Ната Чернышева – Сестра Огня 3 (страница 6)

Уголок вылез наконец-то из воды, перебрался ко мне поближе. Двигался он смешно, но ловко, на концах, как школьный циркуль, когда им измеряют расстояние длинной прямой. Разумный кристалл взобрался по моей ноге и прижался к месту, куда приложилось нивикийское копыто. Мне сразу же стало легче.

Я осторожно погладила его по поверхности, в благодарность. Ко мне пришло ответное тепло. Ещё один сирота-потеряшка. Не буйный, наоборот, полезный, лечит вот. А ведь я за него в ответе, подумалось мне. Как за младшего брата, что ли…

***

Темнодар встряхнулся, отметая в сторону момент слабости. Я восхитилась, потому что сама пребывала в полнейшей панике и что с ней делать, не очень знала. Всё же это только слова, про победу не для сопливых. Даже не мои слова, а моего двоюродного брата Ана.

Со словами против оружия, которое наверняка взяли с собой на охоту за нами Белоголовые немного навоюешь.

– Надо уходить, – сказал Темнодар.

– Как? – живо заинтересовалась я.

Встречаться с врагами очень не хотелось. Я, в той щели сидючи, чтоб она сгорела, отчётливо воспринимала их эмоции. Любви к нам там не было ни на грамм. Может, и был приказ брать живыми, но никто не запрещал бить и издеваться. В меру. Не до смерти и не до предсмертного состояния, но боли мы с Темнодаром совершенно точно наедимся от души.

Боль меня пугала.

Впервые в жизни я оказалась перед простым фактом: у меня есть враги и они меня заранее не любят. С ними не договоришься. С ними даже драки не выйдет. Такой, знаете ли, красивой пафосной драки, когда продаёшь свою жизнь за десяток вражьих.

И одну не успеешь. И «мама» пискнуть не успеешь. Не то, что…

– Почему Белоголовые злые? – спросила я у Темнодара.

– Белоголовые контролируют Врата, – совсем по-человечески пожал плечами нивикиец. – И не любят, когда то же делают другие. Кто владеет Вратами, тот владеет миром.

Не поспоришь. Но…

– Врат же много, – осторожно предположила я.

– Неподвижных, стабильных – да, но управляются такие Врата единой Тенью. Могут управляться так. У Белоголовых получается.

– А блуждающие?

– Такие Врата Белоголовые уничтожают. Вместе с их Тенью.

– То есть, Камнеломка ещё может выжить, а Темнодару точно крышка.

– Крышка? – не понял он сленгового выражения, бытующего на Старой Терре.

– Смерть, – расшифровала я.

– Смерть, – угрюмо кивнул он. – Истинно так. Но и Стерегущий пусть не радуется. Дело Стерегущего – копить и распределять энергию, потребную для раскрытия Врат. Энергия приходит безо всяких условий. Посадить на цепь и держать, пока не наступит истощение. Крышка.

Да тут как бы не вообще полярный лис, эндемик моей планеты, подумалось мне. Можно ещё и нивикийских слов насыпать, Темнодар поймёт. А толку. Не ругаться в пустоту, а прыгать надо!

– Надо уходить, – сказала я, мне стало очень и очень не по себе. Как можно быстрее. – Блуждающие Врата где-то здесь, Темнодар хочет уйти через них? Куда угодно, только не к Белоголовым?

– Пусть Камнеломка посмотрит на свою руку.

Я посмотрела. Контуры ящероголового пса вновь проступили на ладони, тонким багровым отсветом.

– Скверно.

– Совсем?

– Да.

Проклятье. Где же взять энергию, если её нет? Паранорма пирокинеза использовалась нами вовсе не для накопления. Наоборот, огневую мощь необходимо было разумно тратить и гасить, иначе она, накапливаясь, приводила к неконтролируемому выбросу сил. То есть, к разрушениям. Самым разным. Слухи ходили, что даже звезду сколлапсировать можно, такими мощными бывали порой подобные выбросы.

Паршивые из нас батарейки вышли, что ни говори.

Какое счастье, что на заре становления паранорм, когда никто не знал, что они такое, и не умел с ними работать, наше Солнце не взорвалось! Ведь могло.

У нивикийцев, выходит, была своя школа. Школа Стерегущих. Где учили, как правильно накапливать то, что у нас накоплению не поддавалось в принципе.

