Nata Zzika – Любовь до востребования (страница 119)
- Ничего, уже ничего, - Ольга попыталась принять вертикальное положение, но Максим подхватил её на руки и прорычал в лицо Верховному:
- С тобой позже поговорим, Веррррховный! Немедленно врача!
И едва не бегом бросился вон из зала.
А шея почти не болела, только ныло отбитое о Валерия колено, да мозжила ушибленная, бывшая укушенная, рука. Зато как же удобно и уютно было находиться на руках у волка! Лежала и лежала бы…
Решетников шагал, бормоча какие-то глупости, вроде – сейчас доктор посмотрит, всё будет хорошо, только не закрывай глаза! – а Оля просто наслаждалась. Луна побери, неужели она скучала поэтому несносному, противному, деспотичному волку?
- Почему ты не перекинулась? - прохрипел Максим, который до этого нёсся по коридору Дворца, пиная все двери подряд, пока не обнаружил в одной из вскрытых комнат диван.
- Нельзя зверем на человека, - с укоризной ответила Ольга и закашлялась.
- Плохо? Воды? Сейчас, - заметался Максим.
- Нет, ничего, - остановила его волчица. – Уже лучше.
- Когда жизнь защищаешь – всё можно! Ты слабее волка, обернулась бы – никто слова не сказал, - и замер, глядя в глаза.
- Нет уж, спасибо. Как-то не хочется, чтобы ещё раз отлупили.
- Оля, это же совсем другое!
- В чём другое? – к Ольге вернулся боевой настрой и старая обида. – Когда ты меня бил, я защищалась, и перекинулась. Ты что сделал, напомнить?
Волк сник и с тоской посмотрел на женщину.
- Оля… я…
- Ты меня точно также придушил! – продолжала волчица. – Ну, не совсем так, не специально душил, просто мою голову в свой бок впечатал и не заметил, что перекрыл нос и рот. Но я задыхалась, а ты не видел! И мою Умку обернул так, что она несколько дней пластом лежала. Спасибо, одного урока мне хватило!
- Оля, - Максим шагнул к дивану, медленно стёк на пол, встав на колени, протянув руку, но Ольга, распалённая воспоминаниями и тем, что только что произошло, отдёрнулась. Потом вспомнила, что собиралась ему сказать при встрече и выпалила:
- Ты не думай, я умею признавать свои ошибки и ценить хорошее. Давно хотела сказать спасибо, что отпустил и не препятствовал разводу, но ты уехал, телефон никто мне не давал, а извиняться и благодарить письменно мне кажется неправильным. В общем, спасибо, что развёл нас и прости, что обманула и сбежала. И за деньги спасибо, они меня очень выручили. Знаешь, сейчас у меня денег полно, по распоряжению Верховного мне передали папино наследство, поэтому я могу вернуть тебе всё до копейки.
По мере того, как она говорила, взгляд волка терял щенячье-виноватое выражение, становился жёстче, пока окончательно не заледенел после Ольгиной фразы.
Волк буквально окаменел, но ничего ответить не успел, потому что в комнату ворвались оборотни, сразу стало многолюдно и шумно – прибежал врач, Татьяна, ещё кто-то. Решетникова оттёрли, а потом самцов и вовсе выгнали.
- Нужно проверить на рентгене, - врач вынес вердикт после беглого осмотра.
- Я отвезу, - Татьяна кому-то махнула, и ей передали Олину одежду. – Давай-ка, собирайся.
В больнице её просветили, в очередной раз взяли кровь, и решили оставить под наблюдением.
- Небольшая трещина в ребре, гематомы на шее, травмирована кожа головы, ушиб предплечья, - перечислял врач. – Возможно, сотрясение. И поскольку Ольга Петровна совсем недавно перенесла тяжелейшее... гм… путешествие и ещё не совсем окрепла, полагаю разумным оставить её в стационаре.
Как она ни брыкалась, её возражения никто не слушал. Приказ Луны, и ей пришлось подчиниться.
В больнице Олю продержали три дня – что-то кололи, кормили на убой, отобрали телефон и не позволили смотреть телевизор.
- Вам необходим полноценный отдых! – заявил врач.
Дарья с Анастасией навещали её каждый день, принося с собой вкусности и новости.
Сход завершился приговором, оборотни разъехались по домам. В родной клан Ольги Верховный направил троих опытных оборотней, из числа своих доверенных лиц, чтобы они постепенно наводили в стае порядок. Поединки за статус вожака клана были назначены на пятнадцатое июня.
- Папа говорил, что уже двадцать семь соискателей, - всплескивала руками Дарья. – Я так хочу посмотреть на бои, но папа сказал, как отрезал.
«Нечего вам там делать», - скопировала она отцову манеру говорить. – Вот так, всё самое интересное пройдёт мимо.
Сёстры веселили, с ними было легко и свободно, и Ольга искренне радовалась их визитам. Один раз её навестил Матвей, принёс цветы, смешную игрушку – розового зайца и телефон, но в момент передачи последнего, их застукал лечащий врач. Волк получил выговор и был выдворен из больницы.
- У неё сотрясение мозга, категорически запрещено любое напряжение! - возмущалась оборотница. – Предупрежу внизу, больше вы сюда не попадёте!
