Натали Смит – Темная сторона (страница 16)

Мы остановились недалеко от подножия, на участке с более‑менее приличными деревьями, у них даже листья имелись, хоть и довольно пожухлые. Кустарники и пробивающаяся между камней трава дополняли пейзаж. Местную флору питал спускавшийся с горы ручей, шумно скачущий по камням. Вода стекала, образуя маленькое озеро. Вороны кружили над нами, горланя во всю мочь: мы их спугнули своим появлением. Вообще, на склоне горы растительность выглядела живее, чем у подножия, и гораздо более живой, чем в точке нашего появления.

Птицы умолкли. Ручей, до этой минуты шумный, будто застыл. Тишина. Такая странная, звенящая, после постоянного шума города режет слух. Длилась она мгновение, а потом со склона посыпались камешки и где‑то высоко раздался рокот, стук, взвилась пыль – вероятно, случился небольшой камнепад. Птицы снова всполошились.

– Ягуся! – тревожный голос кота отвлек меня от созерцания. – Мы окружены! За твоим амбре не учуял их.

Оглянулась по сторонам – горынычи. Множество мелких родичей великого Змея, но не такие, как мы видели в деревне, когда Лешка рубил им головы, другие. У этих не кожа – костяная чешуя или что‑то вроде того, они сливались с пейзажем, будто спецназ на операции. Я их не услышала за шумом камней, ручьем и вороньим граем. Змеи как будто вырастали из земли, поднимались внезапно: сначала бугрились большими камнями, потом расправляли шеи, крылья и летели к нам. Не скажу, что вид у них был приветливый. Один приземлился, выпустил пламя сразу из всех голов, два его хвоста хлестали по бокам. Вот не стоило этого делать. Мы все здесь нежные и легкоранимые, а потому теперь защищаемся, не раздумывая. БТР встряхнулась и в два длинных шага добралась до раздражителя. Любимый прием избы – волшебный пендель. Горыныч, бестолково размахивая крыльями, полетел назад, упал на землю, что‑то хрустнуло.

Его собратья зашипели, кто в воздухе, кто на земле.

– Что им нужно? – озадачился кот. – Я не слышал, чтобы они стаей нападали на людей, только на огороды.

– Драться! – обрадовался Супчик.

– Подождите, – я прислушалась.

Грохот нарастал, камнепад набирал мощь, но звучал как‑то слишком ритмично, будто стук тяжелых копыт.

Бальтазар не послушал, кинулся вперед, азартно рыча, и столкнулся с одним из противников. Я видела, как его пасть сомкнулась на шее, обездвиживая голову, пригибая к земле, как пламя из другой головы с треском обрушилось на спину кота и будто стекло красной рекой по доспехам. Бальтазар отскочил назад:

– Хозяуйка, я чуть зубы не сломал! Его не прокусить. – Он встряхнулся, оскалился, завыл на остальных. Кольцо медленно сжималось. Изольда встала над нами, приступ строптивости прошел, она ждала приказа. Я не стала раздумывать над поведением этих странных горынычей. Спокойствие и некая отрешенность пришли изнутри, растеклись по телу, кулак сжался сам по себе, небо потемнело. «Убей», – шепнул безликий голос. Молния ударила в уже раненого избой змея, оставив выжженную землю и горящее тело. Остальные бросились врассыпную, но замерли на небольшом расстоянии. Я сцепила зубы, чтобы унять удовлетворение от момента. Вдох‑выдох, я держу себя в руках.

Камнепад совсем рядом, оглянулись. Черно‑красный навий конь неторопливо направляется в нашу сторону, за ним – пыль столбом и падающие камни.

– Вы всегда так глупы или сегодня особый случай? Лезете в чужой огород, не проверив, есть ли охрана, – поприветствовал нас Морок и встал на дыбы, распугивая змеев: – Пшли вон, дармоеды!

Горынычи нехотя попятились еще дальше, сливаясь с ландшафтом.

– Дружище! – обрадовался Бальтазар.

– И тебе привет, саркастичная морда, – не осталась я в долгу.

Конь заржал:

– Я сильно не торопился, здесь нечасто увидишь шоу. Буянишь, Баба Яга?

– Иногда женщине нужно громыхнуть, – я подмигнула Мороку и посмотрела на гору. Где‑то там замок Кощея, а мы – незваные гости.

Глава 9

Огненная река

Морок косился на нас красным глазом, попыхивал пламенем из ноздрей, и я почувствовала себя неловко. В гости напрашиваться не умею, о чем с ним поговорить – сразу не соображу, не подготовилась к встрече, о другом думала. Неловкая пауза переросла в неловкий антракт. Лучше бы пошли Баюна искать, будь он неладен.

– Ключик куда‑то спрятала, Яга? – наконец произнес конь. – Не чую.

– Так надо, – пискнул Супчик и уселся коту на голову.

– Конечно, а то, не ровен час, выкрадут, – совершенно серьезно кивнула я, вспоминая, как Обжора открыл пасть, внезапно ставшую невероятно большой, как у крупной змеи, и проглотил ключ старого Кощея. Хоть бы никто не узнал про этого кота. Тайну храним я, Бальтазар, Ворлиан и, собственно, наш пухлый друг. Стоит заметить, что директор был слегка шокирован необычной эксплуатацией его подопечного, а вот Обжора легко согласился. Сказал, что быть причастным к великим делам даже не рассчитывал, а так, получается, он не последний хвост в большой игре. Очень горд собой, котел на лапках.

