Настасья Карпинская – На грани (страница 43)

– Так, ясно все, – она мне ставит какой-то укол и оборачивается к медсестре. – Запиши, беременность примерно шесть-семь недель, угроза выкидыша. Везем в шестой роддом.

– Вы уверенны? Я не беременна. Это просто невозможно, – женщина посмотрела на меня как на умалишенную.

– Девушка, я врач с пятнадцатилетним стажем, и беременность-то уж могу определить. Матка уже хорошо прощупывается. Собирайтесь. Халат, тапочки, сменное нижнее белье, документы, – Ольга помогает мне собрать пакет в больницу и спуститься до машины скорой помощи.

– Ксюх, позвони потом.

– Хорошо. Оль, спасибо.

– Девушка, так что? Ребенка сохраняем или пускаем процесс на самотек? – жестко спросил врач после осмотра в приемном покое, глядя в мои испуганные глаза.

– Сохраняем, – произнесла осипшим голосом, все еще не веря в происходящее. Ребенок. У меня будет ребенок. Точнее, он уже есть шесть недель.

– Лидия Ивановна, займитесь девушкой. На каталку и в палату, уколы и капельницу, – обратился он к медсестре. – Наблюдение каждые десять-пятнадцать минут.

Пока меня везли в палату и ставили капельницу, я все думала, как же так могло получиться. Ведь я предохранялась. Каждый месяц ставила уколы… И вот в этот момент я подвисла, понимая, что попросту не помню, когда был последний прием у моего гинеколога. Начало сентября или середина августа? Блин. Сейчас уже начало ноября. Я просто-напросто пропустила прием.

Из груди вырывается стон. Вот я дура… В палату заглядывает медсестра.

– Что-то болит? Вам плохо?

– Нет, все нормально.

– Если станет плохо, говорите.

– Спасибо. Скажите, а при прерванном акте может быть беременность? – я просчитывала момент, когда это могло случиться. Смешно конечно и глупо. Что случилось, то случилось. Но чем мне было еще заняться, лежа под капельницей?

– Конечно, может. Даже в предсеменной жидкости есть сперматозоиды. Нежеланная беременность?

– Скорее неожиданная, – я вымученно улыбнулась. – Можно еще вопрос? Я сегодня выпила пару глотков коньяка. Это как-то отразится на ребенке?

– После капельницы вас отвезут на УЗИ. Там врач все скажет о состоянии ребенка. Не переживайте. Сейчас для вас главное – не нервничать.

– Спасибо большое.

– Не за что. Я зайду через пятнадцать минут.

Сегодня пятый день пребывания в больнице. Болей больше не было. Кровотечения тоже. На УЗИ врач сказал, что все хорошо, и ребенок развивается без патологий. Я облегченно выдохнула.

Ника звонила почти каждый день. Она до сих пор в поисках подходящего платья. Постоянно приходится ей отказывать и искать глупые и надуманные для этого предлоги. Но рассказывать ей все сейчас не хочу. Во-первых, я все еще не до конца приняла сама. Во-вторых, не хочу ее расстраивать накануне их свадьбы с Игорем. В-третьих, начну рассказывать, снова начну реветь. А мне нельзя. Прижала ладонь к своему еще плоскому животу и улыбнулась.

Моя палата была маленькая, на два места, и первые два дня я была в ней одна. А вот на третий день подселили соседку. Ею оказалась женщина сорока двух лет. Легла на сохранение с третьей беременностью. Все ничего, она была милой и общительной. Но ее храп каждую ночь я уже была не в силах выносить. Вот и сегодня, я стояла с кружкой чая у окна и зевала от недосыпа, ожидая врача, который делал обход по палатам каждое утро.

– Утро доброе, Ксения Викторовна! Как самочувствие? – врач вошел в палату и присел на табуретку рядом с кроватью.

– Все хорошо.

– Жалобы есть?

– Нет. Ничего не болит, чувствую себя хорошо. Скажите, а когда я смогу вернуться домой?

– По анализам и УЗИ у вас все замечательно. Ну, если вы себя чувствуете хорошо, то могу вас выписать, но под наблюдение вашего гинеколога.

– Конечно.

