Настя Ненастьева – Песня о Розе и Соловье (страница 6)

– А кроссовки снять! Правильно, когда моя очередь мыть полы, так можно топтаться, – он перевел взгляд на круглые глаза сестры и насторожился: – Виктория, не пугай. У тебя сейчас такое выражение лица… Я думал, что на ролике какой-нибудь усатый граф пьет чай с пудингом, а ты… Что ты увидела на той пленке?

– Я сейчас на твое лицо посмотрю, – она торопливо сунула флешку в компьютер.

– Надеюсь, ты помнишь, что мне еще семнадцать и совершеннолетие будет через неделю? – попытался пошутить Чарли.

– Чарли, шутки сейчас крайне неуместны. В отличие от совета.

– Совета? – насторожился брат.

Вместо ответа Виктория запустила видео. На протяжении полуминуты выражение лица брата менялось от подозрительно-выжидающего до удивленно-восхищенного.

– То есть, если я все правильно понял, человек с пленки девятнадцатого века искал тебя? – спросил он, как только запись остановилась.

– Да, но это невозможно!

– Да это гениально!

– Ты понимаешь, что я разговаривала с этим человеком? – Виктория стыдливо прикрыла ладонью лицо. – Я отвечала ему! Это ты сейчас просто так смотришь запись, а когда я говорила, то его реплики были ответами на мои слова!

– Как эксперт, ты подтверждаешь, что пленка действительно стара, как скелет динозавра в музее естественной истории?

– Похоже на то. Либо же это просто филигранная работа. Я имею в виду подделку.

– Фантастика!

– Как считаешь, стоит обратиться в полицию?

– Зачем?!

– Чарли, что значит зачем? Мне прислали анонимное письмо. Это раз, – Виктория принялась загибать пальцы. – Девушку, которая передала мне запись, запугали до смерти. Это два. Мне предложили спрыгнуть с моста, заманивая сведениями о настоящих родителях. Это три. Неужели недостаточно причин?

Чарли задумался.

– Кажется, в письме было сказано, что собственник пленки гарантирует настолько щедрое вознаграждение, что мы и представить не можем, верно?

– Видимо, только в мечтах. Работу я выполнила, а обратной связи с этим человеком нет. И вознаграждения, соответственно, тоже, – она фыркнула. – А свернуть себе шею – сомнительная награда.

Почесав затылок, брат предположил:

– А что, если заказчик под «слишком щедрым вознаграждением» имел в виду встречу с твоими родителями?

Виктория посмотрела на него, как на сумасшедшего.

– Чарли, о чем ты говоришь? Ты же будущий физик, человек науки, – пробормотала она, не веря своим ушам. – Пожалуйста, скажи, что ты не всерьез.

– Виктория, ну ты вот вроде почти гроссмейстер, тебе присуща логика. Включи ее! Что если взглянуть на эту ситуацию с точки зрения… Скажем… Путешествия во времени?

Виктория нахмурилась, сложила руки на груди и отошла к окну.

– Не далее как сегодня я говорила тебе, что думаю о твоем увлечении фантастикой. Не разочаровывай меня.

– Да с чего! Вот смотри, – он подхватился со стула и стал посреди комнаты. – Сейчас отбросим все нереальное и порассуждаем с научной точки зрения.

Расслабленная поза, приподнятая бровь, наклон головы, поджатые губы: все выдавало в девушке недоверие. Она кивнула головой, мол, вся внимание.

– Люди считают, что время – это последовательность событий, чередующихся одно за другим. Однако это не совсем так. Да, оно состоит из событий, но все они имеют разную степень вероятности.

Чарли взял со стола лист бумаги и начертил на нем кривую схему.

– Смотри. Ты странным способом получила древнюю пленку. Вероятность того, что она может попасть именно к тебе, была?

– Была, ведь я хотя бы мизерное, но все же имею отношение к реставрации видеозаписей, – согласилась Виктория, не до конца еще понимая, что хочет сказать брат.

– Одни из вариантов развития событий во времени могут быть более вероятны, другие – менее. Несмотря на то, что шанс проявиться вторым дается совсем ничтожный, они все равно продолжают существовать наравне с первыми.

Он резким движением перечеркнул криво нарисованные стрелки и блоки.

