Натали Смит – Темная сторона (страница 31)

Долго раздумывал, но вынужден описывать все события без утайки – это моя работа.

Глава 17

Внутренний огонь

Под веками порхают снежные бабочки. Завеса с мириадами холодных голубоватых крылышек, не видно ни зги, и в этом живом тумане – песня без слов, она повсюду и нигде, где‑то за краем белого плена. Льется тихим успокаивающим ручейком, вьется путеводной нитью, лежит хлебными крошками на незнакомой тропинке. «Иди за мной», – слышится мне в древнем, как сама жизнь, мотиве. Не помню, когда я могла уснуть, но это точно не наяву. Как я ждала этих пушистых предвестников встречи со знакомой незнакомкой, той, о чьем имени могу только догадываться! И я иду за песней, не чувствуя своего тела, я бесплотна и невесома, груз проблем, ответственности и толика страха падают с плеч. Снежные бабочки расступаются, открывается вид на тихое лесное озеро, покрытое тонким льдом, идеально круглое, как будто циркулем чертили. Русая девушка в белом платье, с длинными косами сидит на большом пне и машет мне рукой.

– Здравствуй, – говорю я.

– Здравствуй, – отвечает она.

– Где ты так долго пропадала? У меня столько новостей!

– Расскажи.

Слова сами складываются, снежинки тают на моих волосах, я тороплюсь, говорю все быстрее, последнее событие – совсем без пауз, стараюсь выкинуть его из себя, связать слова в веревочку и вытянуть, как фокусник из шляпы. Освободиться.

Снежинки превращаются в дождь, девушка охает:

– Сколько в тебе гневного жара, сколько искр страха! Скажи, что напугало тебя так сильно, сильнее всего на свете?

– Я больше не боюсь, во мне половина воительницы, – отмахиваюсь я. – И высоты больше не боюсь, и силу в ход пускать – тоже.

– Не ври себе. – Косы взлетают и падают, словно хлысты.

И я замолкаю. В этих трех словах такая укоризна и призыв к действию, что я не могу противиться. Стою перед ней, словно ученик у доски, вспоминающий теорему. Пытаюсь в калейдоскопе чувств найти страх.

– Боюсь, что подвела подругу.

Самое очевидное, на поверхности.

Поставьте мне «пять».

– Это не страх. Неудобное чувство, лишившее тебя комфорта, не более. Как нельзя удержать ветер, так нельзя было удержать кота. Подруга не ведала всех последствий, взваливая на тебя ответственность. Отпусти.

Неверно, думай еще, нерадивая ученица. Я подняла голову вверх: где должно быть небо, лишь белая пелена. Становится теплее, снежинки тают быстрее, капли висят на ресницах, застилают глаза.

– Ты горишь изнутри, возьми из своего костра полено и потуши. Какое ты возьмешь сейчас? – тихо спросила она.

Слишком сложно, много поленьев в огромном костре, горящем ярче костров Бельтайна. Выдергиваю самое ближнее.

– Не справлюсь с работой. Что ждет меня дальше?

– Разверни этот страх. Сними с полена кору слой за слоем, обнажи суть.

– Оно горит, – напомнила я.

– Да, будет неприятно. А сейчас нам пора расставаться.

– Подожди… как тебя зовут?

Она исчезла, не ответив, снежная пелена будто схлопнулась передо мной, а я очнулась от боли в припаркованной у дома Каза машине. На улице ночь, Исчадие впился мне в палец, Супчик свил гнездо из моих же волос, что‑то пища, сидит на макушке, в завязанном пакете на заднем сиденье бурчит голова Кощея.

– Ягуся, у тебяу совсем крыша поехала? – с толикой жалости спросил кот, перестав жевать мою плоть.

– Наверное. Может, хватит мне раны наносить? Ты мне кожу прокусил.

– Так завязывай играть в спящую красавицу, уже не в первый раз. То с Горынычем на свиданку бегаешь, то… С кем в этот раз?

– С той девушкой, с бабочками. Поленья из костра тянула.

Кот многозначительно прищурился. В его желтых глазищах бегущей строкой читалось все, что он думает о моих странностях.

Мы немного посидели, пока я стряхивала с себя остатки сна. Снова уходим в Лукоморье, но ненадолго, придется набегами быть то там, то тут, иначе меня начнут разыскивать с собаками. Родители беспокоятся – я слышала в мамином голосе нотки приближающейся бури, она вот‑вот произнесет коронную фразу «Мы приедем». Я тоже соскучилась, но сейчас совсем не до визитов.

Телефон пиликнул, оповещая о сообщении от ООО «Лукоморье»:

«Янина, голову Кощея уничтожьте в течение недели. Это не по правилам».