Интересный культурный пласт, с мамой бы обсудить, с профессором Сатувом, с Томпалем… Да даже и с Равиой не отказалась бы! Острая тоска сдавила сердце. Как же я их всех люблю и как далеко от них нахожусь сейчас!

Показалось или огненный контур пса на ладони стал ярче?

ГЛАВА 4

Я погасила пламя, отёрла руку об одежду. Лучше не тратить последние крохи невесть на что.

– Силы берутся из любви и боли, – печально сказал Темнодар. – Но если Камнеломка уйдёт в страдание целиком и полностью, добра не будет. Так можно сгореть дотла, и не спасут.

– Родные Камнеломки живы, – сказала я. – Полного страдания не будет!

Возможно, я говорила слишком уж яростно. Потому что нивикиец скептически дёрнул головой. Но он промолчал, и я испытала к нему благодарность.

Я хотела верить, что все живы. Мне страшно было думать о том, что, возможно, живы не все. А ещё откуда-то в глубине души я знала, что если не верить в смерть, то она не случится. Детское ощущение, знаю, но с тобой сбывается то, во что всей душой веришь. Веришь в смерть – получишь смерть.

Я в другом мире. Странном и не похожем на наш. Здесь есть живые нивикийцы, есть служители жестокого культа Белоголового Паука-бога, вместо космических станций установлены Врата. Может, здесь есть что-нибудь ещё.

Отменяющее смерть, например, если в неё не поверить.

– Надо спуститься вниз, – решил Темнодар. – Поискать укрытие в скалах на ночь. Найти и приготовить еду.

– И постараться не попасться на глаза Белоголовым, – кивнула я. – Отличный план.

Но плану не суждено было сбыться. А случилось всё до обидного просто.

Мы осторожно пробирались вниз по руслу ручья, отчаянно стараясь не поскользнуться на влажных камнях. Лететь вниз придётся долго, с шумом, визгом и вполне понятным итогом.

Вскоре мы вышли на небольшое лысое место: деревья отступили, трава поредела, и под ногами пошли камни, уходившие глубоко вниз вертикальными слоями. Слои выщербило ветром и водой, ступать по ним было ох как непросто, и мы смотрели себе под ноги в основном, полностью забыв, что кругом враги.

Радостный крик выдернул нас в реальность. Прямо напротив нас, на скале чуть выше, стоял Белоголовый.

Я разглядела его во всех частностях. Белый плащ, алые рукава рубахи, тёмные брюки, копыта – что же ещё-то! – украшенные изображением паука с ненормально большой, белой головой. Белые, – ненормально белые, я бы сказала, краска? – волосы, скрученные в высокую гулю на темени.

Острый страх пронизал меня всю от макушки до пяток.

Мы попались!

***

Сзади, слева, справа появились ещё белоголовые. Они одновременно вскинули руки, и мне не понравилось странное сияние вокруг их кулаков. Я видела его не только обычным зрением, но и паранормальным тоже. Оно воспринималось как толстые белые нити, слабо светящиеся в полумраке. Как будто в руках врагов встроен был генератор сетей, похожих на паучьи.

Чем бы оно ни было, добра это нам не принесёт!

Я дёрнула кругляш шеста, он развернулся со змеиным шипением. Не дамся без боя!

Но что противопоставить идущей на нас волне паранормальной мощи я не знала. Нас хотят пленить или уничтожить? И этого я не могла понять тоже!

Кажется, мы пропали…

Свист, удар. Я отвела шестом кончики первых «нитей», сбросила их на землю. Они зашипели, соприкасаясь с каменистой землёй. Белоголовые дружно выдохнули «Х-ха!», и шест выбило у меня из рук, закрутило, сложило в кругляш. И он канул где-то в пропасти, с концами.

Паника подкатила к горлу: как бороться c врагом, применяющим столь подлые и опасные приёмы? И где мой нивикийский друг? Он собирается драться или что он там делает?

Темнодар возник рядом и цепко схватил меня за руку.

Тень и Стерегущий вновь соединились в единое целое, и сквозь нас и вокруг нас упала невидимая, но от того не ставшая легче, тяжёлая плита.

И всё закончилось. В один миг, сразу. Как будто кто-то щёлкнул рубильником и во всём мире погасли все источники света сразу.

***

Я очнулась резко, рывком. Ощутила под щекой каменистую поверхность и впившуюся в кожу острую грань. Стекло? Заострённый кусок щебня?