Надежда Янаева – Лукинские хроники (страница 13)

– Как какое? Он развивается разносторонне! – парировала гражданка.

– Какой толк развиваться разносторонне, если по основным предметам иметь плохие оценки? – поправляя очки, возразил Боф.

– Нет никаких плохих оценок! – добавила дама и надулась, видя это, Боф решил сменить тему разговора.

– Хорошо, оставим это, ну а работаете вы где?

– Я получаю алименты, – гордо ответил дама, – еще работаю массажисткой у меня ИП.

– И много клиентов? – зачем-то вновь спросил Боф.

Он пытался оценить степень развитости гуманоида, и никак не мог понять, к какому классу отнести данный экземпляр. Хотя где-то внутри себя он уже понял, что промахнулся, но пытался убедить себя в обратном. Так ему хотелось, чтобы экземпляр был наконец-то ценным.

– Нет клиентов мало. Город маленький, сами понимаете.

– Вы же переезжали, вы заранее не могли предположить, что раз город маленький клиентов будет мало? – удивился Боф.

– Квартира, зато дешевле стоила, чем в большом городе, – пояснила женщина, – видно, что она сама понимала, как промахнулась с выбором. – Я делаю массаж бесплатно, отдельным категориям граждан, – гордо добила она.

– Они малоимущие? – устало спросил Боф.

– Ой, да что вы они намного богаче меня, у них льготы, хорошие выплаты, – заулыбалась женщина.

– Зачем же вы, будучи в нужде работает бесплатно? – Боф вытер пот со лба, он ничего не понимал.

– Ну как же мы все в одной лодке, – улыбнулась женщина.

– Что? – не понял Боф.

– В общую копилку, одно дело делаем, так сказать! – бодро ответила дама.

Боф устал, он понял, что ничего не понимает в происходящем. Разговор зашел в тупик. Он решил прерваться и все обдумать. Попрощавшись с дамой, он вышел из камеры.

– Как все прошло, босс? – радостно спросил Роге, Боф хмуро на него посмотрел и молча ушел к себе.

– Все растаял наш любимчик, – усмехнулись остальные сотрудники, но рано, позже Боф вызвал Роге к себе.

– Слушай, дружище, – начал он издалека, – может ты поболтаешь с нашей гостьей о том, о сем, а мы послушаем. У меня, знаешь ли, с ней не заладилось как-то сразу.

– Хорошо, – согласился Роге, – но о чем мне с ней говорить, шеф?

– Понимаешь, друг мой, мы все в одной лодке, одно дело делаем, так сказать, – сам не зная, зачем сказал Боф.

К его большому удивлению Роге кивнул и ушел.

– Может, глупость заразна? – в ужасе подумал Боф.

Он вызвал к себе сотрудников на совещание, где поручил провести сканирование мозга пленницы.

– Роге, тоже сделайте, – сказал он, – и мне заодно, – велел Боф, подумав.

Сотрудники кивнули и переглянулись.

– И это, вот еще что, не контактируйте с ней никто больше! – приказал Боф, его немного трясло.

Роге приступил к выполнению задания с большим энтузиазмом, как сказал бы Ваха: засучив рукава. Он подготовился к встречи с Яло, так они назвали женщину – Явление локального общества, что на бытовом лукинском означало: среднестатистический экземпляр человека, характерный для данной местности. Подготовка Роге заключалось в том, что он воспользовался лабораторией и изготовил свою фирменную зимбуру – алкогольный напиток, погружающий гуманоида в состояние между сном и бодрствованием, затуманивающей сознание и поднимающий настроение.

Боф приказал сотрудникам лаборатории не вмешиваться в творчество Роге, так он назвал потуги фельдшера. Сам же Боф занялся изготовлением для себя сыворотки, чтобы иметь возможность передвигаться самостоятельно. На пойманный экземпляр он махнул рукой, понимая, что никакого толку от него не будет.

– Питер, к моему сожалению, оказался прав, нет, смыла ловить землян в заброшенных местах. Преуспевающие граждане проживают на других территориях, нам, увы, не доступных, – так он посетовал секретарю на следующий день после посещения пойманной гражданки.

Боф понял, что Роге, как его помощник может только собирать сплетни и строчить доносы, как работник он полный ноль, поэтому секретарь был снова на службе и занимался своими прямыми обязанностями при своем руководители.

Итак, Роге наварил зимбуры и с гордо поднятой головой на следующий день отправился к Яло. Женщине он сразу не понравился, во-первых, никто так и не поинтересовался, как ее зовут, во-вторых, ее интересовало: на каких основаниях ее удерживают здесь?

– Понимаете, – отхлебывая зимбуры для настроения, начал Роге, – вы подверглись небольшому излучению, наши враги проводили эксперимент, но не волнуйтесь мы вас вылечим, – заверил ее Роге и протянул даме стакан, наполненный до краев мутным пойлом.

