Натали Смит – Темная сторона (страница 41)
Маркус хмыкнул и предложил подумать над решением проблемы с другой стороны.
–
–
–
– Есть идея. Но она безумная.
– Безумнее чем что? – хохотнул Маркус.
И снова он прав, чтоб ему. Мой мир и так безумен.
– Я заговорила Баюна историей. Может, попробовать договориться с ним на обмен?
Мысль была такая: Баюн рассказывает сказки, те, что знает, а знает он старые, новые ему взять неоткуда. Я могу предложить свежие истории за право жить спокойно.
– Это избитый сюжет, Шахерезада. И временная мера.
– У тебя есть идея получше?
– Пока что нет. Я должен подумать. За что тебя выбрали на эту роль?
– Не знаю, я обычная, хотя кот утверждает обратное.
И Ворлиан следил за мной с детства, но я не чувствую в себе предназначения быть Ягой или что там на меня возложили. Эту деталь можно опустить. Слишком много будет знать – скоро состарится.
– Я вообще‑то нанялась аниматором.
Маркус прыснул в кулак, но мужской гогот все равно прорывался, как он ни старался. Это оказалось заразительно, и вот я смеюсь вместе с ним и кто‑то из окна просит нас замолчать в очень цветастых выражениях. Мы притихли, но смех еще долго не отпускал.
– Жестоко у вас, – резюмировал Маркус.
– Да, и я пытаюсь найти ответственных за это. Мы все на крючке у корпорации, нами играют, и я против. Кощей тоже был против, но его, похоже, сломали.
– И тебя сломают, малышка, если не будешь владеть своей темной половиной.
– Ты поехал за мной, выследил. Для чего?
– Опять ты за свое. Я буду добиваться тебя, Яга. Ты мне очень интересна.
– Но я не сказала «да», а ты сменил место жительства.
– Ты не сказала «нет».
Этот разговор заводит в тупик, я отвлекаюсь от проблем. Так не пойдет.
– Мне нужна помощь, Маркус. Ты говорил, что набьешь какие‑то охранные знаки, оберег от одержимости…
– Да, говорил, но это не поможет. Нужно разрывать связь физически.
Он начал объяснять про знаки. Оберег от одержимости поможет в случае отсутствия самой одержимости, как скафандр, чтобы нельзя было проникнуть вирусу. В нашем случае он станет только украшением на теле. Нужен знак‑разделитель, наподобие плотины, у него такого нет, и для разработки необходимо время. Сказал про личный интерес, мол, хочет научиться чему‑то неординарному. Добавил еще кое‑что – я даже переспросила, что он имеет в виду. Маркус повторил, и меня передернуло. Узнать, какой зуб и какие кости хвоста у Бальтазара не свои, удалить и вернуть Баюну. Как вариант. Это не его сфера деятельности и совсем черная магия. Чернее некуда.
Фонарь над нами взорвался. Эмоции захлестывали, переливались через край. Воображение у меня услужливое, картины представились яркие. Маркус спокойно стряхнул осколки, наклонился ко мне поближе и заговорщически шепнул, как тогда, на последней встрече:
– Внутренних демонов надо выгуливать и иногда кормить, Баба Яга, иначе можно сорваться в неподходящий момент.
Я замерла: не могла вздохнуть, не могла встать и уйти, потому что он снова прав. Я вспомнила, как недавно разгромила избу, просто услышав не понравившиеся мне слова Казимира. Я сплю без занавесок и со светом, боюсь своего мрака, не хочу оставаться с ним наедине. Нужно меняться, брать под контроль все, что только можно.
– Что ты хочешь за помощь?
– Твое свободное время.
– У меня его нет.
– Если смогу помочь – будет.
Ночь скрыла нас, сделала объятие невесомым и как будто ненастоящим. Маркус притянул меня ближе.
– Я не разрешала.
– Ты этого хотела, не отрицай.
Да, хотела, и он хорошо читает людей. Можно быть сколь угодно сильной личностью, но всем нужна поддержка. Я поработаю с ним над своей темнотой. В конце концов, если не понравится, всегда можно уйти.
– Маркус…
– Да?
– Не называй меня малышкой.