И не попал.
Но без Матвея и Руслана Ольга не скучала. Она все дни ждала одного конкретного волка, собираясь снова извиняться. На этот раз – за резкие слова. И снова благодарить – за спасение. Ведь именно Максим первым из оборотней бросился ей на помощь и буквально выдернул её из лап волка, передав в руки Верховного.
Но он так и не пришёл.
А когда Олю выписали, и она вернулась в посёлок, первое, что ей сообщили – Максим Решетников уехал на Север вместе с альфой Диких.
Такого Ольга не ожидала.
Нет, она подозревала, что волк мог обидеться на её неосторожные слова о возврате денег или на то, что она сравнила его с убийцей, но думала, что сможет всё объяснить при встрече.
Однако несносный волк даже не дал ей этой возможности!
В груди кипело от возмущения – уехал, не захотел её увидеть, узнать, не пострадала ли она сильнее, чем это было сразу заметно! А к чему тогда были эти взгляды, эти бережно прижимающие руки, и эта дикая ярость, с которой он бросился на Валерия? Ведь успел впереди всех, хотя сидел дальше других!
Оля вспомнила, как волк, материализовавшись сзади обвиняемого, отшвырнул того в сторону и подхватил женщину на руки. Как передал её Верховному и успел перехватить повторную атаку волка, переключив его на себя.
Это было страшно – Валерий рвался убивать, и ему уже было не важно – кого. Опоздав на пару секунд, в оркестровую яму горохом посыпались оборотни, ринувшиеся на помощь сначала волчице, а потом – Максиму. Но они только мешали друг другу, и не будь Решетникова, Валерий имел неплохие шансы прихватить с собой на тот свет одного или двух сородичей. Но и эту возможность Максим у него отнял, а потом совсем было собрался отнять и жизнь, но тут Ольга по просьбе-приказу Андрея Волкова его позвала. Удивительно, что в таком состоянии он вообще её услышал. И почему альфа сам его не позвал, а попросил Олю? Странно…
Ох, - женщина вспомнила, как Максим не слишком почтительно обращался к Верховному.
Так, может быть, он не сам уехал, а его выслали?
С этими мыслями он бросилась к Татьяне.
Волчица Оле обрадовалась, но на вопрос – не наказывал ли её муж Решетникова, ответила отрицательно.
Вообще Луна была, как всегда приветлива, но вела себя чуть прохладнее, чем обычно.Наверное, у Татьяны Игнатьевы свои заботы, а тут опять она! Семья Верховного столько для неё сделала, пора совесть иметь, и перестать бегать к ним по любому поводу.
Ольга торопливо попрощалась и вернулась к себе в квартиру.
Получается, Максим просто приезжал на Сход, его Верховный вызвал, а когда суд завершил работу, вернулся назад в… Где он там поселился? Ей никто так и не сказал, а спросить у Максима она не успела…
Решетников принял участие в суде над преступниками, и случайно, по пути, спас Ольгу. Он спас бы любую волчицу, угоди она в переплёт. И также нёс бы её на руках, так же смотрел – с тревогой и каким-то ожиданием? Кто знает…
Она, как и хотела, перед ним извинилась. И поблагодарила. В принципе, пора уже выкинуть Решетникова из головы!
Умка вскочила и заметалась, рыча и взлаивая, будто ругаясь и осуждая.
«Да, прости, я ещё не сказала ему «спасибо» за спасение от Валерия! Скажу, если встретимся», - ответила она зверю и удивилась, потому что волчица глубоко вздохнула и завела глаза вверх. А потом отвернулась, снова свернувшись клубком.
И всё самообладание женщины пошло трещинами: нет, ну сколько можно? Даже собственный зверь и тот её не всегда поддерживает! Она ходит по кругу, и никак не может выбраться за его пределы. Надо что-то менять в жизни.
Волчица вытерла слёзы и задумалась – бросить работу у Верховного и уйти «в свободное плаванье»? Она может себе позволить совсем не работать, но это же скучно. Потом, волки не живут поодиночке. Мама права – они – стайные, без близости – духовной, физической – и не всегда «физическая близость» - это именно секс – им плохо. Секс…
Как давно он у неё был в последний раз?
Ох, очень давно.
Может быть, все её метания как раз из-за этого?
Ольга вскочила и прошлась по комнате, обдумывая новую мысль. Если она права, то ей нужно срочно с кем-нибудь переспать. С кем?
Положим, выбор претендентов, при мысли о которых её не тошнит, у нее совсем небольшой – Матвей, Руслан, Максим.
Тьфу, опять Максим? Он-то тут причём? Уехал и уехал. Видимо, не так уж она ему дорога, как вещал Тулун. Что ж, все ошибаются, безупречных и совсем невиноватых не существует. Выбрасываем из головы Решетникова, и смотрим на тех, кто рядом.
Руслан… Перед глазами возник образ молодого волка. Ольга рассмотрела его со всех сторон, прислушиваясь к собственным ощущениям - пожалуй, нет, этот вариант отпадает. Рус милый и красивый, физически привлекательный, но её к нему не тянет, от слова «совсем». Даже пробовать не стоит.