У меня непроизвольно отвисла челюсть. Давно от корпорации не приходили вести, я уж думала, что номер мой забыли, а поди ж ты… Уничтожьте. Вот так просто, как прихлопнуть таракана тапком. Бесконтрольный гнев из глубин моей сущности я едва удержала, до боли вцепившись в руль, но ударной волной все же снесло ближайшую урну. Мусор разлетелся во все стороны, грязный и мятый, как мои мысли.

Вдох‑выдох, вдох‑выдох… Держи баланс, рыжуля.

– Ягуся, что такое?

– Яга, где враги? – Тихон проявился на заднем сиденье. Когда он только все успевает!

– Начальники подбивают на преступление, – показала им текст. Компаньон зашипел, шерсть на загривке вздыбилась.

Летописец тихонько оправдывался, мол, это его работа, с него спрашивают, он не может все скрывать, а я смотрела, как усилившийся ночной ветер нес обертки и смятые банки по пустынной улице, загоняя их под припаркованные автомобили. И совсем не сердилась на маленького шпиона, он не виноват. Выйти на главарей корпорации, разворошить этот гадюшник и разогнать их к чертовой матери… Достанет ли у меня на это сил, если я ими почти не владею? Многие знания, что оказались во мне против воли, не имеют четкой структуры, я опасаюсь с ними контактировать, боюсь замараться или, еще хуже, потеряться в них.

Замараться… Как будто я до сих пор невинна, как будто это не я разила молниями и превращала живых существ в пепел. Как будто не я этим наслаждалась. Она права, моя загадочная гостья: я вру себе, погрязла во лжи, прячу голову в песок, вместо того чтобы упорядочить хаос, возглавить его и отправиться в крестовый поход. Отомстить, как и обещала. Нужно подружиться с темнотой, научиться говорить «фас» и «к ноге». Так уж получилось, что я знаю, кто мне поможет в этом. И не стану гнать темноту с порога, когда он придет.

– Прорвемся, ребятки, что‑нибудь придумаем. Нам даже время дали.

Подхватила приговоренного Кощея, сумку с вещами для Насти – найдется же она в конце концов, – и мы отправились в гости.

Подарок я действительно передарила назад. Оказалось не так неловко, как с коробкой ненужных конфет.

– Ну заходите, коль пришли, – не слишком любезно встретил нас Каз и отодвинулся, давая пройти. В квартире пахло женскими духами, но владелицы аромата не наблюдалось. Видимо, гостья уже ушла, а нас не ждали. Тохи с кошкой тоже не видно.

– Извини, что нарушили твой покой, свалившись как снег на голову, – затараторила я, пытаясь скрыть смущение. Одно дело – за помощью внезапно явиться, другое – помешать свиданию. – Я не могу держать у себя голову и взять с собой тоже не могу: планируем навестить Косые Ложки и посмотреть, что там с затеей Кощея. Морок учует прежнего хозяина, поэтому мне нужно укрытие для старины Костлявого.

Пакет в руках замычал возражения.

– Рыжуля, для тебя – что угодно, – сменил гнев на милость Трехрогий, забирая живой груз. – На диете сидеть сложно, я с вами пойду, отвлекусь, может, пар выпущу. Никогда с горынычами не дрался.

– У тебя были гости, еще раз извини за вторжение, – кивнула я на два пустых бокала на столе.

– Были да сплыли, – равнодушно пожал плечами бес, вынимая пленника из пакета. – Пойдем, головешка, я тебе жизнь покажу.

Он устроил Кощея у себя в комнате, прямо на разобранной кровати, слегка прикрытой тем пушистым пледом леопардовой расцветки. Хоть рисуй натюрморт «Голова на шкуре». И включил телевизор.

– Фто это за кодуфство? – сощурился от яркого света Кощей.

– Кино смотреть будешь, чтоб не скучал без нас, – хохотнул Казимир и вытолкал нас из комнаты. На экране мелькали японские титры.

– Марафон «Годзиллы», – пояснил бес. – Больше тридцати фильмов, хватит надолго.

Трехрогий осмотрел комнату, постучал по аквариуму, что‑то сказал Клаве и наконец закрыл дверь.

– Там же вода… – начала было я.

– Это если он ноги отрастит без нас или зубы, чтобы что‑то наколдовать. Не нервничай, рыжуля, ты и так что‑то на взводе. Вон, черные сполохи так и кружат вокруг тебя.

– Это из‑за начальства, – вздохнула я и рассказала про сообщение.

Казимир поскреб подбородок:

– Время есть. Подумаем.

– Пока что не будем волновать Тоху и Бастет, ладно? Боюсь, как бы их не зацепило, если что‑то случится, – предупредила я друзей.

– А меня, значит, под удар подставлять можно? – развеселился бес.

– Ты себяу видел? Сколько ресурсов корпорации нужно спустить, чтобы тебяу проняло? – фыркнул компаньон и сменил тему: – А к тебе точно никто не проникнет? Ведьмочки всякие любопытные, например?

– Я регулярно обновляю магическую защиту.

– Ты тратишь деньги на магическую защиту? – удивилась я.