– Оно и правильно, – кивнул Морок и сменил тему: – Его пресловутое Величество князь Андрей Бессмертный сейчас отсутствует, в гости пригласить не могу, а вот у вас остаться – это запросто. Кстати, ты духи с собой случайно не носишь?

И стоит, хлопает пушистыми красными ресницами, сама невинность и тактичность. Конский череп на частоколе хорошо бы смотрелся.

– Но‑но, дружище, не обижай девушку! – вступился кот, и я отвлеклась от дизайнерских мыслей. – Совсем одичал тут?

– Что есть, то есть, – нехотя согласился конь. – Прошу прощения. А вы зачем пожаловали, собственно?

– Кота Баюна ищем, – ответила я.

– Зачем вам? – удивился конь.

– Сами хотим знать. Видишь ли, у Бальтазара с ним проблемы, оказывается. Не знаю, что произошло, но он прицепился к моему другу. Приходит во снах. И, – я указала пальцем под лапы компаньона, – полюбуйся, сколько теней?

Морок обошел вокруг кота, шумно понюхал, задрав верхнюю губу, сосредоточился на тенях. Мощные копыта встали на тень‑приживалку, той не понравилось, отодвинулась.

– Исчадие, у тебя паразит, – резюмировал Морок. Кот и ухом не повел, замурчал себе под нос какой‑то мотивчик. – Эй, я с тобой говорю!

– А я тебяу не слушаю – ты меняу в тоску вгоняешь.

Конь удивленно покосился на меня, я развела руками. Не знаю, что с ним делать. Помню, раньше он был разумным и немного занудным: «Не нужен тебе Бельтайн. Будь осторожна с Казимиром. Оденься теплее». А сейчас что? Спрятал голову в песок и не признает нависшей угрозы.

– А давайте я вас провожу! – неожиданно предложил Морок.

– Ты знаешь, где искать Баюна? – обрадовалась я.

– Как не знать, неподалеку от реки Смородины его земля, рядом с местом, где остатки моста. Давно Калинов мост разрушили в одной из битв со старым Горынычем. Прошлый Кощей тогда обрадовался, как сейчас помню, говорил, меньше шляться будут по его земле богатыри недобитые.

Калинов мост – важная часть сказок, переправа из мира мертвых в мир живых. Если он разрушен, то чем это может обернуться? Почему не восстанавливают? Возможно ли это?

– А тебе разрешат уйти с нами? – уточнил Бальтазар.

– Меня призовут, если понадоблюсь. К тому же хозяин в курсе, что я не хочу возить его тощий зад, но я застоялся… – Морок странно вскидывал ноги, как будто бежал на месте. – Потому пойдемте дергать котика за усы!

Он продолжал скакать на месте, разбивая копытами сухую землю. Мне кажется, конь и его хозяин стоят друг друга. Искорки легкого безумия в глазах – видимо, издержки жизни здесь. Я их не виню. Порыв сухого ветра взметнул пыль и погнал перекати‑поле; не знаю, кому как, но музыка из вестерна здесь отлично бы вписалась.

– А пойдемте, – согласилась я на услуги проводника и устроилась в ступе: лучше полетаю, чем углы считать в этом бешеном двойнике БТРа.

Бальтазар раздраженно махнул хвостом, но ничего не сказал. Монетка помогла ненадолго, мой друг, все пути ведут к Баюну, не отвертишься. Надеюсь в скором времени узнать, почему компаньон так странно себя ведет.

Долго ли, коротко ли держали мы путь к огненной реке… Так можно начать сказку, но мы на самом деле передвигались довольно медленно, учитывая наши возможности. Я не хотела демонстрировать карту Нави Кощееву коню и пыталась ориентироваться так. Получалось не очень: мы удалялись от Скляных гор на запад, и это все, что я могу сказать. Местность разнообразием пейзажей не блистала: оттенки серого и коричневого, низкое солнце, кажется, не двигается совсем, висит как приколоченное, ход времени его совсем не заботит. Чахлые деревья, небольшие болотца, вездесущие вороны на голых черных ветвях. Выбеленные кости на бесплодной почве, змейки, ящерицы. Мне остро не хватало моего леса, зелени, пения птиц и разнообразия привычной флоры и фауны.

Морок трусил рядом со ступой, не пытаясь пересекать огромные расстояния одним прыжком. Видно было, что ему охота поговорить.

– Давно ты Кощеям служишь? – начала я разговор.

– Не помню. Всегда.

– Ты бессмертный?

– Возможно. Никто не пытался это выяснить. Обычно всем дело есть только до Кощея и его иглы, но не до его коня. – Морок тряхнул гривой и подмигнул мне: – Хочешь проверить мою живучесть? Предупреждаю, я быстро бегаю.

Тут Бальтазар предложил наперегонки, и они какое‑то время носились по просторам, оставив нас с Супчиком тоскливо оглядываться в поисках хоть клочка яркой зелени и приличного озера. Ничегошеньки подобного пока не увидели. Не может же быть, в самом деле, все так плохо, Навь огромна, уверена, что найду отраду для глаз даже здесь.