Настя Ильина – Во всём виновата месть (страница 17)
Мама направляется ко мне вместе с учителем, и я цепляюсь за надежду избавиться от ненужной сейчас компании. Учитель смотрит на меня с жалостью.
— Аня, отдохни, как следует. Ты показала прекрасный результат, и если бы не случай… ты точно заняла бы первое место.
На слова учителя мажор лишь ухмыляется, а я киваю и с благодарностью улыбаюсь.
Мы с мамой бредем к машине, но движение сбоку заставляет меня отвлечься.
— Можно я дойду до дома через сквер? Хочется подышать свежим воздухом. Голова раскалывается, — жалуюсь я.
— Конечно. Если ты так хочешь. Мне нужно ехать на работу. Ты молодец. Я горжусь тобой, — мама делает шаг вперёд и обнимает меня.
Ого!..
Как часто она говорила такие слова Аньке?
Попрощавшись с мамой и углубившись в сквер, я набираю сестре сообщение, где кратко пересказываю о произошедшем. Я проиграла сражение для того, чтобы выиграть войну. Сестра сразу не отвечает, и я бреду к дому. На подходе замечаю знакомый байк, но его владельца нигде нет. Просто совпадение? Я везде пытаюсь отыскать то, чего нет на самом деле?
Тёплые ладони ложатся мне на глаза, и всё на что меня хватает — взвизгнуть от радости, развернуться и повиснуть на шее такого родного человека. Его объятия — то, что нужно, чтобы успокоиться сейчас. Не хочу спрашивать, почему он не писал мне, и как решился приехать сюда. Просто хочу вечность простоять вот так… в знакомых и таких необходимых объятиях.
Глава 13
— Хочешь покататься, Ариэль? — спрашивает Кэш, продолжая прижимать меня к себе.
— Конечно. Только… подожди, я закину сумку с учебниками домой. Ладно?
Отстраняюсь от парня и смотрю на него, будто мы не виделись сотню лет. Вроде бы совсем не изменился, но стал мужественнее? Кожа на лице гладко выбрита и приятно пахнет моим любимым лосьоном. Он отдалённо напоминает аромат свежести после грозы. Карие глаза выглядят уставшими, но глядят на меня с привычной нежностью и теплотой. Тёмные волосы слегка взъерошены после шлема. На плечах Кэша покоится его любимая кожаная куртка. Она расстёгнута, и я вижу, как белая футболка облегает выпуклые мышцы упорно вылепленного в тренажёрном зале тела. Не парень, а мечта!.. Черты лица строго очерченные, словно из-под кисти искусного художника. Над верхней губой сверху небольшой шрам — остался после аварии, в которую Кэш попал только-только сев на мотоцикл.
— Не хочу отпускать тебя… — шепчет Кэш вибрирующим на окончаниях голосом.
Эти звуки… Как же я мечтала услышать их не по телефону, а в реальности. Кожа покрывается мурашками.
— Я быстро. Правда-правда. Одна нога здесь, а другая…
От усталости не остаётся и следа. Я забегаю в дом и небрежно бросаю сумку в прихожей.
— Яна, ты почему так рано? — выходит удивлённая бабуля. — А светишься как! Победила на соревнованиях?
Ложка дёгтя в бочку сладчайшего мёда.
Я отрицательно качаю головой.
— Я бы заняла первое место, но случилось кое-что. Бабуль, я побегу сейчас, а когда вернусь, всё-всё тебе расскажу. Ладно?
— Куда побежала-то?
— Кэш приехал, — с гордостью заявляю я.
— Твой друг, которому ты поручила следить за Анюткой? Как сияешь! Неужели влюблена в него?
— Ну какая любовь, бабуль? — я дую губки. — Мы просто друзья. Я побежала.
Вылетаю на улицу, слыша, как вслед доносится хихиканье бабушки. Придумала себе всякого! Мы с Кэшем друзья. Он всегда был мне как старший брат. Да и вообще! Портить дружбу любовью? Нет и ещё раз нет.
Бегу к парню, стоящему у своего байка и прыгаю на него, как делала это частенько. Ногами обвиваю его бёдра, а руками шею.
— Нет, ты не Ариэль!.. Ты маленькая мартышка Алладина, — хохочет Кэш, удерживая меня и прижимая к себе так сильно, что даже позвонки похрустывают.
Я медленно опускаюсь и чмокаю парня в подбородок. Всегда обожала его ямочку на подбородке и чмокала время от времени, а он смеялся.
— Почему ты решил приехать? — спрашиваю, наконец, осознав, что он здесь — рядом со мной.
— А ты сама не догадываешься?
