Наиль Выборнов – Киноманьяк (страница 27)

Следующие дни прошли в рутине. Начались новые смены, и я жил в мрачном ожидании очередной пятницы. Каждый день мне приходилось марать руки, вышибая наружу одного урода за другим и зарабатывая себе репутацию несговорчивого, жесткого человека. Клуб быстро очищался от пушеров, извращенцев и дебоширов. Я бросал их через бедро, выбивал им зубы рацией, выкручивал руки, вбивал их лица в стены. Получал сдачи тоже, но всегда выходил победителем. Дрался и внутри, и на улице, один — и с Пьером, который стал моим полноценным братом по оружию.

Меня стали замечать, запоминать. И когда наступила пятница, репутация дала свои плоды. Отребье побаивалось меня, а постояльцы, напротив, стали уважать, знакомиться и приветственно кивать.

В общем, вторая пятница оказалась проще первой. Смена шла хорошо, мне даже не пришлось драться. Сегодня было достаточно одних только слов и грозного взгляда.

Жаль лишь, что я так и не услышал пение Розы. «Слипстрим Эмоушен» с того дня так и не выступали.

Неприятно это признавать, но я скучал по ней. Засыпая, я мысленно возвращался в тот вечер.

— Знаешь, с тех пор, как ты устроился, тут стало заметно спокойней, — сказала мне барменша во время этой смены. Звали ее, кстати, Салли. — Но это не значит, что я простила тебя. Уже прошла целая неделя, а ты так и не извинился! Я же ждала тебя в ту ночь. Приготовилась, между прочим, по высшему разряду.

— И как мне загладить эту вину?

— Ну… даже не знаю… — она облизнула свои желтые губы и подмигнула.

— Вот и я не знаю, — я пожал плечами. — Представляешь, ничего на ум не приходит.

— А… — она удивленно моргнула, потеряв дар речи.

— Да… Так что давай оставим это в прошлом и сосредоточимся на работе. Как тебе идея?

Она лишь молча кивнула.

Смена подходила к концу. Я стоял, прислонившись к опоре винтовой лестницы, ведущей на второй этаж, и поглядывал на табло электрических часов напротив. Половина третьего. Потерпеть еще одну смену, пережить легкий воскресный вечер, и снова выходные.

Ко мне подошел какой-то совсем молодой парень, прыгучий, прыщавый, с широкими зрачками — короче, он был весь на взводе.

— Привет… Джош, — неуверенно начал он.

— Привет, — немного лениво ответил я. Сказывалась усталость.

— Говорят, ты просто самый лучший. Даже круче Пьера, а ведь он тут уже год работает.

— Я не буду обсуждать с тобой Пьера, — отрезал я.

— А, да я не о том… В общем, сколько стоят… твои услуги?

Я немного помолчал, переваривая вопрос.

— Чего? Какие услуги?

— Ну, ты хорошо дерешься, ведь так? Я сам видел, как ты повалил того индуса, взял стул — и бах им по спине! Прямо как рестлер какой-то!

Я избил так много людей за эту неделю, что даже не помнил, о каком конкретно случае он говорил.

— Ну, допустим.

— Моему младшему брату забили стрелку на завтра, и он не справится, его будут там конкретно убивать…

— Я не наемный громила, друг, — я покачал головой. — Извини.

— Ты не понимаешь, это ирландцы с Адской кухни! Они расчленяют людей в своих барах, об этом даже в газетах писали! Я не знаю, как мой брат перешел им дорогу, но как-то перешел, и они хотят убить его или покалечить. Сломают ноги, и что мы будем делать?

— А что ты мне предлагаешь? Ты меня с Сорвиголовой путаешь, наверное. Это он в Адской кухне работает. А я не собираюсь воевать с мафией.

— Да? — он приободрился. — А где найти этого Сорвиголову?

— Ищи его в комиксах Марвел. Сериал от Нетфликса пока не вышел.

— А, ты шутишь… Я понял, ты шутишь… — на лбу парня выступил пот, его голос задрожал. — Слушай… да не надо тебе с мафией воевать. Просто… Просто надо победить на стрелке. Там один на один, на кулаках.

