Надя Алексеева – Недиалог (страница 20)

Парень. Зай, нет, это оператор.

Дядька. Чего так воняет?

Все смотрят на сумки Соседки, поставленные возле дверей лифта.

Парень (передает телефон Дядьке и втягивает воздух ноздрями, как двое матросов с «Титаника», которые на вышке «чуяли лед носом». Жуткая сцена – даже вспоминать не хочется. Тем более – пересматривать). Рыбой.

Соседка. Я так и знала. Потекла. Подвиньтесь.

Хозяйка. Куда?

Соседка. Дайте мне встать нормально хоть.

Дядька. Я думаю, вряд ли поедем.

Соседка. Я тут прописана – почему я должна стоять одной ногой тут, а вы – в лифте?

Хозяйка. Ох ты, господи.

Из микрофона Оператора льется гимн «O God, Our Help in Ages Past», серьезный такой вариант в исполнении оркестра.

Соседка (дослушав, с умиленным лицом). Мне еще ужин готовить. (Хозяйке.) Ты тут без году неделя!

Парень. Напротив.

Соседка. Где? Там, где икона спаси-сохрани?

Парень. Нет.

Дядька. Где плакат «Соблюдайте чистоту!»?

Парень. Нет, давайте, давайте, поактивнее. Накидывайте варианты.

Соседка. Можно я тете Наде позвоню? Она тамадой сорок лет, понимает эти игры. Она подойдет. Спустится с пятого.

Хозяйка. Ага, а подниматься потом как?

Соседка. Ничего, подвинемся.

Парень (обиженно). Так что?

Хозяйка. Я даже не знаю.

Парень. Сдаетесь, что ли?

Все молчат.

Оператор. Очевидно.

Парень (торжествующе). Она тут без недели год.

Все молчат.

Парень. Ну, вы говорили «без году неделя», а она говорит, что почти год ремонтирует, стена сер… светло-черная. Без недели год, ну? Ну?

Никто не смеется.

Оператор. М-да.

Соседка. Так что там они? Едут? Господи, сколько еще ждать?

Оператор. Главное, держитесь.

Соседка. А что, лифт разогнаться теперь может? Где поручни? Мне же еще ужин готовить.

Дядька. Теперь все может, э-э, разогнаться. Вы ближе встаньте. Держитесь за матрас. И вы, эй, как вас, хозяйка? Хозяйка? Спите там, что ли?

Хозяйка (встрепенувшись). Я… я кухню… кухню выбирала. То ли открытого типа брать, то ли нет. Если закрытого – вообще с ума сойдешь.

Парень. Почему?

Хозяйка. Как это? Да вы что? А ручки какие тогда выбрать? Кнопки? Скобы? Профиль? Ночь за компом просидела, так и сяк примеряла в уме. Вот рубит прямо теперь.

Дядька. Надо оплатить сначала, потом уж спите. Вдруг вы ее (Хлопает по матрасу.) сдавать решите назад. Надо чтобы не использованную.

Парень. Давайте дверь закроем в лифте. Невозможно, как воняет.

Соседка. Это потому что из Баренцева моря.

Парень. Сюда долетело?

Соседка. Конечно, треска же. Она переносит запах.

Хозяйка (окончательно проснувшись). И правда, что там протухло?

Соседка. Я говорю же, балтийская не воняла. Конечно. Но теперь балтийскую не беру.

Дядька. Отреклась, значит?

Соседка. Еще на рынке сегодня.

Парень. А я вчера еще думал, шпроты доесть из банки или нет.

Все (хором, с ужасом). И-и-и?

Парень. Доел. Ну я, это, чтобы Зая не отравилась.

Соседка. Чего им, шпротам, сделается? Как сыр в масле. Да еще копченые.

Дядька. Ну не скажите. Если вот прям после выловили их, потом сразу закоптили, то, может, в них что и попало. Там же творилось не пойми что. Как они в море пролезли и на дне там накуролесили? Вот как? (Пауза.) Лучше мясо ешь.

Соседка. А рыбу куда?

Парень. Я б выкинул.

Соседка (хмурится, что-то прикидывает в уме). Без меня не уезжайте!

Соседка хватает сумки, выходит из подъезда. По пути ее облаивают собаки. К лифту подходит Собачник с двумя плюшевыми собаками на поводках.

Хозяйка. У меня двоится.

Дядька. Не, это две собаки.

Собачник молча на все это смотрит. Собаки тоже.

Хозяйка. Слава богу!

Оператор. Застрял в лифте Ширвиндт…

Парень. Там вроде был велосипед.

Оператор. Застрял в лифте Ширвиндт с велосипедом.

Собачник. Отец или сын?

Оператор. Дюма?

Собачник. А, я думал, вы про Ширвиндта. Поезжайте, я на следующем.