Надежда Янаева – Лукинские хроники (страница 11)

Упасть на коляску у него не получилось, он промахнулся и шлепнулся на крысу, у той видимо был перелом позвоночника от падения. Она зашипела, и пару раз куснула Бофа за ягодицы. Боф совсем одурел от всего этого, ему было жутко больно, обидно, а главное унизительно. Он прекрасно понимал, что за зеркальными окнами института все сотрудники наблюдают за ним. Из последних сил он собрался и заполз в свое кресло, благо оно было устойчивым.

– Так тебе, мерзкое животное! – Боф со злостью несколько раз проехал по крысе, она жалобно завизжала.

Окончательно добив грызуна, он успокоился, достал платок, утерся им и поехал в свою лабораторию. В коридорах было пусто и тихо. Никто не попался ему на пути. У своего кабинета он помедлил и, толкнув дверь заехал.

– Господин Боф, что с вами случилось? – его секретарь вылупился на него из-за своего стола, как всегда заваленного бумагами.

У Бофа всегда было подозрение, что все эти бумаги только для видимости работы и, чем выше кипы бумаг на столе его помощника, тем больше тот бездельничает.

– Почему вы в таком виде? Вы упали по дороге? – трепетно изображая участие, причитал секретарь.

Он вскочил и бросился к раковине в углу кабинета, по его сотрясающимся плечам Боф догадался, что тот изо всех сил старается не засмеяться. Секретарь схватил первую попавшуюся тряпку, намочил ее и протянул Бофу.

– Вот утритесь, – еле выдавил он из себя, лицо его перекосило от еле сдерживаемого смеха.

– Вы, если я не ошибаюсь, этой тряпкой пыль с обуви вытираете? – строго спросил его Боф.

Секретарь произнес что-то нечленораздельное.

– Я в своем кабинете приведу себя в порядок, – гордо ответил Боф и покатил к себе. – Да и медика ко мне, быстро! Обезболивающее, и против бешенства пусть что-нибудь возьмет! Быстро! – рявкнул Боф.

Только дверь его кабинета закрылась за ним, как из приемной раздался еле сдерживаемый хохот секретаря. Он с трудом справился с собой и набрал медицинский отдел.

– И не спешите там, пусть отмоется хорошенько, – сказал он в заключение, после того как они дружно посмеялись с медиками.

Те решили кинуть жребий: кто пойдет, потому что с одной стороны всем было интересно посмотреть на шефа в таком виде, а с другой стороны было страшно, вдруг тот решит отыграться на первом попавшемся. Жребий выпал молодой аспирантке, та покраснела как рак. Мужчины сжалились над ней и решили тянуть заново. В этот раз женщины не участвовали. Повезло в кавычках младшему фельдшеру. Это был высокий худой парень, его подозревали в краже лекарств, но никто не хотел связываться со службой безопасности и все помалкивали.

Парень был прыщеват, все время дергался, скидывая длинную челку со лба. Дома у него была жена и дочь. На работе всех очень удивлялись, что нашлась какая-то женщина и повелась на этого истеричного наркомана. Толк с него как с работника был ноль, он вечно все путал и забывал. К тому же у него была большая страсть к горячительным напиткам, если он не работал, он пил. Других возможностей для времяпровождения он просто не знал. До этого он работал в городской поликлинике и всем там порядком надоел своей глупостью, поэтому, как только появилась возможность его спровадить, этим тут же воспользовались. Лаборатории понадобился младший медицинский персонал, и сам главный врач поликлиники рекомендовал фельдшера как ценного сотрудника. Что это был за исключительный специалист в лаборатории поняли буквально сразу.

Боф тем времен оглядел свой кабинет. Его не было всего ничего: стол был завален документами, как и диван и оба кресла, стул почему-то валялся на полу. Боф вздохнул и поехал в ванную комнату. Ему как руководителю полагался личный санузел и своя раковина. В ванной был тоже бардак, видно было, что никто не заходил туда с момента его последнего появления в институте. Кругом была пыль от открытого окна, ни туалетной бумаги, ни полотенец, ни мыла ничего не было.

Боф вздохнул еще раз и посмотрел на себя в зеркало, лицо его было все в фекалиях и крови, причем это видимо была и его кровь. Он открыл вентиль, кран задребезжал, из него потекла рыжая жижа. Бофу было уже все равно, главное умыться все равно чем. Он с наслаждением погрузил руки в эту грязную воду, кожу щипало, видимо крыса извернулась и хватанула его еще и за палец в пылу борьбы он этого не заметил.

– Ты не переживай, парень! – наставляли медики фельдшера. – Главное не перепутай, а с другой стороны, чего путать-то все коли в ягодицы. Вот тебе бинты и обеззараживающее. Ему все равно на днях сыворотку от таршеронцев будут колоть. Не парься, что случится, спишем на неудавшийся эксперимент! – фельдшера трясло, он чуть не плакал. – Давай, не дрейфь! Прорвемся, – коллеги похлопали его ободряюще по плечу и вытолкали за дверь.

Фельдшер потоптался перед закрытой дверью, из-за которой раздался дружный смех. Он понуро пошел к кабинету шефа.

