Надежда Знаменская – Грог. История орка. Книга 2 (страница 12)
– И откуда в ваших землях столько разбойников?
Натаниэль склонил голову на бок, обдумывая ответ. Лу ободряюще присвистнул, будто тоже хотел услышать, что тот скажет.
– Чем хуже живётся людям, тем больше соблазн поправить своё положение. А если ничему путному за свою жизнь не научился, остаются способы беспутные.
– У нас тоже жизнь не мёд, но дороги чистые.
– Такие уж чистые? – усмехнулся Натаниэль.
– Среди орков разбойники редкость, – упрямился Грог, но чувствовал, что почва у его заявления зыбкая.
– Как интересно. Может, в ваших городах и воров с плутами не водится?
– Может и не водится, мне о том не ведомо.
– Честный ответ. Ведь и правда, ты всего не знаешь. И у вас нарушителей закона достаточно, просто не так много, как в человеческих землях. Людей в принципе больше, и потому урвать свой кусок благополучия им сложнее. Да и войны для них уже привычка. Нездоровая привычка. И бесчинствующий здесь люд – это, скорее всего, солдатский сброд, и страдает от них вся граница с Медоландом, а не только эта часть.
– И лорды ничего не могут сделать? Король ваш?
– Будь уверен, они пытаются, – грустно улыбнулся маг. – Но сейчас в приоритете укрепление границы, чтобы Таэртон не пошёл дальше – вглубь королевства. Мародёрами, дезертирами и прочим отребьем занимаются по ходу дела, но вплотную займутся нескоро.
– А Таэртон пойдёт дальше? Я думал, их королю только Медоланд нужен.
– Это мне не известно. Я могу лишь предполагать. Но, думаю, если воины короля Мэриана увидят возможность захватить ещё немного земли, они от этого не откажутся. Тем более что у них есть поддержка Нэсса.
– О Нэссе милорд Дитье тоже тебе написал, да?
– Да.
Грог задумался о том, что на фоне вражды двух королевств непонятные магические эксперименты совсем уж не ко времени. Не могли, что ли, экспериментаторы – слово действительно уже звучало как ругательство – подождать более спокойных времён? Или начали они как раз, ещё тогда, когда на Дэолет всё было мирно? Они же не один год могли свои непонятные планы вынашивать…
«Вот же неугомонная, неспокойная раса!» – в сердцах подумал Грог. – «Тихо посидеть не могут, занимаясь чем-нибудь мирным».
Взгляд его упёрся в Натаниэля, неторопливо переплетавшего косу.
«Может, среди нас и есть негодяи, но среди людей их гораздо больше», – решил парень, впрочем, понимая, что его жгут воспоминания о телах, которые им пришлось похоронить у дороги.
Тут мысль зацепилась за кое-что любопытное в словах мага.
– Натаниэль, ты говоришь о людях «они». Это звучит странно, как-никак ты с ними одного племени.
– Ничего странного, – ответил маг с лёгким неудовольствием в голосе. И не понять было, он недоволен тем, куда повернул разговор, или тем, что слабо завязал шнурок, и коса не вышла. – Маги воспитываются и обучаются практически в полной изоляции, по своим собственным правилам. Поэтому мы составляем отдельный социум, далёкий от прочих слоёв населения.
– Мне казалось, вы ближе к аристократам.
Натаниэль рассмеялся:
– Нет. Мы точно не аристократы. Если ты хочешь всё-таки провести какую-то параллель, то мы ближе к ремесленникам.
– Только ремесленники – это слишком просто, а вы – птицы высокого полёта, – понял Грог.
– Да, – подтвердил Натаниэль совершенно серьёзно. – Мы выше.
«Хорошо, что вас так мало, а то быть бы ещё и войнам с магами», – подумал Грог.
– Ты совсем о нас ничего не знаешь? – Маг собрал наконец волосы в косу и пристально поглядел на орка.
– Кроме того, что вы можете любого превратить в кучку пепла? Нет, ничего. А, ну ещё Одилия говорила, что каждый маг получает хорошее образование, и оно даже лучше, чем во дворце.
– Всё так. Образование действительно нам даётся хорошее. Одилия это особенно чувствует, как женщина.
– Ага, она упоминала, что королевские учёные отнеслись к ней с недоверием.
– Ну ещё бы. Садись на лошадь, продолжим в сёдлах, чтобы не терять времени.
Стоило тронуться с места, и маг снова заговорил:
– Нашим чародейкам нелегко приходится. Нет женщин более сильных и свободных, и более непонятных для окружающих. Они не хранят очаг и не сидят в будуарах: то есть абсолютно независимы от мужчин. В нашей иерархии они могут занимать любую должность: учителя, наставники, учёные, лекари, боевые маги… Они становятся главами кафедр и даже могут претендовать на звание Леди Мага. Это так отличается от участи многих женщин.
