Настасья Карпинская – На грани (страница 32)
– Домой.
– Ясно. Если передумаешь, адрес знаешь. Спасибо за помощь, – неожиданно целует меня в щеку. Развернувшись, отходит в сторону, садится в свою машину и уезжает. А я все так же стою и смотрю ей в след. П*здец… Приплыли…
Отбросив в сторону сигарету и матерясь на чем свет стоит, сел в Мазду и поехал домой.
Таня, как обычно, встретила с наготовленным ужином объемом, наверное, на добрую роту солдат. Вот куда столько варит?
– Ужинать будешь?
– Нет, спасибо. На работе перекусил.
– Я харчо приготовила. Домашнюю лапшу по-мексикански. Салат из свежих овощей. Еще пирог яблочный и компот.
– Тань, а ты случайно в столовке не работала?
– Ты о чем? Нет, не работала.
– О том, что у нас что ни день, то, как в столовой, первое, второе, третье и компот.
– Тебе не нравится?
– Танюш, ты вкусно готовишь. Мне нравится. Но слишком много. Мы вдвоем живем, а ты готовишь, как- будто нас тут человек десять, – поцеловав жену в висок, пошел в душ.
После трудовых подвигов уснул, как убитый, только голова коснулась подушки. А вот проснулся рано. Часы еще показывали пять тридцать, а я уже пил кофе на кухне. Какой день по счету стоит открыть глаза – первая же мысль, пришедшая в голову, о Ксюхе. Вот что за наказание. Еще мозг не проснулся, не заработал, а она уже там сидит. Вот стою, пью кофе, а у самого в голове крутится только один вопрос: заезжать к ней или нет. Дилемма…. С одной стороны, тянет так, что хоть волком вой. Только бы увидеть ее. А с другой, то, что вчера прочитал в ее глазах, пугает до чертиков. Она не скрывала, что любит, хоть и не произнесла это вслух. А этого и не надо было… Без слов все понятно… Нет, страшно не от того, что у нее появились чувства. Страшно, что я уже не могу без нее ни дня, что сам чувствую то же самое… Только я, в отличие от нее, знаю, чем все это заканчивается… Допив кофе, одеваюсь и еду к Семенычу в зал. Утренняя тренировка – то, что доктор прописал. Чтобы мозги прочистить и на работу настроиться. Два часа спустя тело измотано так, что ноги еле переставляю. Пот градом бежит с меня, а в голове все равно Нестерова крутится. Вот что за п*издец такой! Злой как черт, приезжаю в офис. Весь день на нервах. Срываюсь на всех. Лариса старается на глаза не показываться. Вадим косится со стороны, но молчит. В шесть срываюсь и снова еду в зал. Полтора часа тренировки. Кажется, ноют не только мышцы, но и всё тело, включая кости.
– Денис, ты чего сегодня зверствуешь? Все мышцы забил, – Семеныч подошел и присел рядом со мной на скамью. – Случилось чего?
– Нет, все нормально. Так… мелочь…
– Завтра не встанешь без обезболивающих. Нельзя так резко увеличивать нагрузку. Не мне тебе объяснять. Чертей из головы все равно не выгонишь этим. И вы мне с Игорьком груши новые обещали.
– Завтра привезут груши и пару новых тренажеров. Хороших, немецких.
– Благодарствую, порадовали старика.
– Это тебе спасибо, – попрощавшись с Семенычем, еду домой. Первой мыслью было поехать к Артёму да напиться в стельку. Только, прикинув все варианты, понял, что если напьюсь, то снова проснусь у Нестеровой. Это сто процентов. К бабке не ходи, ноги сами понесут к Ксюхе. Трезвый-то не могу держаться от нее подальше. Еб*ная жизнь…
Время одиннадцать. Таня спит, а я стою на балконе и курю. Уже не знаю, какую по счету. Никотин скоро из ушей польется. С*ка, мышцы ноют, от сигарет тошнит уже, а Нестерову все из мыслей выбросить не могу. «Что ты хочешь от меня услышать? … Я от тебя нечего не требую, ничего не прошу. Не усложняй…» Ее слова так и крутятся в голове, как на повторе… Бл*ть! Выбрасываю недокуренную сигарету и одеваюсь. Через пятнадцать минут, я уже стою у двери Ксюхиной квартиры и нажимаю на дверной звонок. Снова проиграл самому себе. Нокаут, полный разгром…
Ксюша открывает, запахивая халат.
– Разбудил?
– Я еще не спала, – не смотря на удивление моему позднему визиту, нежно улыбается. Прохожу в квартиру и притягиваю ее к себе. Зарываясь носом в ее волосы, вдыхая приятный и уже такой родной аромат. Прикасаюсь губами к виску.
– Денис, разденься сначала, – тихо шепчет. А я ловлю ее губы, наслаждаясь ее теплом. Ксюша скользит своими ладонями по моей шее, вызывая этим невинным прикосновение целый табун смешанных чувств.
– Какая ты сладкая… – разрываю поцелуй. Сбрасываю пальто, ботинки и снова заключаю ее в кольцо своих рук, осыпая короткими поцелуями ее шею, плечи. – Я соскучился… – двумя простыми словами отдаю себя в ее руки. Не могу больше сдерживаться. Да и не хочу. К черту все!
Чувствую, как она вздрагивает и рвано выдыхает.
– Я тоже… – шепчет в ответ, зарываясь пальцами в мои волосы.