– Ну, я вам отомщу! – стучало у него в голове.

Дойдя до кабинета главного, он робко постучался в дверь приемной, та распахнулась.

– Где вы ходите! – закричал на него секретарь. – Он с меня уже три шкуры спустил, скорее заходите! Главное, ругает меня, что нет ни бумаги, ни полотенец, а кто знал, что он сегодня приедет?! Кто это знал, я тебя спрашиваю? – секретарь уставился на фельдшера, тот дрожал, как осиновый лист. – Там, что никого не было по, – секретарь замялся, подбирая слова, – ладно, не дрейф, парень прорвемся, – он ободряюще похлопал фельдшера по спине и затолкал в кабинет Бофа, – он в ванной, – пискнул уже из закрывающейся двери секретарь.

Фельдшер огляделся, в кабинете был бардак, за дверью ванной комнаты раздавались стоны и возня. Парень достал из кармана какую-то розовую таблетку проглотил ее, запил прямо из горла графина старой водой, поморщился и уверенно шагнул в сторону ванной комнаты.

– Может, надо было все-таки мне идти? – неуверенно сказала молодая аспирантка.

– Что ты милая? Пусть этот трутень повкалывает, а то сидит на нашей шее и ворует к тому же. Пусть потрудится, а то, как спирт красть так он ни при чем, а как работать, – начал возражать более опытный сотрудник.

– Я боюсь, как бы он с ним не сдружился, – робко возразила аспирантка.

– Кто Боф и наш фельдшер?! – усмехнулся коллега, он вдруг замолчал, все переглянулись.

Фельдшер вколол Бофу обезболивающие прямо в ногу. Потом дотолкал его до дивана, скинул на пол все бумаги и вколол ему остальную часть лекарств ягодицы. Он обеззаразил места укуса крысы и наклеил пластырь. Принес нормальной воды из раковины в приемной, где-то в шкафу нашел полотенца, умыл и вытер Бофа. Перевязал ему укушенную ладонь и руки. Боф только стонал, но помалкивал, молча снося все, что с ним делал этот прыщавый сотрудник. Когда фельдшер закончил свою работу, он отошел подальше осмотрел Бофа и сказал:

– Готово, шеф! Можно еще рубаху переодеть, у вас есть одежда в шкафу?

Не дожидаясь пока Боф ответит, он полез в шкаф, выбрал на свой вкус и, не церемонясь, стал стаскивать с Бофа грязную рубаху. Спустя, каких-то пол часа, Боф сидел аккуратно одетый, фельдшер даже пригладил его волосы, на лице Бофа остались царапины и синяк от падения, но в целом он выглядел весьма по-боевому.

– Позови-ка мне этого, – Боф указал фельдшеру на дверь приемной.

Тот метнулся, позвал секретаря, а сам остался в кабинете. Секретарь зашел весь при параде застегнутый на все пуговицы с блокнотиком в руках.

– Кто ездил за мной? – строго спросил Боф.

– Надо спросить в службе транспорта, – ответил участливо секретарь, – я не знаю.

– Так спроси! – велел Боф, он указал секретарю на дверь.

– Ты! – Боф посмотрел на фельдшера, – от всех этих лекарств мутит меня, принеси что-нибудь!

– У меня с собой, – с готовностью подскочил фельдшер и протянул Бофу розовую таблетку.

– Что это? – Боф посмотрел на него сумрачно из-под нахмуренных век.

Фельдшера – это ничуть не смутило, он даже взгляд не отвел.

– Так, парни гонят для придания бодрости после бессонной ночи. Я и сам употребляю, – закивал он сам себе.

Боф проглотил таблетку, закрыл глаза и откинулся, он уже сидел в своем кресле за столом.

– Ты это не стой статуей, как в Лукариуме, прибери здесь все! – велел он фельдшеру, не открывая глаз.

– А куда это все деть-то? – уточнил тот, Боф в ответ махнул рукой и больше не подавал признаков жизни.

Фельдшер гляделся по сторонам, заприметил пустой угол между шкафом и стеной и стал стаскивать туда все бумаги. Он быстро свалил их все в одну кучу, освободив стол и прочую мебель. По коммутатору позвонил секретарь, Боф поднял трубку.

– В службе транспорта говорят, что они только водителя предоставили, он уже сменился и с сегодняшнего дня у него отпуск, а сотрудников предоставляла служба охраны, но у них все секретно, надо оформлять доступ. Так просто мне эту информацию не скажут, нужно поручение, подписанное лично вами и руководством, – протараторил секретарь.

– Вызвать ко мне начальника службы охраны! – рявкнул в трубку Боф.

– А он уехал в город на совещание и заместитель его тоже. Будут только завтра, если успеют решить все вопросы, – промямлил секретарь.

– Кто там у них за старшего? – не унимался Боф. – Срочно ко мне!

– Так нет никого, по регламенту не положено, – уныло ответил секретарь.

– Это черти что такое! – выругался Боф. – Все сотрудники знают в лицо друг друга, вы, что не в курсе кто за мной ездил?!