Надя Смирнова – Мы всего лишь осколки (страница 7)

Дверь действительно открывается, и на ватных ногах я выхожу, а мне вдогонку летит «пока» и еще один смешок.

Я отпускаю нож в сумочку и достаю ключи. В ушах шумит, и, потихоньку открыв калитку, я иду не в дом, а в сад и забираюсь в гамак. Я обхватываю себя руками, пытаясь утешить, но утешать саму себя – то еще занятие. Я просто кручу в голове все, что он сказал сегодня. Кручу снова и снова. Добавляю к этому еще и тот день два года назад, когда я тоже испугалась. Те воспоминания я похоронила, и эти тоже похороню. Ничего и не случилось. Сегодня ничего не случилось. Это все не важно. Не важно, что он сказал. Я его видела третий раз в жизни. И больше не увижу. Просто забуду об этом и все.

Но вместо этого заново проживаю этот вечер, повторяя слово в слово весь наш диалог. Повторяю один раз, второй, третий. На четвертый приходит Снежана. Она залезает ко мне в гамак и обнимает.

– Расскажешь? – тихо спрашивает сестра, и я отрицательно качаю головой.

– Нет.

И она больше ничего не говорит, просто обнимает меня и лежит рядом. Моя сестренка.

Глава 3

Сегодняшний день я ненавижу вдвойне: из-за того, что произошло вчера, и того, что происходит сегодня. Происходящее меня не касается. Никак не касается, и от этого особенно больно. Поэтому, роняя пачку гречки, я чертыхаюсь с особым удовольствием.

Я выкладываю на ленту в кассе все свои продукты и мысленно складываю сумму покупки, когда рядом со мной появляется одинокая запотевшая бутылка минералки. Проскальзываю взглядом со сланцев и шорт на голубую футболку, а затем и на лицо ее обладателя, и цепенею.

– Привет, – хорошо хоть сегодня без поцелуя в щеку.

– Ты меня преследуешь?

Он морщится:

– Тебя? Зачем? Я просто живу в этом доме.

– Ну и славно, – говорю я и отворачиваюсь к кассиру, который уже начал пробивать мои продукты.

Я расплачиваюсь и пытаюсь быстрее распихать покупки по сумкам, чтобы уйти первой, но, естественно, не успеваю. Костя забирает свою минералку, но не уходит, а стоит рядом, открывает крышку и пьет, а затем прикладывает ее к голове. Теперь уже я не спешу, пускай уходит первый, главное, уходит. Но он не торопится, стоит рядом и смотрит на мои покупки.

– Теперь я понимаю, почему у нас такие проблемы с продовольствием.

Я холодею. Что он знает? Но быстро соображаю: он имел в виду мои большие сумки, полные продуктов, и отвечаю, как мне кажется, дерзко:

– Конечно, я же не могу питаться одной минералкой.

Хочу взять сумки, но не успеваю – он берет их первым.

– Я помогу.

Легко хватает и идет к выходу.

– Постой, не надо, я сама.

Мы выходим на улицу, и он поворачивается:

– Почему не надо? Ты девушка, я мужчина и вполне могу помочь тебе. Тяжестей ты и потом натаскаешься.

– Я не слабая, я донесу сама, – настаиваю я.

Тянусь к сумкам, но он идет дальше.

– Прекрати, дай мне почувствовать себя мужчиной.

– А то так ты себя не чувствуешь!

– Не придирайся к словам. Это же правильно, что тяжелые сумки несу я.

Я понимаю, что спорить бесполезно, и потому говорю:

– Раз правильно – неси.

И просто иду рядом.

Мы останавливаемся на перекрестке, ждем зеленый. Я смотрю на минералку, лежащую между пачками гречки и риса, и спрашиваю:

– Похмелье тяжести нести не мешает?

– Нисколько. Знаешь, я вчера хотел пойти по твоему сценарию, напиться и трахнуть кого-нибудь в кустах.

Я сжимаю челюсти, так что скрипят зубы. Он мне всю жизнь будет это вспоминать?

– Ну и как?

– Остановился на первом пункте.

– Какой молодец!

– Сам собой горжусь, – смеется Костя.

Идем дальше, и нас обгоняет группа выпускников с лентами на груди, и я вспоминаю вторую причину, по которой ненавижу этот день.

– О, выпускники. Сегодня же вручают аттестаты.

Он молчит примерно минуту, и я молюсь, чтобы молчал и дальше, но Костя произносит:

– Сколько тебе лет?

– Кажется, мы выяснили это вчера.

Я хочу уйти, и мне уже плевать на сумки.

– Тебе восемнадцать, – не отстает Костя, – значит, тебе сегодня должны вручать аттестат.

– Знаешь, в некоторых случаях его не вручают.

– О-о, ты не окончила школу?

– А ты капитан очевидность!

– Хотя бы десять классов?

– Нет.

– Девять?

– Будешь гадать?

– Мне любопытно. Может, удовлетворишь мое любопытство в благодарность за то, что я несу твои сумки?

– Ты несешь свою бутылку минералки, и почему тебе для нее потребовались мои сумки, я не знаю. Мог бы купить и пакет.

– Хорошо, одну. Бутылка в одной сумке.

– Вторая тебе для равновесия. Ты вчера перепил и боишься, что с одной тебя будет сильно штормить.

– Логично, – мой ответ Костя одобряет, – ну так, сколько?

У меня внутри все сжимается, но я все же отвечаю, нет никакого смысла это скрывать.

– Шесть.

– Шесть? – поражается Костя, – это же можно считать, что у тебя образования совсем нет. Ты хоть понимаешь, какое это дно?

Я киваю и больше на него не смотрю.

– О чем ты только думала, бросая школу?

– Об очень многом. Тебе все перечислить?