Надя Смирнова – Ненастоящая принцесса (страница 11)
Хотя за секретами она скорее обратилась бы не к нему, а к Александру. Его насмешливые карие глаза вполне могли бы обмануть, вот ему точно верить не стоит. Софи вспомнила, как в лифте, испугавшись, прижалась к нему, и сейчас немного корила себя за это. А ещё вспомнила, как он легко коснулся её рукой, снимая с ворота жука. Софи откинулась на подушки; почему того жука снял он, а не Михаил? И почему не раздавил, как всякий нормальный человек? Она бы раздавила…
В дверь постучали. Тея встала с дивана и поправила причёску. Софи тоже выпрямилась.
– Войдите.
Зашли двое помощников. Они сухо поздоровались и расселись за столом. Принцессы устроились напротив и посмотрели принесённое расписание на неделю. Софи поразилась – в четверг у неё был выходной.
– Хм, вы, наверное, что-то напутали и забыли записать встречи на четверг?
– Вовсе нет.
– Неужели в Миэлнии закончились важные чиновники, министры, а также больницы и школы? Мы же вроде собирались пойти по второму кругу?
– Просто у меня на этот день другие дела, – Александр склонил голову на бок и усмехнулся, – но, если хотите, я найду для вас сопровождающего и заполню день.
– Нет, – только потом она сообразила, что не стоило отвечать так поспешно. – А вообще, я могу ходить и одна, и, если честно, не особо понимаю ваши функции. – Ей вполне хватило бы Марии – её строгой девушки-ассистентки, появившейся совсем недавно.
– Зато я хорошо понимаю.
***
В четверг, выглянув в окно, Софи расплылась в улыбке – лил дождь, а значит, то, что она задумала, удастся ей легче. Простое платье и черный неприметный плащ помогут ей исчезнуть от всех.
С извозчиком Софи быстро добралась до главной площади столицы Милграда. Сунув вознице монету, она накинула капюшон, спрятав лицо под ним, и открыв непременный серый зонт, зашагала прочь, смешиваясь с толпой таких же серых и невзрачных горожан, которые пытались как можно быстрее пересечь площадь в этот холодный дождливый день.
Девушка обернулась и заметила двоих, которые шли точно за ней, и легкая улыбка появилась на её губах. Она так и знала! За ней следят, но вряд ли они ожидают того, что она собирается сделать, а если пару часов спустя они увидят её здесь же, то, возможно, не станут докладывать своим нанимателям. Интересно, на кого они работают? На графа Бурого и старейшин? На Елену? Или кого-то еще?
В любом случае, даже если они и доложат, даже если из-за этой её глупости что-то произойдет, она всё равно сделает то, что задумала. Ей просто нужно хоть ненадолго почувствовать себя собой, вспомнить, кто она есть на самом деле.
Дорогу она знала не слишком хорошо, но быстро сориентировалась: сделав поворот, она оказалась в переулке, лишь на пару секунд скрывшись от глаз преследователей, но этого ей было достаточно. Подняв руку, она дотронулась до нужного кирпича – портала, произнесла пароль и в следующую секунду оказалась на другой, менее оживленной улице. В спальном районе столицы у её бабушки был дом, и она беспрепятственно дошла до него.
Дом выглядел серым, унылым и заброшенным; всего два окна выходили на улицу. Калитка неприятно скрипнула, и Софи зашла во двор, достала ключ, приложила руку в нужном месте и отперла дверь. Маленькие сенцы вели в такую же маленькую кухню и комнату. Здесь всё было под стать фасаду. Эту часть дома использовали исключительно для прохода, поддерживая его унылый вид, не выделяющийся среди других таких же домов.
Софи прошла дальше, достала с полки книгу и надавила на витиеватый цветок на старой резной панели, украшавшей стену. Панель отъехала в сторону. Здесь начинался её мир, мир, в котором она осталась единственной хозяйкой.
Светлые стены, лепнина на потолке, хрустальные люстры и статуи – всё осталось таким, как она помнила. Богатство отделки могло бы соперничать с главным дворцом Миэлнии. Бабушка любила роскошь и искусство и в своем доме собрала внушительную коллекцию. Эта часть дома находилась совсем в другом месте. Софи взглянула в окно и улыбнулась ослепительному солнцу и цветущему саду. Лето круглый год – бабушке это очень нравилось, поэтому эту часть дома устроила в теплой стране Февронии.
Бабушка Софи была одной из немногих, а может быть, таких больше и не осталось, кто мог переносить и соединять части различных домов и беспрепятственно перемещаться между ними. Её дом походил на волшебную шкатулку: открывая дверь в комнату, было трудно предугадать, какой вид откроется за окном. Обстановка же соответствовала тому, для чего эта комната предназначалась.
