Натали Лансон – Попаданка. Без права на отдых (страница 41)
– Да, золотце. Губернатор будет лизать тебе ноги, если глотнёт хоть каплю этого запрещённого зелья. Так что поднимай свою хорошенькую задницу и найди для меня кое-какие бумаги!
Как итог: вместо скандала, Борнор получил соучастницу. Причём соучастницу, согласную действовать подло.
Пока Сибил рылась в кабинете мужа, ища бумаги об опекунстве маленькой дряни, которую она ненавидела всей душой, Борнор приводил в порядок внешность и строил в уме дальнейшие этапы. Он распределял роли: кто займётся подготовкой брачного договора по старым нормам, кто сведёт необходимые подписи, кто обеспечит «мягкую встречу» с Надин, откуда девушка отправиться прямиком в его постель.
Его план был прост и холоден, как сам мужчина: обвести закон вокруг пальца, задействовать старые обычаи, и превратить правовую систему в клетку.
Магнус знал, что действовать нужно аккуратно: не так, как поступил друг его отца – Гефран аш Одо. Тот слишком заигрался с иной, вселившейся в его отравившуюся истинную, из-за чего бесславно подох в академических подвалах, подставив почти весь орден. Отец впоследствии говорил, что именно с опрометчивой ошибки Гефрана началось падение ордена Тени, хотя Борнор считал эту мысль не совсем верной.
«Да какая теперь разница? Это всё – дела минувших лет. Нет больше ни ордена, ни его членов! И отца нет, – скривившись, Магнус раздражённо заправил шёлковую рубашку в брюки, вспоминая, как сам император Алделл зачитывал приговор Шону Борнору, отцу Магнуса, обвиняя того в связи с орденом Тени. – Ничего… Я верну нашему роду величие! Скоро имена зелёных драконов-менталистов из рода Борнор снова будут у всех на слуху! Иная – мой билет в лигу высшей знати! А Хильсадар… глотнув эликсира, он даже не вспомнит о молоденькой Танас. Пацана Сибил отправит в учебку – она сама говорила. А больше у Надин нет никого! Никто не будет искать её!» – Магнус довольно улыбнулся и провёл по медным волосам широкой ладонью, глядя на своё отражение.
– Она будет моей по всем законам!
Тем временем, на другом краю побережья, где ещё тлел уголь от костра, Надин и Коррин уже приводили себя в порядок и собирались в город.
Рассвет окрашивал песок в бледно‑розовые оттенки; оба шли медленно, словно считая каждую минуту, что оставались от ночи.
Надин прикасалась к руке, где ещё не исчезли перламутрово-красные чешуйки — напоминание о том, что теперь она настоящая драконица! А Коррин улыбался. Счастливо и безмятежно – впервые за последнюю сотню лет.
Надин и Коррин шли в сторону города, не зная о том, что их путь уже частично проложен чужой рукой.
Рассвет становился ярче. Он как будто тоже не замечал, что тени в его свете никуда не пропадают! Они лишь больше приобретают силу и отчётливые очертания, уже к вечеру готовясь снова отвоевать власть у света, едва сумрак опустится на землю после заката Сайнса.
Глава 33. Открытие библиотеки
~
Так было хорошо на душе, возвращаясь за руку с самым лучшим мужчиной во Вселенной в библиотеку, которая на Уграсе стала для меня родным пристанищем!
Боль от слияния с драконицей до сих пор отголосками пульсировала в теле, но я широко улыбалась. Шла и толком никого не видела перед собой, вспоминая первый полёт, ныряние в море, соревнование со стайкой рыб, которая первой встретила меня на тёплой глубине лазурной лагуны.
Хотелось плакать и смеяться одновременно от количества эмоций! Счастье переполняло меня, опьяняя детским восхищением!
Шло какое‑то теплое урчание внутри – не совсем сердце и не совсем кровь, а нечто новое, что теперь тоже называло меня своей.
Коррин сжимал мою ладонь так привычно и мягко, что от этого простого прикосновения всё внутри успокаивалось.
Мы шли не спеша, но каждый шаг я чувствовала иначе, как будто только сейчас впервые встала в полный рост и пошла! Земля ощущалась плотнее, прочнее. Небо – бездоннее. Я по-настоящему переродилась!
– Отдохни, – мягко попросил Коррин, едва мы оказались в холле библиотеки. – Ты пережила сложный этап становления, который проходит не каждый двуипостасный! Тебе нужно время, чтобы восстановиться. Мадира Тиона займёт Дина, не волнуйся. Я попрошу её не беспокоить тебя хотя бы до обеда. А вечером снова пойдём на пляж. Для полного слияния необходимо выполнить около ста оборотов.
– Ох… Да. Я читала, – тяжело вздохнув, кивнула.
Коррин, улыбаясь, ласково коснулся моей щеки, с нежностью глядя мне в глаза.
