Nata Zzika – Любовь до востребования (страница 121)

- Да, конечно, только сначала позвони, а то я не знаю, где буду сама, - смущённо ответила волчица. – Или передай с кем-нибудь, кто поедет сюда. Кстати, что там такое?

- Я не смотрел, - Матвей, повернувшись к Ольге полубоком, натягивал куртку, и не увидел, как расширились её глаза на его следующую фразу. – Максим Данилович просто попросил передать.

- Максим… Данилович? – Ольга едва не подавилась воздухом. – Когда? Где вы встретились?

- Да в больнице! Там никого не пропускали, не клиника, а тюрьма какая-то! – куртка надёжно прикрывала его приподнятое настроение, поэтому мужчина смог, наконец, разговаривать, стоя к Ольге лицом. – Я не видел, когда альфа появился в больнице, может быть, он там уже был, когда пришёл я сам. Но к тебе не пропускали, пришлось все силы бросить на борьбу с этой цербершей. И уговоры, и шоколадка, деньги – её ничего не интересовало – твердила одно и то же «разрешено пускать только родственников». И тогда я заявил, что жених – тоже родня, поэтому не имеют права не пропустить. И что ты расстроишься, если любимый мужчина тебя не навестит, у тебя подскочит давление. Или упадёт. В общем, твоё здоровье пошатнётся. И этой заразе в белом халате придётся лично объясняться с Верховным.

Вот это её проняло. Она переспросила – точно ли мы жених и невеста? – и я показал ей несколько снимков в своём телефоне. Ну, те, помнишь, где мы дурачились, в фанты играли вшестером?Тогда-то и появился альфа. Он зачем-то заглянул в мой телефон, оттеснив медичку, а потом попросил передать тебе коробочку и сразу ушёл.

- Какое… фото он увидел? – в горле у Ольги пересохло.

- Да то, где ты у меня на коленях сидишь, - волк заметил, как резко изменилось настроение волчицы, и насторожился сам. – Это что-то важное? Прости, я положил в карман, но меня так быстро выставили, что я вспомнил о коробке только дома. Если хочешь, я прямо сейчас съезжу за ней и привезу её сюда!

- То, где нам выпал фант – изобразить молодожёнов? – безжизненным голосом спросила Оля. – И все слышали, как ты называл себя моим женихом?

- Ну, да, где мы целуемся. Оль, ты побледнела… Я не смог придумать ничего другого, чтобы меня пропустили! Оля?!

- Привези, пожалуйста! Прямо сейчас привези эту коробочку, - Ольга умоляюще посмотрела на волка и бросилась к вешалке. – Нет, я с тобой поеду, так скорее.

- Конечно, поехали, - волк выглядел весьма озадаченным. – Только нормально оденься, на улице зима.

Всю дорогу они молчали – Ольга не могла прийти в себя от новости, а Матвей, искоса поглядывая на кусающую губы женщину, сдерживал вздохи сожаления. Надо дураком быть, чтобы не сложить два и два. Между альфой и Олей что-то происходит, они развелись, но, похоже, чувства никуда не делись. Жаль, такая самка! Может быть, после секса она посмотрела бы на Матвея иначе, но, увы! Не судьба. И как он забыл про эту коробочку? Отдал бы вовремя, и Ольга позвонила бы не ему, а альфе. И Матвею не пришлось бы пережить столь жестокий облом…

В московскую квартиру Матвея Дёмина, они приехали всего через час – волк летел, нарушая все ПДД. Видно было, что волчица едва сдерживается, ему хотелось скорее вручить ей коробку, чтобы Ольга успокоилась. Хотя, кто знает, что под упаковкой, и к каким последствиям привело опоздание с доставкой?

- Вот, - протянул он коробочку.

Оля схватила, будто от этой штуки зависит её жизнь, но при Матвее открывать не спешила.

- Спасибо, Мэтт. Провожать меня не надо, я такси вызову, - женщина прижимала к себе неброскую упаковку, как что-то невероятно ценное. – И прости, что испортила тебе вечер.

Не оглядываясь, она сбежала по ступенькам, хлопнула дверью подъезда.

Матвей покачал головой – надо бы проводить, но как, если она против?

Такси приехало через двадцать минут, Ольга села в салон, назвала адрес.

- Это же область, - возмутился таксист.

- Тройной счётчик, - бросила женщина.

- Ну, раз надо, так надо, - сразу согласился водитель.

Разумеется, на территорию посёлка человека никто не пропустил бы, поэтому Оля вышла у поворота, расплатилась с таксистом, порадовавшись, что собираясь, не забыла сумочку, и дальше пошла пешком.

Ночь, тихо, посёлок спит. За всё время ей встретились только три волка – два на въезде и один – по дороге к её дому. Коробочка жгла руки, а мысли, роем разъярённых пчел клубившиеся в голове, только добавляли тревоги.

