Надя Смирнова – Ненастоящая принцесса (страница 19)

– Как бы там ни было, я рад, что смог поднять тебе настроение и вернуть к благоразумию. Мне пора, – он вскинул руки, – ухожу.

– До свидания, – только и смогла произнести Софи. Быстро сняв заклинание, молодой человек скрылся за дверью, а принцесса подняла руку и коснулась щеки в том месте, где прикасался он. На неё снова накатило уныние и одиночество, но теперь она точно знала, что у неё есть союзник. Довольно странный союзник, который хочет использовать её в своих целях, но он, по крайней мере, был честен с ней и не играл её чувствами.

***

За последние недели Тея стала настоящей лучшей подругой Софи. Они много болтали, и частенько их разговоры были такими долгими, что обе засыпали вместе на одной кровати. Тея рассказывала Софи о своём детстве, о том, как ей жилось, когда её отец был жив. Софи рассказывала о своём, тщательно избегая колдовской составляющей.

Однажды подруга призналась, что выходить замуж за Марка, сына Елены, ей вовсе не хочется. Об этом союзе когда-то решили их отцы, и теперь ей ничего не остаётся, как согласиться. Софи напряглась, услышав такое. Елене это точно не понравится; уже один этот разговор может быть опасен. Софи часто ловила подругу, флиртующую с Дмитрием, но всегда считала, что она делает это из холодного расчёта. Возможно, именно Дмитрий стал причиной таких заявлений.

– Если ты когда-нибудь скажешь об этом, Елена взбесится. Она спит и видит вашу свадьбу, – без обиняков заявила Софи.

– Не взбесится, если обожаемый сынок передумает сам.

– Он не передумает.

– Передумает, нужно только помочь ему в этом, – тон Теи снова стал деловым; у неё явно был какой-то план.

Софи опасливо оглядела комнату – стены в серебристой дымке – их не подслушают, Тея позаботилась об этом. Порой то, какой хитрой и предупредительной была подруга, пугало Софи.

– У тебя есть какой-то план? – произнесла Софи шёпотом.

– Конечно… – Тея закусила губу, а Софи затаила дыхание. – Марк вполне может влюбиться в другую, – Тея расчётливо сверкнула глазами, – или испугаться настолько, что и близко не подойдёт к стране.

– Не думаю, что это возможно. – Сама эта мысль казалась Софи абсурдной. – Чего ему бояться?

– Великой Магии, конечно же.

– Но Великую Магию ты же контролировать не можешь?

– Я нет, но можно найти человека, который за большую сумму сможет это изобразить.

У Софи появилось четкое ощущение, что Тея уже искала такого человека и что это не просто слова; у неё действительно был план, и она начала его реализовывать. Вот только расскажет ли она его Софи?

– Не думаю, что это хорошая идея… – Софи помолчала. – Если Елена узнает… – «Но я хочу знать, что ты задумала», – хотелось добавить Софи.

– Не узнает, она даже и не думает в этом направлении…

– Откуда ты знаешь?

– Просто знаю, – загадочно улыбнулась подруга. Софи, затаив дыхание, ждала продолжения. Расскажет или нет? Неужели ей удалось найти сильного, могущественного колдуна, согласного имитировать Великую Магию? Неужели она в тайне уже договорилась с ним? Что он сделает? Нашлет на Марка болезнь? Проклятье? Кошмары? Или, может быть, убьет? Софи передернула плечами и посмотрела на подругу внимательно.

Тея встала так, будто сейчас не она произносила такие опасные слова, взяла свечу в подсвечнике и подошла к столу. Она наклонилась, стараясь рассмотреть что-то среди вороха бумаг, оставленных в беспорядке. Что она хочет там найти? Тайное соглашение? Может, среди этих бумаг есть записка от Дмитрия, который сообщает о сильном колдуне, способном наслать проклятие?

Неловкое движение, и свечка свалилась с подсвечника, коснулась ладоней Теи, которая пыталась поймать её, и упала на стол. Бумаги вспыхнули, а Тея в изумлении осталась стоять, прижимая к себе обожжённую руку. Ещё немного – и её домашнее платье загорится.

Софи среагировала моментально. Она вскочила на ноги, потушила огонь с помощью колдовства, а затем, позабыв обо всём, бросилась к подруге:

– Ты в порядке? Обожглась?

Она перевернула её пальцы и осмотрела: несколько маленьких пузырьков уже раздувались на красной обожжённой коже. Софи призвала своё колдовство, провела рукой над пузырьками, представляя, как они исчезают, и кожа вернулась к своему гладкому, аристократическому виду, стала точно такой, какой была до соприкосновения с огнём.

Тея продолжала молча смотреть на Софи, которая только теперь поняла – она не должна колдовать на людях. Никто не должен видеть, что она умеет колдовать! Софи лихорадочно соображала: может сказать, что это Великая Магия руководила её руками, но кольца не было у неё на пальце; она сняла его и положила в шкатулку, готовясь ко сну. Что же делать?