– Я не сомневался в этом. Ты, наверное, самая ярая любительница книг из всех дракониц, что я знаю! И мне это нравится… хотя, когда ты читаешь, не замечая никого вокруг себя, я немного ревную. Недавно это понял, а раньше считал, что это простое раздражение.
У меня вытянулось лицо от удивления.
– Когда такое было? Я же…
– Всегда. С самого начала. Всякий раз, когда ты выделяла время на изучение книг, весь мир будто исчезал для тебя. Я мог даже подойти вплотную, но ты вряд ли заметила бы меня. Знаешь, глядя на тебя, я понимал, как выгляжу со стороны для других.
Я, хмыкнув, покачала головой.
– Что ж. Это даже полезно. Что насчёт моей увлечённости, то понять меня не сложно. Уграс нов для меня. То, что я стараюсь познать его, увлечённо изучая – вовсе не плохо.
– Не плохо, – повторил дракон, проводя подушечкой большого пальца по моей нижней губе.
Синие глаза Хильсадара вспыхнули магическим светом, и стало как-то не до диспутов насчёт увлечённости книгами.
Коррин шагнул ко мне навстречу с явным намерением поцеловать, но со второго этажа послышался топот маленьких ножек.
– Надиночка! Ты вернулась! Я… Я так волновался!
Хильсадар досадливо отступил, позволяя маленькому мальчику вклиниться между нами, чтобы тот смог обнять меня.
Мадира Тиона мягко улыбалась, спускаясь в компании Грома по лестнице.
– Он, действительно, волновался, леди Надин. Еле уснул! И всю ночь ворочался беспокойно.
– Всё хорошо, – я присела на корточки, крепко обняла Дина и громко прошептала тайну, которой делятся со всеми окружающими. – У меня получилось, Дин. Теперь твоя сестра – драконица!
– Ох! – пискнул мальчик, прижав кулачки ко рту. – Всамделишная?! Красная?! С крыльями?!
– Угу.
– Уииииии!!!!
Счастью мальчугана не было предела. Какой там отдых?! Он намертво вцепился в меня, требуя детального рассказа о том, как это было.
Я виновато посмотрела на хмурого губернатора и пошла следом за пареньком, потянувшем меня в служебную комнатку, где уже накрывала ранний завтрак Дея.
***
В меня как будто кто-то вдохнул новую жизнь. Хотя почему «кто-то»? Я определённо знала, кто этим самым благодетелем был – Коррин сейш Хильсадар!
Всю неделю, до самого открытия библиотеки, новый губернатор Альпаны не переставал меня удивлять!
Во-первых, он купил на имя Дина небольшой двухэтажный коттедж! Якобы «подопечному». Не мне. И этот жест показался каким-то невероятно милым и, кто-то будет смеяться, даже уважительным! Нас не покупали, а осторожно заботились, не тыкая носом в свои «широкие жесты» и денежные возможности.
Особо порадовало документальное оформление опеки на имя Коррина! Буквально через два дня мадир Симон лично доставил все документы в наш новый домик, который мы с Дином с невероятным трепетом обживали, наслаждаясь чувством полного счастья под умиротворённым взглядом нашего крылатого фея.
Адвокату пришлось пройти аж три поста охраны, которые установил главный телохранитель Хильсадара, Хайдек. Страж относился к своей работе со всей серьёзностью, поэтому оказаться у нас в гостях было совсем непросто. Почти целый квест.
Во-вторых, Коррин дал добро на наём служащих в библиотеку, как только перетащил лабораторию в свой особняк. Четыре-пять человек.
Это порадовало больше всего, потому как одно дело – присматривать за библиотекой, и совершенно другое – самой обслуживать манускрипты и одновременно вместе с этим работать с будущими посетителями!
Я быстро составила список ролей и начала работать, как будто собирала пазл: нужен был старший библиотекарь, грамотный в делах архива; смотритель рукописей, знающий несколько языков и древние руны; педагог-специалист для работы с детьми и, конечно, кто‑то, кто будет следить за порядком и хозяйством.
Отбор я провела нестандартный. Вместо бумажных резюме приглашала людей за стол, с чашкой травяного чая, и смотрела, как они оживают в разговоре о книгах.
Так я узнала Жака – тихого мужчину с седыми висками, который с трепетом отзывался о своей прошлой работе – соборных архивах, откуда его отправили на пенсию вопреки его желаниям. Любовь к бережной обработке страниц до сих пор горела в его сердце, и я не смогла отказать мужчина в должности только потому, что он стар!
Руки дядюшки Жака были загрубевшими, но аккуратными; он мог часами говорить о папирусе и клеймах на переплётах. Я быстро поняла, что ему можно доверить манускрипты.
Была и Марэна – молодая девушка с озорным взглядом и необычной памятью на имена авторов. Она тоже работала при храме бога Люксара, но семейные обстоятельства сложились так, что девушке пришлось переехать в Альпану. Девушка сильно нервничала на протяжении всего чаепития, боясь, что я возьму кого-то другого, но её глаза горели такой жаждой передавать знание, что я, ни капли не сомневаясь, назначила её на должность педагога.