Вещи летят в сторону. Не могу от нее оторваться. Но и спешить не хочу. Скольжу ладонями по ее телу, наслаждаясь теплом и нежной кожей. Мы оба дышим так, словно пробежали эстафету. Продвигаюсь в сторону спальни. Стоит ей оказаться на кровати подо мной, она выгибается как кошка, ловит мои губы, проводя своими ноготками по моей спине. С*ка, моя выдержка меня явно подводит рядом с ней. Нет, она просто летит к чертям. Ласкаю ее грудь, наслаждаясь ее стонами. Она настоящая, ни одной фальшивой эмоции, ни одной разыгранной роли. От осознания этого полностью сносит крышу.
– Денис…
– Тс-с, – прикладываю палец к ее губам, заставляя молчать. Но Ксюша ловит палец своими губами облизывая и посасывая. Черт! Плутовка…
Срываюсь, ловлю вновь ее губы. Скольжу языком в ее рот и, раздвинув шире ее ножки, вхожу в нее медленно, контролируя себя из последних сил. Ксюша впивается мне своими ноготками в спину, от чего я испытываю какое-то мазохистское удовольствие.
Стон за стоном вырывается из ее груди. Запускаю руку в ее волосы. Сжимаю в кулак и заставляю смотреть в глаза. Ищу хоть какой-то намек на ложь, фальшь, неискренность. Но вижу только безграничное доверие, потребность в любви и безумное желание. От этого ломает еще больше. Закрываю глаза, увеличиваю темп. Чувствую, как Ксюша вздрагивает в первых волнах оргазма, сжимает мои бедра своими ножками. Пара толчков, и я следую за ней.
Спустя несколько минут она кладет голову мне на плечо, а прижимаю ее к себе. Никто из нас не произносит ни слова. Она очерчивает линии моих татуировок своими пальчиками, вызывая приятные мурашки, которые расползаются по всему телу. Беру ее ладонь в свою руку, дабы прекратить эту пытку, и целую каждый пальчик по очереди, не могу удержаться. Наваждение просто. Без нее уже тошно и рядом с ней насытиться не могу. С каждым разом хочется все больше и больше. А это уже болезнью попахивает.
– Может в душ? – Ксюша первая нарушает тишину.
– Иди, я чай заварю.
– Не хочешь мне спинку потереть?
– Если я пойду с тобой, я тебя снова тр*хну прям там, в ванной.
– Лавров, ты ненасытный.
– С тобой мне всегда мало…– истинная правда, от которой не по себе становится. Встаю с кровати и, натянув трусы, иду на кухню.
Через пятнадцать минут Ксюша пьет чай, а я прикуриваю очередную сигарету и открываю окно.
– Я сегодня не останусь. Заеду днем к тебе на работу. Сходим, пообедаем, – знаю, что если останусь, то кирдык мне полный. И так накрывает нехило, что перед глазами мутнеет.
– Хорошо, – отвечает равнодушно. Будто все равно. Словно не она несколько минут назад смотрела на меня своими зелеными глазищами, полными нежности и доверия.
– Просто Таня истерики устраивает … – не знаю, зачем начинаю оправдываться. Но Ксюха не дает договорить, перебивает меня.
– Не надо этих подробностей. Делай, как сам считаешь нужным, – поднимается и подходит к раковине, споласкивает кружку под краном. Всё, психи начались? За*бись. Она решила мне тоже нервы потрепать, как и Таня?
– Ксюш, только ты не начинай тоже мне мозг еб*ть!
– С чего ты взял, что я собралась тебе его еб*ть? – все тот же равнодушный тон, выводящий меня из себя. – Я просто не хочу слышать подробностей твоей семейной жизни. А оставаться или нет, решай сам. Я не собираюсь тебе уговаривать, отговаривать, просить остаться или бросить жену. И будешь уходить, просто захлопни дверь. Я спать, – подошла ближе, поцеловала меня в щеку, как и тогда у подъезда, и вышла из кухни.
– Да еб**ый ты в рот! – впечатал кулаком в стену. Даже сигарета изо рта выпала. Поднял ее с пола, бросил в пепельницу и направился в спальню. – Нестерова, ну какого х*я, это все значит?
– Что ты орешь, как ненормальный? – отвечает, поправляя простынь на кровати.
– Какого, мать твою, хрена, ты включила игнор?
– А какого, мать твою, хрена я должна, по-твоему, делать? Как собачка ждать тебя с высунутым язычком? А не много ли чести вашей персоне, Денис Анатольевич?! – глядя мне в глаза, Ксюха, наконец, выплескивает свои эмоции.
– Я не прошу меня ждать!
– Да! Ты просто приходишь или не приходишь, когда посчитаешь нужным!
– Хочешь, чтобы я остался, так и скажи! Что за показательные выступления!?
– Что тебе еще сказать?! Ты уходить собрался, так п*здуй! По-любому ночью свалишь! Так зачем тянуть! Только дергаться буду и гадать, когда ты сорвешься и сделаешь ноги. Лучше сейчас уходи. Погляжу в окошечко, как обычно, и спать лягу до утра. Хоть высплюсь!
– Идиотка ты, Ксюха!
– Сам придурок!
– Истеричка чокнутая.
– Идиот долбанный, – в два шага оказываюсь рядом с ней.
– Хватит! – притягиваю ее к себе.
– Отпусти меня! – Ксюха вырывается, пытается оттолкнуть меня. – Придурок! – не смотря на протест, впиваюсь в ее губы, проскальзывая в ее ротик. Она продолжает колотить меня своими кулачками, но на поцелуй отвечает с равным мне напором и жаром.