Натали Палей – Судьба дракона, или навязанная истинная (страница 12)
— Я ещё раз спрашиваю тебя, Брен Илис, ты почему на ногах?! — строгим и вкрадчивым голосом спросила Келлия. Никогда раньше я не слышал у нее таких интонаций.
— Выздоровел, — буркнул я.
— Вчера видела, как ты выздоровел. И вижу, как ты выглядишь сейчас. Бледный, растерянный, с бисеринками пота на лбу. И ты явно не в себе. Зачем ты меня обманываешь?
Кел сделала шаг в мою сторону и протянула руку, с явным намерением потрогать мой лоб. Она даже привстала на носочки, подалась ко мне, а я испуганно отшатнулся.
Подруга выразительно закатила глаза и осталась стоять на месте.
— Брен, ты сейчас напоминаешь испуганного зайца, крупного такого и совершенно дезориентированного. Ты почему шарахаешься от меня?
Кел снова подалась ко мне, а я снова отступил. Непроизвольно. Интуитивно. Я вдруг понял, что не могу нормально владеть собой, когда она рядом.
— То кабана напоминаю, то зайца, — проворчал я. — Определись уже.
— Я сейчас найду леди Илис и пожалуюсь ей, что один непослушный дракон, — последнее слово Кел выделила интонацией, — нарушает постельный режим.
Она действительно повернулась на пятках в сторону крыла Илисов. Я замер в растерянности, не зная, сказать Кел, что мама находится в кабинете с отцом и лордом Оринисом, или не говорить.
Если не сообщу, Кел уйдет на её поиски и оставит меня в покое. Если скажу, то замучает меня своим вниманием. И я буду бегать от нее по всему коридору.
А ведь Земляника по-настоящему беспокоится обо мне, вдруг понял я. Она переживает и даже готова нажаловаться, хотя это противоречит её натуре. Я ведь знал, что Кел не ябеда.
Подруга направилась в наше крыло, а я стоял и смотрел вслед её невысокой фигурке. Меня ужасно тянуло вслед за Земляникой, и лишь услилием воли я остался на месте. А Кел шла и бурчала под нос, что Пресветлая за какие-то непонятные грехи «наградила» её дружбой с тупицей, который хочет угробить себя.
Противоречивые чувства овладели мной, пугая, заставляя нервничать и усиленно думать о том, что со мной происходит.
Неужели мой внутренний дракон, действительно, просыпается рядом с Кел? Он выбрал ее моей парой?
Кел ещё не вернулась из нашего крыла, а ее отец уже вышел из кабинета. Лорд Оринис смерил меня нечитаемым взглядом, молча кивнул и направился в свое крыло. Шел он неспешно, словно о чем-то размышлял по дороге.
Я застыл истуканом, гадая, чем закончился разговор между моими родителями и отцом Кел. Но мои мучения продлились недолго, потому что уже в следующее мгновение дверь в кабинет отца снова открылась, и мама появилась в дверном проеме.
— Брен, милый, зайди.
Она повернулась и исчезла в комнате, а я, до странности, деревянной походкой направился к родителям.
Закрыл за собой дверь, медленно обернулся и тут же встретился взглядом с глазами отца.
Он сидел в кресле за своим рабочим столом, выглядел очень внушительно и смотрел на меня спокойно и задумчиво. Я перевел взгляд на маму. Леди Илис стояла рядом с ним, выглядела совершенно невозмутимо и привычно уверенно. Но, зная маму, почему-то мне показалось, что она еле сдерживает довольство.
— Брен, мы договорились о твоей помолвке с мисс Келлией Оринис, — сказал отец. — Лорд Оринис просил не рассказывать его дочери, что помолвка фиктивная.
— Почему?
— Он не стал объяснять. Но это было его условием.
— В принципе, его просьба и в наших интересах, — мягко проговорила мама. — Кроме нашей семьи и лорда Ориниса, никто не будет знать подробности нашего разговора и договора.
Я растерялся. И расстроился тоже. Ведь я очень надеялся на то, что если наши родители придут к соглашению, то Кел будет в курсе фиктивности, и мы вместе посмеемся над ситуацией.
Теперь же неизвестно, как Земляника отреагирует на неожиданную новость о нашей помолвке, которую будет считать настоящей.
— Будет неправильным скрыть от мисс Оринис правду, — тихо отозвался я.
— Неправильным? — Лицо отца стало непроницаемым, взгляд холодным. — Брен, ты вздумал меня учить?
— Мисс Оринис тоже должна знать, что между нами все фиктивно.