Именно в Февронии находился ещё один выход из дома. Его называли парадным, и через него сотни больных входили в дом к великой целительнице Хельге (ну а Софи её звала просто бабушкой Олей). Бабушка всегда могла, в случае опасности, закрыть входную дверь и перенести всё внутри дома в другое, более безопасное место; больных хватало везде. Софи мечтала научиться делать так же, но бабушка умерла, не закончив обучение, и внучке остались лишь книги и тысячи неразгаданных секретов.
Софи очень нравилась эта часть дома. В детстве она могла часами рассматривать белоснежные мраморные скульптуры, сочиняя истории про каждую из них. Картины в золочёных рамах тоже оживали в воображении девочки, перенося её в ту эпоху, в которой они были написаны. Теперь, невольно вспомнив свои детские фантазии, девушка улыбнулась и, протянув руку, дотронулась до маленькой мраморной девочки – главной героини её детских рассказов.
Девушка прошла по коридору и завернула за неприметную портьеру. За ней находилась лестница. Коридорчик был тёмным, лишённым всякого света, но Софи легко поднялась по знакомым ступеням, нащупала ручку и открыла дверь.
В комнате было холодно и темно. Принцесса быстро подошла к камину, привычным движением руки закинула пару поленьев и колдовством разожгла огонь. Погрев руки, она отправилась к противоположной стене, отдернула тяжёлые портьеры и посмотрела в окно. Снег уже лежал, укрывая белыми шапками бесчисленные ели где-то внизу, на небе блистали звёзды. Этот вид действовал на Софи успокаивающе. Она была дома, в своём маленьком царстве, где была настоящей принцессой.
Когда-то давно бабушка, получив в обучение внучку, решила поселить её в круглой комнате на втором этаже. А комнату эту унесла в снежные края, где царили долгий день и долгая ночь.
Несмотря на странное место, Софи любила свою комнату, любила книги, которые теснились в высоких шкафах и занимали собой полкомнаты, любила вид из окна – он будоражил её воображение, и она сочиняла сказки о злых колдуньях, укравших солнце, и добрых феях, вернувших его на место.
Девушка отвернулась от окна и подошла к книгам, быстро пробежалась по их корешкам. Ничего такого, что могло бы помочь ей в государственных делах, здесь не было – бабушка была далека от политики, а вот книг про колдовство было в достатке. Только их она забрать не могла – она же для всех была не колдуньей и обещала отцу не развенчивать этот миф, хотя кожаные корешки манили её, предлагая заглянуть в удивительный, колдовской мир. Нет, миф о том, что она лишена колдовской силы, она развенчивать не будет, не столько повинуясь родителям, сколько ведомая своими собственными чувствами. Тайна должна оставаться тайной.
Что же ей всё-таки взять с собой? Софи непременно хотелось что-то взять как талисман и напоминание о своём настоящем «Я». Она обежала глазами комнату, и её взгляд остановился на маленькой подвеске-фее, лежащей на туалетном столике перед зеркалом. Она протянула руку и колдовством призвала подвеску, а затем села на кровать и принялась её рассматривать.
Подвеска представляла собой миниатюрную золотую девочку с крыльями бабочки, искусно отделанными драгоценными камнями. Девочка, взмахнув крыльями, раскинула руки в стороны и застыла, будто собираясь взлететь. Софи смутно помнила того, кто подарил её. Время стёрло его лицо, но она любила его и ждала. Как же долго она ждала! Теперь место этого человека занял другой, и его, даже в своих мыслях, она называла папой, хотя точно знала, что он ей не отец, а дядя.
Нет, не стоит об этом думать! Это было давно, никто не знает, и все считают её дочерью барона Игнатова, наследницей, в чьих жилах течёт кровь великой Мирославы. Несомненно, в ней эта кровь тоже есть, но … Софи появилась как побочная линия сюжета: по принципу наследования все дети старшего ребёнка в семье имели первоочередные права на трон в отличие от детей младших. А Софи на самом деле была дочерью Кристины, появившейся на свет через десять лет после брата. Таким образом, принцессой должна была стать вовсе не Софи, а её кузина Аннет. Она всего на полтора года младше Софи, но была настоящей дочерью барона Игнатова. Кристина пыталась спасти свою дочь и вместе с братом подделала документы, сделав Софи его дочерью. Знала ли она тогда, к чему это приведёт?
От камина стало жарко, и Софи сняла дорожный плащ. Она легла на кровать, сжимая в ладони фею, и закрыла глаза. Она дома, снова дома. Только дом теперь пуст, в нём не осталось никого. Больше не донесётся голос бабушки или Кристины, зовущей её вниз. В дверь уже не постучат страждущие, и она не побежит открывать, обгоняя служанку. Всё осталось в прошлом. Пора привыкнуть к этому, как бы тяжело ни было. Она сильная, она должна.