Надя Алексеева – Недиалог (страница 19)

Дядька. Это теперь до ночи.

Хозяйка. Тоже кровати?

Парень. Конечно, не шкафы. А что у вас там, в скандинавском ремонте, черная стена есть?

Хозяйка. Серая.

Парень. Да, Зая тоже любит, эм (Запинается, щелкает пальцами.) светло-черную. Как думаете?

Хозяйка. Смотря какая будет обстановка.

Дядька. Жарища-то. Говори потише. И так жарко.

Хозяйка (шепотом). Я, ну, диван сначала заказала. Синяя спинка, желтая сидушка. Мне менеджер звонит и говорит: вы подумайте, вам же самой неудобно будет, хм, сидеть. Я подумала. И правда. Неудобно. Если сядешь. Вот и перезаказала кровать у вас. Серую.

Парень. Тсс! Она светло-черная, вообще-то.

Дядька (Хозяйке). Да. Ты как-то поаккуратнее с цветами давай. Дожили, господи.

Оператор. Да.

Все взгрустнули, вздохнули, откашлялись, проверили телефоны. К лифту подходит Соседка. Высокая, толстая, с сумками.

Соседка. Что здесь еще творится опять?

Дядька. Кровать.

Хозяйка (с интонацией первоклашки). Здравствуйте!

Соседка. Я сейчас полицию вызову. Нашли место.

Соседка впихивается в лифт, оттесняя Дядьку, смотрится в зеркало поверх головы Хозяйки, которая вся как-то скукожилась, будто она не человек, а так, тумбочка под зеркалом. Соседка снимает шапку, затем шарф, стряхивает снег, перезавязывает шарф так и сяк, хмурится. Накручивает на шее какой-то хитрый узел. Дядька ей помогает.

Дядька. Не давит?

Соседка. Нет, спасибо.

Дядька встает на носочки, массирует ей плечи.

Соседка ( расслабленно, едва не мурлыча). Это вы в двадцатой массажист теперь?

Парень. У нас еще два заказа.

Хозяйка. Валентина Фе-ферапонтовна, выйдите, пожалуйста.

Соседка. Здрасте.

Хозяйка. У нас и так перегруз, никак отправиться не можем.

Звонит будильник. Противно так звонит, все школу вспоминают: зимой, когда вылезаешь в потемках из кровати на ледяной пол босиком, – такие выражения на лицах.

Парень (смотрит на телефон). Господи! Уже час тут сидим!

Оператор. Потерпите.

Соседка. Какой голос знакомый. Вам не кажется?

Все молчат.

Соседка. Я теперь не успокоюсь, буду думать, где его слышала.

Дядька. Вот и я такой же.

Парень (в телефон). Зая, я еще тут. Как там? Скачалось?

Соседка. Мне на шестнадцатый. Нажмите.

Хозяйка. Не-е-ет. Дайте нам кровать отвезти.

Соседка заглядывает за перегородку из матраса, смотрит на Парня.

Соседка (Хозяйке). Хоть бы познакомила уже с парнем своим. Год, главное, мне под полом стучала, а чтобы на новоселье позвать – не дождешься.

Дядька. Все они такие. Вот я на собрание приду родительское и скажу: «В школе надо учить поведению!»

Соседка. У вас какой класс?

Дядька. Первый.

Соседка. Еще рано. Пусть читать хоть научатся или щи варить. А то грамотные больно.

Хозяйка (обливаясь потом). Дайте мне выйти.

Дядька. Чья кровать?

Хозяйка. Ну моя.

Дядька. Вот и вези ее. Свой крест.

Парень (все еще с трубкой у уха). Христос терпел – и нам велел. Зай, это я не тебе! Тебе не надо.

Хозяйка. Господи.

Оператор. Да уж.

Соседка (в микрофон Оператору). Вы на Даниловском рынке не работали, нет? Голос больно знакомый! А? Алё? Я же теперь не усну. Вообще сплю плохо этот год. Что-то такое с воздухом. В воздухе. Или в еде, скорее всего, в продуктах, да.

Хозяйка. Может, вы пешком пойдете, а? Вчетвером мы точно не уедем.

Соседка. Мужик пусть твой пешком чешет.

Дядька. Осторожнее с ним!

Соседка. А что?

Дядька. У него жена ревнивая. Прямо очень.

Соседка. То-то я думала, шифруются. Женатика, значит, завела. Ну, все ясно, все понятно, а вы говорите, продукты не те. Вот же, сколько волка ни корми, все равно с овцой снюхается.

Хозяйка. Нет, я его только сейчас встретила.

Дядька. Видите, что творится, а вы говорите – читать. Тут не до чтения. К порядку с первого класса призывать. Вот выйду на собрании и скажу: «С первого – призывать!»

Парень (убирая телефон в карман). Что? С первого будут призывать?

Соседка. А вы как думали.

Парень. А сегодня какое? Господи.

Оператор. Знаете такой анекдот: едут два велосипедиста…

Парень. Да… Нет. Какой еще анекдот. (Снова достает телефон.) У меня телефон разрядился.

Дядька. Звони с моего. Тихо всем.

Парень (берет, звонит). Зая. А? Нет, еще не еду, в лифте, да. Сегодня какое? Говорят, с первого призывать будут. Собирайся что ли, да, к дяде Эдику. Билеты бери. Серии? Качай все: не выпустят – хотя бы досмотрим. Да, как на Титанике. Как их, эти, ну, такие, со смычками. Во фраках. Гимн еще играли «Ближе, Господь, к Тебе», который (говорит с идеальным, прямо оксфордским произношением) «O God, Our Help in Ages Past». Как же их?

Оператор (деликатно, как на поминках, подсказывает). Скрипачи.