– Теоретически в момент скачка во времени порядок возможностей может перепутаться. И возможность, которая подверглась наименьшему темпоральному вмешательству, реализуется вместо самой вероятной возможности.

Виктория лишь недоуменно моргнула несколько раз.

– Все складно и красиво в твоем докладе. Особенно слово «теоретически».

– Ну, Виктория, подумай. Когда мы говорим «время», то что сразу же приходит в голову?

– Деньги?

– Пространство! – Чарли закатил глаза и постучал пальцем по лбу. – Пространство и время. И именно из представления о времени как о чем-то схожем с пространством и рождаются многочисленные книги и фильмы о машине времени.

Он отбросил лист бумаги в сторону.

– Смотри. Например, река движется по наиболее вероятной траектории – по руслу. Но человек может изменить эту траекторию, природная стихия может также ее изменить. Вспомни ураган несколько лет назад в США. Из-за него течение Миссисипи остановилось и развернулось в обратном направлении.

– То есть ты хочешь сказать…

– …что то же самое происходит и при перемещении во времени, – закончил Чарли. – Мы на пороге невероятной возможности!

С полминуты девушка стояла, пытаясь переварить услышанное. После она тряхнула головой, решительно подошла к компьютеру и выдернула флешку.

– Я уверена, что ты не завалишь экзамены при поступлении на физический факультет, но поверить в эту сказку я не могу.

– И что же ты будешь делать с этим всем?

– Завтра с утра пойду в полицию.

– И что ты им скажешь? – не унимался брат. – Что тебя шантажирует родителями джентльмен из девятнадцатого века? Или что ты присвоила себе историко-культурную ценность Соединенного Королевства?

– Что-нибудь да скажу. Я не хочу быть героем кинофильма, который мог бы избежать всех проблем, если бы просто в самом начале взял и пошел в полицию.

Воцарилось молчание. Чарли что-то обдумывал. Виктория же развернулась к окну и смотрела в свое отражение в стекле.

«Тик-так, тик-так».

В тишине звук настольных часов стал оглушительно громким, раздражающим. Виктория развернулась и резким движением руки уложила часы на бок.

– Не люблю этот звук. Он странно на меня влияет. Тяжело от него.

– Знаю. Но это мои часы, попрошу их не трогать! Ладно, я с тобой, – внезапно с готовностью сказал Чарли. – Хочется посмотреть на выражение лица полицейского.

– А как же школа?

– Виктория, уже суббота. Совсем за временем не следишь, – Чарли постучал пальцем по наручным часам. – Ложись спать. Насыщенный у тебя вечер был.

– Даже слишком, – согласилась Виктория и отправилась в свою комнату.

Едва забралась под одеяло, как провалилась в сон.

ГЛАВА 4

О РЕШИТЕЛЬНОСТИ

Ночью Виктория спала плохо. Сначала разбудили соседи за стеной, которые решили выяснить отношения. Пришлось принять снотворное, чтобы наутро не выглядеть побитой собакой. Уснула, приснилась какая-то ерунда. Около четырех утра разбудил вой сигнализации автомобиля за окном. Виктория набросила легкий халат и вышла в кухню.

Выпила стакан воды, подошла к окну. Мысли торопливо перебивали друг друга. Виктория думала о странном сне из детства. Как кто-то вообще мог узнать о нем? Конечно, она слышала, что есть такие люди, как онейроманты, умеющие видеть и толковать чужие сны. Но с ними она никогда не сталкивалась, да и слабо верила в возможность увидеть чужое сновидение.

Еще она думала о том, что в последнее время с ней то и дело случаются какие-то странные и неприятные вещи. Сначала она не поступила в колледж на специальность, которую хотела. Да, она обожает реставрацию, но изначально подумывала связать карьеру именно с живописью. И каким-то магическим образом именно в год ее поступления на нужный факультет отменили набор. Пришлось выбрать другую специальность, где открыли дополнительные места: терять год в подработках до следующего поступления не хотелось. Но «кто-то» словно знал, что новое направление придется Виктории по душе, а потому специально подтолкнул ее пойти учиться на реставратора видео.

Затем погибли приемные родители. После трагедии опека отчего-то ни в какую не хотела делать ее опекуном для брата, но хотя бы эта проблема решилась, повезло, что Чарли до восемнадцатилетия было рукой подать.