Натали Мед – Не лезь в бутылку, или Джинн в посудной лавке (страница 38)

О, как же милостив король! А как же правило «победителей не судят»? Может, и не судят, но старые грешки припоминают. Наверное, в этом и смысл любых королей: они требуют больше, чем дают, они уверены, что твоя жизнь, вся без остатка, принадлежит им.

– Значит, Джеркус в надежном месте? – продолжил король. – Едва ли оно надёжнее королевской тюрьмы, поэтому приказываю передать его в руки королевской стражи. Соответствующие полномочия тебе выдадут.

– Да, ваше величество.

– Сегодняшним поступком ты искупил любую свою вину перед государством, Илар тер Авирон.

– Благодарю, ваше величество. К сожалению, заклятие до сих пор довлеет надо мной. Я по-прежнему джинн, привязанный малабрийским заклятием к лампе и к своей хозяйке.

– Любопытно, – по лицу короля мелькнула тень интереса. – Кстати о хозяйке. Так кто же ваша спутница? Она до сих пор не представлена.

Услышав мое имя, король нахмурился.

– Кажется, юная особа оказалась в самом центре событий, – заметил король. – Ваш отец, ваш дядя, – он постучал пальцем по бумагам, переданным Иларом. – Ваш ректор, ваш… – он сделал заметную паузу, подбирая нужное слово, – джинн. Интересное окружение для зельеварши, только окончившей академию.

– Это не было моим выбором, ваше величество. Так сложились обстоятельства.

– Обстоятельства, – смакуя, повторил король. – Пусть будет так. Чего же желает та, благодаря которой один из сильнейших магов страны смог спасти своего монарха?

И всё? Это все мои заслуги? Я, между прочим, сделала гораздо больше, чем просто потёрла ночную вазу, в которой сидел Илар. Впрочем, дарёному коту в зубы не смотрят.

– Ваше величество, если мне будет позволено просить…

– Позволено. Просите, – устало махнул рукой король.

– Мой дом, – выдохнула я. – Мой дядя… Барон… он унаследовал дом от моей матери, согласно завещанию. Ближайшей родственницей была и остаюсь я, но…

– Имущество вернется вам, – кивнул король сам себе.

– А как же завещание?

– Законы, милая леди, законы. Они суровы, но они равны для всех. Закон о недостойном наследнике был принят моим предшественником пятьдесят лет назад. Барон выбывает из линии наследования, поскольку участвовал в заговоре против короны. Вашего дядю будут судить, всё имущество, коим он владеет, будет конфисковано, а унаследованное от вашей матери будет передано ближайшей родственнице усопшей, то есть вам, в соответствии с порядком наследования. На этом все?

Я послушно кивнула, еще не веря услышанному. Неужели так просто?

– А теперь ближе к делу. Сведения, которые ты мне принёс, Илар, бесценны, но работы предстоит много. Ещё многих предстоит арестовать, многие знатные и высокопоставленные лица должны провести эту ночь в тюремных камерах, и я должен убедиться, что так оно и будет. Слухи расходятся слишком быстро и не хотелось бы, чтобы кто-то из преступников успел сбежать, а посему аудиенцию пора заканчивать. Чем мы можем наградить тебя за верность, Илар тер Авирон? Учти, мне бы хотелось, чтобы ты вернулся на службу. Королевский маг, доказавший свою верность в подобной ситуации, дорогого стоит.

Глава 51. Главный заговорщик

– Королевский маг, превращённый в магическое существо, подчиняющееся чужой воле, не стоит ни гроша, ваше величество, – последовал спокойный ответ Илара.

Я не могла понять, разочарован ли он или равнодушен. Смирился со своим положением или в душе клокочет ярость? На всякий случай покрепче сжала его ладонь в безмолвном жесте поддержки. Илар прав, в облике джинна особенно на корону не поработаешь. Кто будет доверять существу, что обречено выполнять чужие приказы?

– Возможно, – согласился король. – Тем не менее, предложение остается в силе и должность твоя, если решишь свою… маленькую проблему.

Маленькую? Да если бы мы знали, как это сделать, уже давно бы Илара очеловечили!

– Благодарю, ваше величество, – сухой кивок, видимо, долженствующий обозначать усечённый поклон.

А что ещё ему было отвечать? Я заёрзала по шелковой обивке. Голова болела, находиться в компании монарха хотелось всё меньше. Не то чтобы у меня голова из-за короля болела, но сами понимаете: первый раз в жизни я увидела короля, и в тот же миг мне попытались проломить грудную клетку заклинанием. Ассоциация у меня теперь и с балами, и с королями, и с дворцами нехорошая.

На самом деле я могла на волне монарших милостей ещё в королевскую фармакологию попроситься. Меня бы взяли, я уверена. Диплом у меня хороший, зелёная карточка от его величества перекрывает чёрную карточку от ректора, так что уже через неделю я бы в белом халатике в кристально чистой лаборатории мешала составчики. Нормированный график, обеденный перерыв, оплачиваемый отпуск, столичная зарплата. Вот только… Не могу же я бросить свою деревню? Я бы ускакала, только пыль от копыт взметнулась, но не сегодня и не сейчас. Как можно уехать, оставив деревню без зельевара, который является еще и целителем? Найти бы замену, но ведь ни один здравомыслящий специалист в эту глушь лечить контрабандистов не поедет. А значит, поездка в столицу была разовым мероприятием.

