищурился Бальтазар.

А там был привязан картонный цилиндр примерно пять сантиметров в длину и сантиметр в окружности.

– Можно? – спросила я птицу: вежливость никто не отменял. Вдруг клюнет еще от недовольства.

Та подвинула мне ногу, я быстро отвязала. Легкий, внутри что‑то шуршит. Посланница не стала дожидаться открытия и улетела, напоследок нагадив на подоконник. Вот мерзавка!

– Вскрывай быстрее, – кот нетерпеливо бил себя хвостом по бокам.

На ладонь выпала завернутая в записку черная игла.

«Вы знаете, что делать, Янина».

Ух ты ж, корпорация идет с козырей, да как покладисто исполняет мои прихоти: на тебе, Яночка, утренники, на тебе иголку, ни в чем себе не отказывай. Рада ли я? Не знаю, руки мигом вспотели. Мы ехали‑ехали, финиш ближе, но за чем гнались – непонятно.

– Если он и теперь, перед истинной смертью, ничего полезного не скажет, то я не знаю, что делать.

– Выдадим Казимиру медаль за самый неудачный подарок? – ехидно предложила вместо ответа Баст.

Тоха бесцеремонно выволок пленника из шкафа: рывком вынул кляп, взял за ухо и швырнул на постель беса. Бальтазар совсем неласково поправил его положение из «жую покрывало» на «смотрю в потолок». Новая польза от головы – игрушка для кота.

– Курье отродье, – довольно внятно сказал Кощей, скосив глаза на Тоху.

– Можно просто Глюк, – не смутился тот, моргнув третьими веками. Никак не привыкну, то еще зрелище.

Кощей подслеповато щурился от яркого света и выглядел как обычно – загадочно‑недовольным. Сухой язык облизывал потрескавшиеся губы. Бесполезное занятие, впрочем, как и все его существование.

– Времени подумать было предостаточно. Переставлять тебя с места на место, как ненужный сувенир, мы больше не будем, – я поставила голову на обрубок шеи и показала ему иглу. Сложно поверить, что в этом кривоватом, тусклом кусочке металла заключена смерть.

– Ты не нужен сказочному миру, и руководство нарушает все правила, лишь бы избавиться от тебя, – ласково муркнула кошка.

Кощей вздернул было брови, потом округлил рот и нахмурился, недоверчиво глядя на мою ладонь. Что‑то непонятное мелькнуло в его взгляде.

– Может, хоть перед смертью расскажешь что‑то полезное или в грехах покаешься? – предложила я. – Смысл нести с собой в могилу?

– У него не будет могилы, – напомнил кот.

– Тебе так нужен старый погост? Зачем? Ты привратница, войти в Навь можешь через избу. Ломай, и покончим с этим, девка‑Яха, – едва понятно прошамкал Кощей.

– Подожди, что? На том кладбище еще один вход в Навь?

Он окинул меня презрительным взглядом и согласно моргнул:

– Для искателей подвигов и славы, без смертельной трапезы в твоей избе, не требует заговора – лишь дурости сунуться в мой мир. Вход в одном из склепов.

– Так просто зайти в Навь?

– Я этого не сказал.

Надо же, ломался‑ломался, и тут на тебе – ответы на блюдечке! Что‑то здесь нечисто…

– Я ищу Первородных, кто они, знаешь? Они на том кладбище?

Я затаила дыхание. Ну же, ответ рядом.

– Не знаю, о ком ты. В той земле силы древние, тех времен, когда еще Лукоморье кишело Змеями Горынычами, когда сам Дуб моложе был и сказочные миры сталкивались. В те далекие времена забредали к нам иноземцы, а мы – к ним.

Ладно, мы найдем куколку и спросим у нее, я все равно узнаю.

Бальтазар недавно говорил про пересечение. Одно и то же из разных источников – либо выученный миф, либо правда.

– Раз ты такой разговорчивый перед кончиной, может, поведаешь мне, молодой да неопытной, как обезопасить себя от тех загадочных мертвых иноземцев?

– Не ходи там, и вся недолга. Они по крупице пьют жизнь из того, до чего дотягиваются, и из самой земли. Могла бы спросить, где спрятан сад с молодильными яблоками или источники живой и мертвой воды. Дуреха. Ну, чего ждешь, я все сказал, ломай иглу. Негоже двум Кощеям по одной земле ходить, одну сокровищницу делить.

Я покрутила в пальцах иглу. Кощей ждал. В комнате почти гробовая тишина, только аквариум булькал и Клава, похоже, с интересом наблюдала.

– Ломай, чего ждешь? – нахмурился кот.

– Ян?

– Давайте выйдем, – я прошла мимо друзей, вслед неслось «ломай, куда пошла».

Я зашторила кухонное окно, плюхнулась на стул – едва не промазала, аккуратно положила иглу на стол и замерла.

– Ян, давай я, если не можешь, – Тоха слегка сжал мне плечо.

– Никто не должен ломать эту иглу.

Они недоуменно молчали. Бастет прыгнула на стол и пристально смотрела то на меня, то на предмет спора.

– Тихон, – позвала я. Летописец появился. – Твоя опасная работа становится еще опаснее. Нужно скрыть произошедшее так, чтобы к тебе никто не придрался, или потянуть время до отчета.

– Почему? Кощей ничего такого не сказал, все в рамках, – удивился Тихон.

– Ты помнишь, когда мы впервые навестили нового Кощея в его квартире?

– Яу помню, у меняу память хорошая.

– Как он описывал свою иглу? – спросила я, глядя перед собой.

– Черная, длиной пять сантиметров, с ушком, искривленным на какое‑то количество градусов, – Бальтазар присоединился к подруге и даже обнюхал иглу. – Это…

Наверное, ни на одну иглу в мире так пристально не смотрели, как на эту.

– Он больно разговорчивый и покладистый стал, как ее увидел, – нахмурилась Бастет. – Я подумала, от облегчения. Полагала, бремя подобного существования его все же тяготит.

– Козлина он, – просто сказал Тоха.

Я думала. Ошибиться нельзя, голоса молчали, остается верить ягодицам – они не подводят. И выражение в глазах мерзкого Кощея, и его желание, чтобы игла поскорее сломалась…

Корпорация играет грязно: захотели убрать неугодного персонажа моими руками. Подумать только, еще утром жила нормальной жизнью, всего несколько часов.

– Да, это игла Андрея. Я уверена.

И все, что старый Кощей на радостях рассказал, и даже эта игла дает преимущество, но времени мало, предстоит спринт.

Глава 28

Правдивая ложь

– Рыжуля, мы съехались, а я не заметил? Чаще тебя в этой квартире бывает только доставка пиццы.

Штаб «АнтиЛукоморье» так увлекся, разгадывая ребусы корпорации, что появления хозяина квартиры попросту не заметили. Пушистые ковры привычно поглотили стук копыт. Казимир стоял в дверном проеме кухни вместо двери – он до сих пор довольно крупный, – скрестив руки на груди и забавно дергая одним ухом.

– Мастер, не ждали, – поприветствовал его Тоха.

– Да я уже заметил, голубок.

– Каз, ты не поверишь… – я хотела улыбнуться, но, судя по выражению его лица, получилось не очень.

– Попытайтесь. Что на сей раз я пропустил?

Мы рассказали, не жалко. Каз почесал хвостом затылок и потянулся за бутылкой:

– Здесь без пол‑литра не разобраться.

Никто не присоединился к бесу, да он и не настаивал.

– А как там Настя? Она одна ничего не учудит? – запоздало вспомнила я.