– Что это? – женщина принюхалась.

– Противоядие, – не раздумывая ответил Роге, – очень помогает снять напряжение и является лекарством, главное сильно не увлекаться, а то на следующий день будет болеть голова.

– На самогон похоже, – отпив, прокомментировала дама, – хотя, да я слышала, что радиацию лечат вином. У вас есть вино?

– Помилуйте-с, сударыня, кто ж такой интересной даме вино предлагает? Вот пожалуйте мой фирменный напиток – зимбура, свежесваренная!

Дама отпила, поморщилась. Спустя пару часов дело пошло быстрее. Роге и сам не заметил, как разговорил собеседницу.

– Хорошо, что не надо ничего записывать, – радовался он про себя.

Камера заключенной прослушивалась, все записывалось и конспектировалось сотрудниками, отвечающими за наблюдение за пленницей. Роге нужно было только подливать периодически пойло и непринужденно болтать, в этом он был большой специалист.

– Жаль розовых таблеток мало, – подумал он с сожалением, – я б угостил ее.

К концу первого разговора дама уже отзывалась на кличку Яло и вполне была довольна беседой. К сожалению после опустошения второй бутыли с зимбурой гражданка перешла на крик, стала буянить и полезла драться. Роге был вынужден ретироваться. Он даже не понял, что произошло. Выйдя из камеры Роге рухнул замертво на пол. Лаборанты за ноги оттащили его в подсобку, где и заперли, чтобы он не буянил, предварительно налив ему в ведро, предназначенное для мытья полов, воды.

Когда шеф освободился, отчет о первом официальном контакте с землянином данного вида был уже готов и составлен со всеми подробностями. Придя, Боф велел включить видеозапись разговора. Чуть послушав, он поморщился.

– Только без звука, пожалуйста! Я лучше выдержки прочту, – кисло сказал шеф.

Прочитав Боф, помолчал, покачался в кресле, внимательно вглядываясь в экземпляр на экране, наконец, он спросил:

– То есть вы считаете, что общество данной местности, откуда поймана эта гражданка, сильно разделено?

– Ну, не то чтобы сильно. Эти разделения не явны. Есть не гласное правило, согласно которому, – начал один из лаборантов, готовящих отчет.

– Да, да я прочитал, – закивал на это Боф, – вот тут у вас: центр – это элита, обеспеченная деньгами, творческие люди, чиновники. В целом люди обеспеченные деньгами.

– Да, главное их отличие в том, что есть старые деньги, заработанные предшествующим поколением и приносящие доход нынешним. И новые деньги, заработанные непосредственно ныне живущими людьми. Они враждуют между собой, но их объединяет ненависть и страх перед низшими классами, – пояснил лаборант.

– Для этого они держат народ в узде, с помощью полиции, юстиции, армии? – зевая, уточнил Боф.

– Да, для удержания власти правящего класса, – закивал лаборант. – Понимаете, какая интересная штука: всем людям на Земле внушили, что государство и его господство над людьми – есть великое благо. В чем-то они правы, умирать люди стали гораздо меньше, но чтобы сомнения не порождало их умы, они постоянно ведут войну между государствами, тем самым оправдывая их существование.

– В чем-то мы похожи на них, – кивнул головой Боф, – у нас одна цивилизация, но теперешняя возня между сушей и водой столкнула совершенно идентичных лукинцев, ведь чем оправдана вражда между Лукой и Лукариумом?

– У них, как и у нас был один континент, потом материки расползлись, океаны и моря высохли, и человечеств расселилась вдалеке друг от друга, так возникло множество рас, языков и религий, – продолжил лаборант, не обращая внимания на слова Бофа, по поводу вражды лукинцев друг с другом.

– Следующий слой после верхушки – это средний класс: госслужащие, учителя, медработники, инженеры и прочее. Далее идут работники физического труда: фермеры, электрики, сантехники, работники смежных специальностей. Армия укомплектована разными классами, но от уровня образования будет зависеть должность человека. Как правило, на передовую посылают самый низший класс, они гибнут в очень большом количестве, их семьи получают деньги – расходный материал. Они не могут взбунтоваться против верхних классов, потому что для этого у них нет просто на просто понимания ни то чтобы, как устроен этот мир, а даже понимания своего места в мире.

– Нет, ну что же вы голубчик, так о них, – пожурил лаборанта Боф, – возможно они понимают, что тем самым прокладывают дорогу своим детям наверх.

– Тем не менее, революции в маленьких странах устраивают другие, так называемые враждебные страны. Пользуясь поддержкой молодежи, они водят страну в дисбаланс, рушат прежние дружеские связи и вот, пожалуйста, возникает война с братскими народами. Молодежь идет на эту войну не охотно, в большей массе бежит из страны лесами и огородами, воевать приходится все тем же простым рабочим и фермерам, которые гибнут на ней сотнями тысяч.