– Ты говоришь так, будто жалеешь этих «многих женщин». Многие из них счастливы, – возразил Грог, задетый словами мага. Его мать, вот, счастлива с отцом. И старшая сестра тоже с мужем в ладу живёт.
– Я им сочувствую, но не надо путать с жалостью, это нехорошее чувство. У женщин мало возможностей и порой совсем нет выбора.
– В общем, ты говоришь о необходимости выбирать мужа. Но это же не конец света. К тому же, вдвоём легче хозяйство вести и проблемы решать. Хозяин без хорошей хозяйки никуда, как и наоборот.
– Это вынужденное объединение сил, и выйти из такого союза уже нельзя. По крайней мере не все это могут сделать.
– Ты мрак нагоняешь. Женщины прекрасно и сами могут справляться. У нас в соседней деревне вдова пиво варит – отбоя нет. И некоторые даже при мужьях не только у очага сидят: пекут на заказ или шьют…
– В тебе сейчас говорит упрямство орка.
– А в тебе – упрямство мага! Вот скажи мне, какой выбор есть у девчонки из боевых магов? Скажут в бой идти, она пойдёт, и вся недолга́. И какой толк от всей её учёности?
– Выбор был не идти в боевые маги, – пожал плечами Натаниэль, и Лу возмущённо свистнул ему в ухо, чтобы зря не тряс его насест.
На это Грогу сказать было нечего, и он аж подавился воздухом и начал нервно откашливаться.
– Придумали же – девиц бою обучать. Не пускали бы их на эту кафедру. Мужиков, что ли, там не хватает?
– Ты невнимательно меня слушал, Грог. У нас нет разделения на женские и мужские сферы. Если женщина хочет стать боевым магом, это её право, – Натаниэль скрестил руки на груди и, видя выражение лица орка, добавил: – И всегда есть возможность поменять кафедру или продолжить учёбы после выпуска.
– Мужчин они тоже могут менять? В отличие от других женщин, обычных? – вопрос Грог задал не думая, в горячке спора.
– Да! – выпалил маг и внезапно замолк, нахмурился, сжал губы в тонкую нить.
Грог не знал, как реагировать, и потому ждал, что маг продолжит говорить, но тот снова устроил игру в молчанку.
«Да чтоб вас таких загадочных!» – мысленно выругался молодой орк и попытался отвлечься и последить за дорогой. Но выкинуть слова Натаниэля из головы оказалось непросто.
«Теперь даже интересно, кто были твои родители, маг», – размышлял Грог, чуть отстав и сверля спину Натаниэля хмурым взглядом. – «Какая женщина тебя на свет породила, и насколько она была свободна в своих выборах? И как ты оказался на обучении? Чей
Ответов на эти вопросы он бы, конечно, не получил, но вспомнил слова Одилии о том, что не все дети обучаются магии по своей воле, некоторые – и она имела ввиду Натаниэля – просто хотят домой.
Когда солнце коснулось вершин деревьев, пришлось устроить короткий привал прямо на обочине дороги. Лошади требовали отдыха, а желудки всадников – пищи. А после планировалось дойти до небольшого селения и там уже провести ночь.
Грог обтирал уставшую Рыжую, когда услышал тихую и чуть дрожавшую мелодию. Он повернулся к магу, чтобы спросить, чего это Лу так странно поёт, но тот вскочил на ноги и сделал в воздухе несколько пассов. Запахло магией.
– Натаниэль?
– У нас гости, – ответил он, поворачиваясь туда, куда указывал альраун.
Глава 5
Незваные гости пустили вперёд себя своих вестников: из-за деревьев вылетели стрелы. Они со свистом вспороли воздух и с глухим стуком ударились о магический щит. Грог благодарно выдохнул: «спасибо» и вооружился мечом.
Ему хотелось верить, что нападавшие поймут, что имеют дело с магом, и отступят, но количество стрел говорило о большом отряде – такой чар не испугается.
Снова полетели стрелы, и снова в щит.
– Зря стараются, – буднично произнёс Натаниэль. – Стрелы быстрее закончатся, чем ослабнет барьер.
Лу поддержал его и грозно потряс ручкой в сторону деревьев.
– А щит стеной стоит или куполом? – уточнил Грог, чувствуя неприятный холодок между лопаток.
– Куполом. Закрывает и нас, и лошадей. Но со стороны дороги нам пока ничего не угрожает: они все там, в лесу.
Их снова обстреляли, и снова безрезультатно.