– Тогда я все подготовлю. А вы можете собираться. После обеда медсестра принесет вам выписку, и можете отправляться домой. А выписку отдадите своему врачу в женской консультации. Если вдруг будет снова боли или кровотечение, даже незначительные, сразу вызывайте скорую.

– Хорошо. Спасибо большое, – врач ушел, а я сложила все свои вещи в пакет и прилегла вздремнуть перед обедом.

Вечером я уже сидела дома на кухне и пила чай с Ольгой.

– Ксюх, ты правда беременна?

– Да.

– И что делать будешь?

– Глупый вопрос, Оль.

– Ничего не глупый. Ты же не встречаешься ни с кем. Если бы был мужик постоянный, я бы не спрашивала.

– Рожать буду, Оль.

– Ты точно, Ксюх, отмороженная. Мужики сбегать будут, как узнают, что у тебя ребенок на руках.

– Ну и х*р с ними, велика потеря! Мужики… Сегодня он есть, а завтра его след простыл. А сидеть, переживать по этому поводу, я не собираюсь. Ребенок, Оль, он навсегда. Он всегда останется с тобой. И променивать его на очередного мудака, я не собираюсь.

– А отцу ребенка сообщишь? Ну, о своем положении?

– Не знаю еще, не решила. Слушай, хватит меня грузить. Давай торт режь. Я есть хочу, между прочим. Уже слюни бегут.

Проводив Ольгу, вымыла посуду и, наткнувшись на пачку сигарет, выбросила её в мусорное ведро. Вымыла пепельницу, убрала ее подальше в шкаф. Нам, малыш, это больше не нужно.

Взяв на работе еще один отгул, на следующий день я отправилась к маме. Надо успокоить ее. Она уже волноваться начала, что я совсем к ней не приезжаю и редко звоню.

– Ксюшенька, что у тебя произошло? – мама обеспокоено смотрела на меня, разливая чай по кружкам.

– Мам, все хорошо. Не волнуйся.

– Ну да, а то я не вижу. Сама не своя приехала.

– Мам, я у тебя такая дура, – криво улыбнулась, смотря в чай.

– Доченька, ну ты чего такое говоришь?

– Я беременна, мам.

– Так это же счастье, Ксюш. Боже мой, ребеночек. Внучок или внучка. Дочь, ну ты чего? Не хочешь, что ли? – мама взяла меня за руку. А у меня ком в горле встал и глаза на мокром месте.

– Не в этом дело.

– А в чем тогда? Денис не хочет?

– Он не знает ничего. Мы расстались, мам.

– Помиритесь еще. Не расстраивайся.

– Не помиримся. Мам… он женат, – я потупила глаза. Знаю, что мама не одобряет связей с женатыми мужчинами. А тут, собственная дочь выдала такой сюрприз.

– И ты об этом не знала?

– Знала. Все с самого начала знала, – мама тяжело вздыхает, а я сидела и крутила кружку с чаем в руках. Не могла от стыда поднять глаза. Нет, мне не было стыдно перед людьми. Даже перед Таней стыдно не было, встреть я ее лицом к лицу. Но перед мамой мне было очень стыдно.

– Ну что ж, что сделано, то сделано, дочь. Но об аборте даже не думай.

– А я и не думаю.

– Вот и молодец. А говорить ему или нет, решай сама, конечно. Тут я тебе советовать не буду. Я ваших отношений не знаю. В любом случае, вырастим. Я же тебя, можно сказать, одна вырастила и ничего. А тут мы вдвоем, справимся.

– Мам… – слезы все-таки сорвались из глаз. Мама обняла меня, прижав, как в детстве, к своей груди.

– Ш-ш-ш, все будет хорошо. Вытирай слезки, а то расстраиваешь моего внука.

– Почему внука-то? – я улыбнулась, вытирая глаза. – Вдруг внучку?

Поболтав еще немного с мамой, успокоившись, поехала домой.

Несмотря на то, что я только что перекусила у мамы, я снова хотела есть. Поэтому отправилась на кухню готовить ужин. Спагетти и курица в чесночном соусе, вот чего я хочу. Слюни уже капали при одной только мысли. Поужинав, я уже хотела лечь отдохнуть, как раздался звонок в дверь. Ника.