– В таком случае, вы свободны. Если, конечно, к завтрашнему утру Джеркус будет в моей темнице. А если нет, там окажетесь вы оба, – добродушно улыбнулся король, а я растерянно моргнула, не понимая, шутит он или нет.

Илар тут же выдал адрес моей конспиративной квартиры и сообщил, что ректор содержится именно там. Король милостиво уведомил, что нам не о чем беспокоиться, отряд стражников под руководством надёжного командира уже мчится в указанном направлении. На это ушло всего несколько минут и один пристальный взгляд в сторону бесцветной женщины, которая при всём при этом даже из комнаты не вышла! Что за магию они там практикуют в королевских подвалах?

– К барону тоже выслан отряд. Документы на особняк будут переоформлены в ближайшее время, доверьте это королевской канцелярии, – словно я могла не доверить! У меня и вариантов-то нет. – Имущество будет возвращено вам в течение... – он бросил быстрый взгляд на свою молчаливую спутницу, прочитал что-то в ее глазах и продолжил: – в течение недели.

На этом аудиенцию завершили, нам недвусмысленно указали на дверь. Илар тут же крепко схватил меня за руку, словно боялся, что меня вырвут у него и утащат прочь. Он стремительным шагом проходил по коридорам и переходам дворца, не выпуская моей руки, не сбавляя хода на резких поворотах и продавленных ступенях, истертых тысячами ног за тысячи лет, отмахнувшись от провожатых. То ли он бывал в Летнем дворце прежде (у его величества столько резиденций, что я не уверена, посетил ли он сам их все), то ли просто обладал врождённым чувством направления, но очень скоро мы выбрались из душных залов и бесконечных коридоров, и я облегчённо вздохнула. Илар привычно повлёк меня в какую-то чахлую рощицу (вот нравится ему девушек по садочкам и лесочкам гонять).

– Всё прошло не так уж плохо, – облегчённо рассмеялась я, прислоняясь к корявому стволу.

Глядя в чёрное небо, я чувствовала, что могу взлететь.

– Что с тобой? – удивился Илар. Бедолага, наверное, подумал, что у меня истерика. Отвык за годы жизни в жестянке от эмоциональных женщин.

– С тобой, знаешь ли, не соскучишься, – фыркнула я. – Мы знакомы всего ничего, но я за это время успела пережить столько... Больше, чем за всю жизнь!

– С чего ты взяла, что это моя вина? – делано хмуро поднял бровь Илар и скрестил руки на груди. – Это ты притягиваешь неприятности. Его величество прав, всё вертится вокруг тебя. Твой дядюшка-барон, твой отец, пленивший меня, – я поморщилась, услышав об этом, – твой ректор…

– И вовсе он не мой!

– …твой джинн, – продолжал между тем Илар. – Все нити ведут к тебе, Лили.

– Так, может, главный заговорщик всё это время был рядом с тобой? – лукаво поинтересовалась я. – Как знать, вдруг это всё был мой коварный замысел?

– Коварный замысел, смысл которого в том чтобы… – ухмыльнулся, придвигаясь, джинн.

– Заполучить моего джинна, конечно, – прыснула я, обнимая его за шею. – Чтобы великий ты, да принадлежал женщине! Какой ужас! Скандал! И как у тебя язык не отсох про себя так сказать.

– Не переживай, он в полном порядке. Желаешь проверить? – подначивал Илар.

– М-м-м, – задумалась я, бросая красноречивый взгляд на его губы. Замерла так на мгновение, ощущая, как бьётся сердце. Моё или его? Оба? А потом покачала головой: – Пожалуй, воздержусь. Ты же знаешь, у меня на самом деле нет медицинского образования, я всего лишь скромный зельевар, так что если нужен профессиональный осмотр, ничем помочь не...

Трудно говорить, когда тебя целуют.

Глава 52. Последнее решение

Особенно, когда целуют так, нежно, страстно, до головокружения и ослабевших коленей… Не то чтобы у меня был богатый опыт поцелуев, но тут… Даже пролетевшая было в голове мысль, что этот ужасный тип на самом деле ни во что не ставит женщин, не заставила меня оторваться. Это было так невероятно, что хотелось, чтобы этот момент длился и длился…

Но рядом раздалось деликатное покашливание, и Илар, мгновенно прервав поцелуй, мгновенным жестом спрятал меня за спину, закрыв собой. Я стояла, вцепившись в его плечи, уткнувшись лбом в спину и пыталась отдышаться, вдруг поняв, что он стал гораздо материальнее. На самом деле он выглядел и ощущался практически как настоящий человек, без вот этого лёгкого ощущения призрачности. Когда он плёл себе личину ректора, то обмолвился, что самое трудное для него сейчас, это сделать личину более осязаемой, чем он сам, иначе любой более-менее стоящий маг догадается, что с ним что-то не так. Если там, в деревне, можно было не напрягаться, то во дворце неумех не держат. Поэтому на личину ректора Илар потратил пару часов.