— Нет. Если тебе так страшно, бери своего брата и валите в другой район. Никто не будет вас искать в Нью-Джерси. Там заправляют итальянцы. Слышал про клан Сопрано?

— Я заплачу…

— Дело не в деньгах. Еще раз повторяю.

— Пожалуйста, Джошуа, сто долларов дам тебе!.. Хорошие деньги, да? Неделя работы, наверное?

— Не сказал бы. Это всего три смены.

— Вот черт!.. — парень нервно затоптал ногой. — Просто Пьер тоже отказался, знаешь? А я больше никого не знаю, кто так дерется хорошо. Ты же просто как… как знаешь, как Чак Норрис или, нет, скорее как Стив Маккуин! Что-то между ними, в общем. И даже круче.

Эти слова растопили мое сердце.

— Ладно… Только завтра у меня работа с девяти.

— О боже, просто класс, ты спас меня! Завтра в шесть вечера, в Адской кухне, на углу Сорок третьей и Десятой авеню. Я тебя встречу на месте.

Глава 13

Мысль о Голливуде

Я пришел на угол Сорок третьей и Десятой авеню в половину шестого. Парень ждал меня и выглядел он так, будто не спал всю ночь. Глаза у него были красные, а сам он переминался с ноги на ногу. Я и сам в последнее время спал так себе — соседи мешали, несмотря на то, что уставал я смертельно и отсыпался до обеда. Были мысли записаться в спортзал где-нибудь поблизости, чтобы не терять дневные часы зря, но откладывал на потом и так и не озаботился.

— Ты пришел, — сказал он с таким облегчением в голосе, будто до последнего не был уверен, что я явлюсь.

— Пришел, — спокойно ответил я. — А где брат?

— Сейчас в школе. Скоро заканчивает. Пойдем, встретим его у входа и вернемся сюда.

— Далеко? — спросил я.

— Нет, всего пару кварталов.

Мы пошли. Парень шел быстро и при этом явно нервничал, постоянно оглядывался. Я же чувствовал себя спокойно, потому что был уверен, что ничего страшного не случится. Я ведь все равно уже умер, верно?

— Как тебя зовут-то? — спросил я.

— Базз, — ответил он.

— Базз, расскажи, что случилось. Ты толком так и не сказал.

— Кевин… Он немного не подумал. Один из этих парней попросил у него сигарету, а тот сказал, что не курит, и никому не советует. Так обычно наш отец отвечает. Тот обиделся — мол, он посмел давать ему советы. Слово за слово и вот так.

Кевин? Базз и Кевин? Это забавно, знаю я один фильм, где было двое братьев с такими же именами. Правда они не особо друг друга любили, а тут старший явно беспокоится о младшем.

— Сколько лет Кевину? — спросил я, сам не зная зачем.

— Пятнадцать, — ответил он.

— А тебе?

— Восемнадцать.

Восемнадцать лет, его вообще в клубы не должны пускать по идее. А он уже знает, где найти вышибалу и знает, как к нему подойти. Да, в Нью-Йорке люди растут быстро, ничего не скажешь.

Впрочем, и я не особо старше. Мне всего двадцать один, правда выгляжу и крупнее, и лицо постоянно в ссадинах и синяках. Это тоже старит. Если я продолжу работать так, то скоро буду выглядеть не лучше, чем Рассказчик из «Бойцовского клуба».

Я решил, что все-таки стоит спросить его о тех парнях. Мало ли с кем мне придется иметь дело.

— И кто на него наехал?

— У них старший — Коннор Флэнаган. Ему двадцать два. Они не совсем мафия, просто банда с района.

— А чего ты говорил, что они людей расчленяют? — посмотрел я на него.

— Это чтобы ты согласился, — он несмело улыбнулся.

Ну понятно. Вместо разборок мафии мне предстоит поучаствовать просто в разборках какой-то шпаны. Не в первый раз, что-то подсказывает мне, что в девяностых в России я в таких вещах тоже участвовал. Собственных воспоминаний тех лет не осталось у меня, но помню хорошо фильмы про то время — и там постоянно насиловали, били и стреляли на фоне извечной нищеты и беспредела. Антураж словно из антиутопий. Вот только я откуда-то помнил, что это были не антиутопии.