Идут вперёд.
Мануш с барашком вдвоём
В слезах идут…
Как грустно тут,
В безвестном краю чужом!
Идут. Их голод и зной томят.
Идут, не зная куда…
И вдруг – деревья листвой шумят,
Родник, и звенит вода.
Пьют вдоволь сироты, к воде припав.
Потом на дерево влезла сестра,
А братец отведал душистых трав.
Лужайка от ярких цветов пестра.
Но вдруг – и топот, и ржанье, и смех
В лесу вечернем, что тих был и пуст.
И звуки всё ближе, и в звуках тех
И песня, и хохот, и веток хруст.
И вот, золотой уздечкой звеня,
Подводят слуги коня к воде.
Но что в роднике пугает коня?
Он встал на дыбы, словно быть беде.
Взглянули слуги, а в роднике
Лицо прекрасное отражено.
Промчится ветер невдалеке,
И зыблется в струйках воды оно.
Наверх взглянули они, а там
Красавица, светлая, как заря.
Сидит она, прижавшись к ветвям,
И смотрит, ни слова не говоря.
Каких только нет на земле чудес!
Дивятся все в глубине души:
Как диво такое попало в лес,
На дереве диком сидит в тиши?
Кто ты? Виденье иль человек?
Если виденье, сгинь, пропади.
А человек – так с ветвей сойди,
Лучший найдём для тебя ночлег.
Кто ты? Откуда? Нам невдомёк,
Как очутилась ты среди нас.
Что за горе тебя, дружок,
В лес привело в этот поздний час?
Горе сиротства нас привело
В эту лесную глушь, -
С дерева отвечает им
Скромная наша Мануш.
– Нет у нас крова, нет родных
В огромном мире земном.
Ночь подходит. Страшно одним
Во мраке ночном лесном.
Горят во дворце алмазы, янтарь…
Приводят сироток в царский покой.
Красавица, кто ты? – воскликнул царь.
Зачем барашек безмолвный с тобой?
И вот Мануш рассказала о том,
Что было рассказано мной в стихах.
Да здравствует царь на троне своём,
Пусть он разберётся в наших делах.
Царь выслушал грустную повесть сирот.
Приятна Мануш для его очей.
И в жёны себе он её берёт.
Семь дней он пирует и семь ночей.
Забыла Мануш о тяжёлых днях,
Не знает отказа она ни в чём.
А братец-барашек в густых садах
Пасётся, довольный своим житьём.