— Соскучился?
Кэш кивает, но продолжает смотреть на меня с таинственной улыбкой на губах.
— Есть ещё какая-то причина?
— Ну… можно сказать и так. Мы с тобой чуть не поссорились в тот вечер, когда я ответил на твой звонок сестре, поэтому… я решил, что такие вопросы не дело решать по телефону, примчался к тебе, как только смог. Пришлось в техникуме чуть поморочиться, но не страшно. Важнее то, что теперь всё хорошо, и я успокоился.
Так вот почему он не писал мне и не звонил!..
Чувствую себя виноватой.
— Ты ехал больше двенадцати часов без передышки?
Кэш прыскает от смеха.
— Ты меня совсем за идиота держишь? Нет, конечно. Я останавливался два раза в хостеле, чтобы отдохнуть. Я не самоубийца. Мне ведь есть для чего жить.
— Это хорошо… — я с облегчением выдыхаю и улыбаюсь. — Мне совестно, что тебе пришлось проделать такой путь и пропустить учёбу из-за меня. Я ведь не хотела ссориться, просто столько всего накопилось, а потом ты… так поздно… с Анькой.
— Признавайся уже — ты приревновала?
— С чего вдруг? — я хмурюсь, но от Кэша ничего не скрыть. — Немного. Мне показалось, что пока здесь я решаю дела сестры, я теряю свою жизнь там. Всё перевернулось с ног на голову… Сам ведь понимаешь — новое окружение…
— Могу тебя успокоить — я с твоей сестрой не целовался и даже не планирую этого делать, а вот ты уже успела очаровать мажора. Хотелось бы мне посмотреть на него и пристукнуть.
— Эй! Ты же знаешь — это было для дела. И вообще… я не провожу с ним столько времени, сколько ты с моей сестрой. Прости-и! Я не хотела снова переводить всё на ревность. Знаю, что сама попросила, и ты выполняешь мою просьбу. Я больше не буду…
— Да можешь продолжать. Мне приятно. Я небезразличен тебе, и эта мысль приятным телом согревает мою душу.
— Скажешь тоже! Конечно, небезразличен. Как там папа? Как Анька справляется?
— Твой папа подозревает что-то. Он уже спрашивал меня, не замечал ли я за тобой каких-то странностей. Думаю, ещё немного, и он догадается, что вы с сестрой сделали. Ну а ты что хотела? Скрыть правду от полицейского?
Папа Аньку не обидит. Он будет рад познакомиться с ней. Думаю, он немного обидится на меня, что не ввела его в курс дела, но в целом долго дуться не будет.
Как же я рада, что Кэш рядом.
— Мы поедем кататься? Или так и будем стоять здесь? — кивает парень на свой байк.
— Поедем, конечно!
— Куда?
— Не знаю, главное, подальше отсюда… Так осточертели окрестности.
— В таком случае надевай шлем, красотка. Прокачу с ветерком в прекрасное место, которое попалось по пути сюда.
Я надеваю шлем, забираюсь на байк, обхватываю Кэша руками за талию и жмурюсь от удовольствия. Как же сильно мне не хватало чувства свободы, которое обретаю, оказываясь рядом с ним.
Кэш никогда не превышает скорость выше допустимой, но дух всё равно перехватывает. Открытый просторам, обволакивающему тебя в свой плотный кокон ветру, ты дышишь и совсем иначе воспринимаешь жизнь. Начинаешь ценить каждое мгновение. Она предстаёт слишком хрупкой и такой ценной. Только на байке я ощущаю её значимость.
Прижимаюсь к Кэшу ещё сильнее, чувствуя его силу, способную защитить от всех невзгод. Может, моей сестре просто не повезло? У неё не было таких друзей, поэтому она выросла затюканной, неспособной дать отпор? У меня всегда была крепкая опора — сначала отец, а потом и друзья.
Наслаждаясь дорогой, я вспоминаю, как мы познакомились с Кэшем. В нашу компанию его привёл Петька, мы с ним учились в одном классе и подружились практически сразу. Петька никогда не был задирой, пытался урегулировать любой конфликт, но не боялся дать оппоненту в морду, даже если знал, что проиграет.
Это было четыре года назад. Мне тогда исполнилось двенадцать. Кэш начал тренировать меня и Петьку. Мы много времени проводили вместе. Лазали по заброшкам, гуляли допоздна, но папа не ругался, потому что знал — я в надёжных руках. А потом Кэш исполнил свою мечту — купил байк. Кажется, в тот самый момент мы слегка отдалились от компании, потому что больше времени стали проводить вдвоём. Свобода… простор… дорога… жизнь.