Получается, Максим приходил к ней, но его не пустили! Приходил, и услышал, что у неё есть жених, увидел фото… Ах ты дурак лохматый! Нет, чтобы подождать, ведь её на следующий день выписали! Сразу поверил, сразу собрался и уехал.

Пень благородный!

Умка горестно завыла.

«Уехал! Уступил другому волку! Не стал бороться»…

Дома Ольга сняла пальто, бросив его, куда пришлось. Не разуваясь, прошла в зал, присела на диван.

Руки дрожали, когда женщина разворачивала обёртку и открывала крышку…

И сердце почти остановилось, когда она достала фигурку – белая волчица, вырезанная из кости. Как живая, даже передано настроение зверя, узнаваемый корпус, поворот головы, разрез глаз, непослушный вихор на шее, который всегда выбивается – Ольга держала на ладони копию своей Умки.

Луна… Сколько же времени он потратил, чтобы так мастерски изобразить зверя? Не день, не неделя, тем более что есть и другие дела, а не только мастерить поделку. И невозможно так точно передать сходство и детали, если знаком с оригиналом поверхностно. То есть Максим всё это время помнил о ней. Помнил и думал.

А потом просто взял и уехал?

Услышал, что кто-то называет себя её женихом, и сразу сдался? Нет, ладно бы, она сама ему про жениха сказала, а так-то кто угодно может им назваться, не всем же сразу верить!

Фото! Да, фото оказалось последней каплей. Последним пазлом, который завершил картину, доказательством, что Матвей не лжёт, их связывают тёплые отношения.

Максим знает, что она не свиристелка и не подпускала к себе всех подряд. У неё и мужчин-то было всего двое, считая Илью. И не считая самого Максима, правда, с последним они не соединялись.

Знал, что она не склонна прыгать по кроватям, поэтому, увидев на фото поцелуй, поверил. Но фото – это один миг, в предыдущее мгновение и следующее картина выглядела совершенно иначе!

Ах ты, Луна! И что теперь делать?

От облегчения, что он, оказывается, приходил, да ещё и с таким подарком! – от отчаянья – где же теперь ей его искать, как объяснить, что никакого жениха нет, а есть один несносный волк, без которого она, похоже, не может обойтись? - Оля расплакалась, опустив лицо в ладони.

Слёзы солёной росой покатились по щекам, сквозь пальцы, собирались на подбородке.

Умка скулила с ней в унисон.

И внезапно женщина успокоилась. А чего это она сидит и нюнит? Вышло недоразумение, значит, нужно догнать волка и всё ему объяснить. И там… там будет ясно – есть у них будущее, или она опять ошибается.

С утра Леванцева уже была у Верховного.

- Мне нужен отпуск, - выпалила она ошарашенному Андрею.

- Ты себя плохо чувствуешь? – серьёзным голосом поинтересовался Андрей Антонович.

- Нет. Мне нужно время на… на личную жизнь! – выпалила волчица. – Да. Вопрос жизни и смерти!

- На… гм… И надолго?

- Не знаю, - честно ответила женщина. – Я понимаю, что ещё не успела наработать на отпуск и, вообще, не успела поработать, но, как говорят люди – работа – не волк. А мне как раз очень надо убежать… в лес.

- Ты уверена?

- Да!

- И нам опять придётся тебя спасать?

- Нет! На этот раз никакого экстрима, и я всегда буду на связи.

- Могу я поинтересоваться, в какой части страны мне подстелить соломки? – Верховный решил уточнить масштабы грядущего бедствия.

- Надеюсь, что это вы мне назовёте, куда мне направляться: я еду к Максиму, а мне до сих пор никто не сказал, где он отсиживается.

- К кому??! – глаза Верховного на долю секунды увеличились в размере. – Зачем??!!

- Скажем так, я не успела поблагодарить его за спасение. И… и мы нужны друг другу.

- Единственно, что меня сейчас радует, так это факт, что на этот раз России ничего не грозит, - хмыкнул альфа. – Потому что Решетников в Америке.

- Значит, я еду в Америку, - Ольга прикусила губу. – Нужен загранпаспорт, виза, деньги… Деньги у меня есть, остальное сделаем. Адрес! Мне нужен адрес Максима!

- Нет.

- Да.

- Нет!

- Да!!

- Твою мать, девочка, что ты опять задумала? – взревел оборотень. – Жизни других – это не игрушки! Хватит, пора взрослеть! С чего ты взяла, что он тебе будет рад? Я уже не говорю, что станет с несчастной Америкой…

- Андрей Антонович, - Ольга встала, - для меня всё серьёзно. Если же я не нужна Максиму, то пусть об этом он мне скажет сам. Глядя в глаза.

Верховный, не сводя с Ольги взгляда, что-то набрал на телефоне и отправил вызов.