И рабочим принесет обедать,
Заложите вы тоё под камень:
Основанье граду будет крепко,
Ты построишь Скадар на Бояне.»
Как услышал Вукашин те речи,
Призывает он родимых братьев,
Говорит им: «братья дорогие,
Вон с горы что говорит мне вила:
Вишь добро мы понапрасну губим,
Ни за что нам с вилою не сладить,
Не возводит вывесть и основы,
А куда уж весь ностронть город!
Да сказала, что вот нас три брата
И у всякого по верной любе:
Чья придеть поутру на Бонну
И рабочим принесет обедать,
Заложить тоё велит под башню:
Так поставим граду основанье
И построим Скадар на Бонне.
Только, братья, заклинаю Богом,
Чтоб ни чья про то не знала люба;
Ни оставим это им на счастье:
Чья пойдет, за и пойдет с обедом!»
И друг дружке братья клятву дали,
Что ни кто своей не скажет любе.
Так застала их пора ночная,
Ко дворам они вернулись белым
И за ужин сели за господский,
А лотом пошли в опочивальни.
Но великое свершилось чудо:
Вукашин не удержался первый,
рассказал он все подруге-любе:
Ты послушай, люба дорогая,
Не ходи ты завтра на Бояну
И рабочим не носи обедать,
А не то себя, душа, погубишь:
Завладут тебя под башню в камень!»
И Углеша клятвы не исполнил,
рассказал и он подруге-любе:
«Ты послушай, люба дорогая,
Не ходи ты завтра на Бояну
И рабочим не носи обедать,
А не то себя, душа, погубишь:
Закладут тебя под башню в камень!»
Лишь один не посрамился Гойко,
Не сказал своей ни слова любе.
Как назавтра утро засияло,
Встали братья и пошли на стройку.
Час обеда настает рабочим,
А черёд за любой Вукашнна.
Вот идет она к своей невестке,
К молодой Углешиной хозяйке,
Говорит: «невестка дорогая,
Помоги, неможется мне ныньче,
Голову мне с ветру разломило:
На, снеси обед рабочим людям!»
Но Углешнна подруга молвит:
Ах, невестка, радостью бы рада,
Да рука сегодня заболела,
Попроси уж ты сноху меньшую!»
Та приходит к Гойкиной подруге,
Говорит: «невестка дорогая,
Помоги, неможется мне ныньче,
Голову от ветра разломило:
На, снеси обед рабочим людям!»