– А ты не говорила, что умеешь колдовать? – голос Теи звучал вкрадчиво.

– Это вышло случайно, я испугалась… – затараторила Софи, – как-то само получилось.

– Я-то тебе доверяю и делюсь своими секретами…

– Я… я тоже тебе доверяю.

– И?

– И делюсь секретами… – она так облажалась, не будет ничего плохого, если Софи расскажет часть правды. – Я немного умею колдовать. Бабушка научила.

– А лечить тоже она?

– Да.

– Колдовать могут многие, а вот лечить нет, – Тея обняла подругу и стала такой, какой была с Софи всегда, обычной веселой подругой. – Спасибо, ты спасла меня. И руки мои спасла, не представляю, как бы я завтра появилась с такими руками.

Софи вымученно улыбнулась – для неё это было пустяком. Наверное, ей всё же показалось, Тея просто испугалась за свои руки и всё.

– Как же мне с тобой повезло! – Тея отстранилась, её глаза сверкали от любопытства. – А что ты ещё умеешь?

– Мало чего, – призналась Софи, – могу немного притягивать драгоценные предметы…

– Нет же, из целительства?

В этой тайне нет никакого смысла, тем более теперь, когда она показала свои умения. Кроме того, Тея рассказала ей большой секрет.

– Из целительства практически всё. Не идеально, но могу очень многое. Только вот здесь от этого никакого прока.

– Но как же нет прока? Ты же вылечила мою руку.

– Это мелочь. Нет прока от настоящего колдовства. Знаешь, раньше я могла лечить опухоли, всякие недуги, а теперь лишь вижу умирающих в больнице…

– А в обратную можно?

– Что в обратную? – не поняла Софи.

– Делать так, чтобы кто-нибудь заболел.

– Нет, ты что, – испугалась Софи, – это большой грех, так можно потерять дар. Целительница должна лечить, а не калечить.

– Но всё же возможно? – уточнила Тея.

Софи неуверенно кивнула. Это действительно было возможно, и она могла это, но… Настрой подруги ей не нравился, как и тот расчетливый блеск, появившийся в её глазах. Софи решила внести ясность.

– Возможно, но я против этого и не применю ни при каких обстоятельствах. Магию целителя можно использовать только во благо людей, не во вред. И если кого-то убить этой магией, то может умереть и дар.

– Конечно, конечно, – быстро согласилась Тея. – Я просто спросила, из любопытства…

– Пожалуйста, только не говори об этом никому, особенно Елене.

– Конечно, я никому не скажу. Надеюсь, ты это тоже никому не рассказывала? – Софи отрицательно покачала головой. – Это хорошо, Михаилу тоже?

– Нет.

Позже, когда Тея уснула, Софи ещё долго ворочалась в кровати. Не стоило показывать себя и рассказывать о целительной силе, но как нужно было поступить, она не знала. Тея – её подруга, единственный человек, которому она может доверять здесь. У них общие цели, и, держась вместе, они могут всё. Или же каждый сам за себя, и своя шкура дороже? Почему у Софи такое стойкое ощущение, что к разговору её подвели? Почему ей кажется, что Тея специально скинула свечу с подсвечника? Почему она могла развести огонь в руке там, в пещере, но здесь обожглась? И что на самом деле задумала Тея?

Глава 5 Невеста по принуждению

Софи любила зиму с её снежными шапками, чистым морозным воздухом и ощущением сказки, когда снежинки неспешно спускаются с неба. Но не в этом году. В этом году она её просто ненавидела!

Зима не задалась с самого начала, с того дня, как выпал снег, укрывший деревню шапками. Он много раз таял, часто сменяясь дождём. Дни стояли хмурые и серые, заставляя Софи и жителей Миэлнии тонуть в безрадостных мыслях. Страну захватила эпидемия лихорадки, а голод стал настолько осязаем, что пришлось ввести карточки.

Софи приходилось сидеть взаперти, дабы не подхватить лихорадку от простых жителей Миэлнии. Но на деле лихорадки боялась не она, а старейшины, запретившие ей покидать Королевскую деревню. Хотя, если быть до конца честной, Софи подозревала, что волнуются они вовсе не за её здоровье, а за своё влияние. А влияние старейшин росло.

Они продолжали своё меценатство, раздавая продовольствие нуждающимся, открывая новые госпитали и снабжая имеющиеся медикаментами. Принцесса оставалась в стороне от всех этих действий, и недовольство народа росло. Софи не могла их винить; всё выглядело так, будто она испугалась и спряталась в Королевской деревне.

Тее повезло больше – она частенько ездила с визитами в другие страны и была на виду, Софи же бездействовала. Зачем подданным такая принцесса: сомнительного происхождения, при первой же опасности спрятавшаяся, не способная ни на что?

Принцессе все чаще стало казаться, что старейшины уже задумали от нее избавиться. Когда она встречалась с людьми, то потихоньку, капля за каплей, получала хоть какое-то влияние; сейчас же она стремительно теряла ту ничтожную малость, что имела.