Глава 22
Игра в поддавки
Порой хочется уйти в себя и устроить там драку. Яга в джинсах против участников клуба «Мрачные призраки». Разобраться с ними по одному или вступить в неравный бой сразу со всеми? Героически погибнуть, не выходя из собственного тела, – это, гхм, занятная перспектива. Семья одержимых, что я, что кот, одинаковый диагноз – «рейдерский захват рассудка». Можно сценарий продавать.
Я только что вернулась домой. Мы просидели на той лавочке несколько часов, большей частью молча. Не знаю, как так получается – комфортно молчать с человеком. Волшебство какое‑то. Маркус ушел, оставив номер телефона и адрес, сказал, город неплохой, можно устроиться и здесь. Понимать следует так: я никуда не сдвинусь, прими как должное. А раз в гости я не зову, то он пригласит на безопасную территорию, где будет держать за руку, чтобы я не сорвалась и начала погружение в себя – дайвинг в разлом души. Почему этого не предложил Казимир, постоянно рвущийся меня наставлять на путь истинный с этим его «держи баланс»? Уж кому‑кому, а ему точно известны темные глубины человеческих душ, даже их вкус. Я не настолько доверчива и сомневаюсь, что интерес Маркуса лежит только в области моих красивых глаз. Думаю, будь я даже похожа на пигмея, он бы все равно нашел способ прикоснуться к темноте. Почти уверена в его стремлении разгадать меня, как шараду.
Это не отменяет ощущения комфорта в его присутствии.
Ядвига предупреждала о людях в моей жизни, но человек ли колдун, применимы ли к нему такие рамки? Нужно узнать о нем побольше.
– Нагулялась? – Исчадие вышел из Убежища, как в замедленной съемке меняя свою форму. Так смешно: спереди комнатный кот, а за порогом вторая половина, двухкомнатная. – У нас там этот… с клешнями который, все время их путаю. Его Супчик в озеро бросил.
– Лобстер?
– Да. Я еле лапы унес. Нужно избавитьсяу от квартиранта.
– Мне больше интересно, как он выжил.
– Ты не поверишь, Ягуся. У нас озеро соленое, яу попить пытался, – хмуро ответил кот.
Убежище приспосабливается к каждому жильцу? В нем можно пережить апокалипсис, похоже.
– Клац‑клац, – пискнул Супчик и приземлился на мое плечо. – Темнота пахнет.
Бальтазар принюхался и даже как‑то обрадовался:
– Колдун здесь? Он обещал помочь.
– Угу, – я прислонилась к косяку, осматривая тайную комнату особого назначения. Здесь тоже светало, в золотисто‑розовых лучах возле избы ползал лобстер размером с мелкую собаку. Я лениво следила за его передвижениями и не считала огромное ракообразное проблемой. По сравнению с шамкающей головой, Первородными, своим дисбалансом, Баюном… Список вам известен.
Новый жилец скрылся в воде. С глаз долой – из сердца вон, выселим куда‑нибудь при случае. Хотя его размеры настораживают, у Лукоморья какая‑то нездоровая тяга к номерам и гигантизму.
– Котенька, пожалуйста, больше не заказывай никакой экзотики к обеду.
– Консервы мняу открой, с ягненком, – кот устроился за столом в ожидании еды. – Как он нас нашел? Голуби не загадили снова?
Говорят, смех продлевает жизнь, и мы втроем прилично себе добавили. Потом я рассказала про наши маячки на коже, самоуверенность Маркуса и альтернативы в борьбе с котом‑убийцей. Бальтазар бурчал про свои нежные ушки, вздыхал, но рассказ не смог испортить ему аппетит.
– Это все, никаких нравоучений по поводу колдуна? – удивилась я.
– Уже как‑то договорился недавно, помолчу, – он старательно облизывал тарелку. – Здесь и моя вина, яу не все последствия предусмотрел. Но пусть только попробует фокус выкинуть – яу ему ногу отгрызу!
Бальтазар немного помолчал, о чем‑то думал, хмурился.
– Если надо, и кусок хвоста отдам, и пару зубов.
– Попробуем пока другие варианты, не впадай в крайности, – я ободряюще улыбнулась компаньону, а у самой живот скрутило. За себя не боюсь, а за него – очень.