— Для чего?
Выражение лица отца оставалось совершенно невозмутимым, но я всем существом почувствовал, что его охватывает ярость. По напрягшейся фигуре мамы, по её будто застывшему взгляду догадался, что я все правильно чувствую. Однако я решил отстоять свое мнение. Ведь мою Землянику с ее горячим нравом, страстной натурой и искренностью решили использовать вслепую. И мне это вдруг ужасно не понравилось. Но, отвечая на вопрос отца, я плохо подумал о доводах...
— Потому что... мисс Оринис... за эти годы может встретить человека, который ей... понравится. Вы же хотите, чтобы четыре года она считала, что выйдет за меня замуж.
— Миледи, вы тоже это слышите? Или у меня слуховые галлюцинации? — Задав вопрос маме, отец не сводил с меня пристального изучающего взгляда.
— Слышу, милорд, — вздохнула мама.
Она как-то странно посмотрела на меня, словно хотела о чем-то предупредить. Но, наверное, мне это показалось. О чем она могла попросить меня? Не злить отца? Но я уже сделал это.
— То есть ты тоже слышишь, что нашего младшего сына больше беспокоит благополучие какой-то мелкой и незначительной человечки, чем благополучие его семьи?
— Почему вы так решили? — нахмурился я.
— Мисс Келлия Оринис — молоденькая и легкомысленная девчонка, которая вряд ли умеет держать язык за зубами. Если ей рассказать всю правду о нашем договоре, скоро об этом будут знать все обитатели крепости. А значит информация может дойти и до столицы. Дальше объяснять или сам все понял?
Я, конечно, все понял. Но как же мне не хотелось обманывать Землянику. Все внутри противилось этому. Противоречивые чувства разрывали меня на части.
— Брен, даже лорд Оринис считает, что его дочь не должна знать о фиктивности помолвки. — Мама снова смотрела на меня странно — словно хотела что-то до меня донести. — А он её отец и явно хорошо знает свою дочь.
— Брен, мы так решили, — сухо проронил отец. — Ты обязан подчиниться нашей воле. Поэтому жду от тебя клятву о том, что будешь молчать.
Дать клятву?
Я опустил взгляд. Разве я смогу обманывать Кел четыре года? Как после своей клятвы буду смотреть в ее глаза?
— Не можешь?
Голос отца прозвучал обманчиво спокойно, но я был уверен, что он безмерно удивлен моим поведением.
— Занятно, — усмехнулся он. — Очень даже занятно, — повторил задумчиво. — Ты настолько привязался к мисс Оринис, что ее чувства так важны для тебя?
Я напрягся. Отец все правильно понял, но я вдруг вспомнил просьбу мамы пока не говорить ему о регенерации. И её слова, что нужно разобраться с тем, что её спровоцировало. И вообще, в памяти вдруг всплыл весь наш вчерашний разговор с мамой, а потом я мысленно вернулся к тому моменту, как несколько минут назад меня волновала близость Кел, как потянуло вслед за ней... как не мог оторвать от ее удаляющейся фигурки глаз.
Я вдруг остро осознал, что отец не должен догадаться о том, что Земляника дорога мне, что я переживаю за нее. Иначе...
— При чем тут чувства мисс Оринис? — Я поднял взгляд.
— Что тогда мешает тебе поклясться?
Похоже, отец что-то почувствовал. Он вдруг уставился на мою руку, про которую я забыл, что она, вроде, как ещё раненая, и пальцы которой сейчас сжимал в кулак. Как и пальцы другой руки.
— Брен, как твоя раненая рука?
— Уже намного лучше.
— Лучше? Или... совсем прошла?
Очень не хотелось врать.
Да что же это такое происходит?! Почему я должен всем лгать?! Землянике. Отцу. Ответ тут же вспыхнул яркой вспышкой в голове.
Потому что иначе меня разлучат с Земляникой, а моему дракону не дадут проснуться.
— Рука Брена намного лучше, — проговорила мама. — Наш целитель знает свое дело. Кстати, его можно отблагодарить за прекрасную работу.
— Как вы только что сказали, миледи, это его работа.
В голосе отца мелькнуло раздражение. Он вновь взглянул на меня, хотел что-то сказать, но я опередил его.
— Я дам клятву. — Услышал я свой спокойный голос. Вот только мое сердце забилось усиленно и лихорадочно, а на лбу выступил холодный пот. — На кону, действительно, будущее нашего рода.
И это было так.
Только отец рассматривал его по-своему, а я, с этой минуты, — неожиданно даже для себя — совершенно по-другому.