Надежда Устинова – Медный обряд. Легенды Черного озера (страница 3)

– Очень скоро. Я же обещала, что праздники мы проведем вместе, помнишь? Я еду на два дня. Они пройдут незаметно.

– Ты привезешь какую-нибудь игрушку?

– Обязательно. А что бы ты хотела?

– Такую трубу, в которую смотришь, а там светятся бусинки.

– Хорошо, – в глазах у мамы вспыхнули огоньки улыбки, – я привезу тебе ее. Кстати, я и сейчас приготовила маленький подарок.

Мама достала из кармана цепочку с маленькой птичкой, похожей на ту, что мы видели в музее. Птичка и цепочка, несомненно, были медными, отблески от них взлетели по стене.

– Ух-ты! – замерла я от восторга.

– Давай помогу застегнуть. Это украшение называется оберегом. Его носят с собой и никогда не снимают.

– А зачем он нужен?

– Чтобы защищать человека от всего плохого, Нелечка, – мама прижала меня к себе и погладила по голове, – ты обещаешь себя хорошо вести и слушаться папу?

– Да, мамочка. Только ты поскорей приезжай.

Мама подхватила вещи и вышла из дома, у самого порога она обернулась, посмотрев с грустью и тревогой. Я навсегда запомню этот взгляд. Из окна я наблюдала, как она садится в такси до вокзала. Через несколько часов ее увез бесконечно длинный поезд. И больше она не вернулась. Никогда.

Я писала маме письма на разлинованной бумаге и, сделав из них самолетики, запускала в окно. Верила, что послания долетят до нее, и однажды она вернется домой. Но время шло, а вместе с ним угасала надежда на встречу. Не уберегла я и мамин подарок – десять лет спустя отец сорвал с меня цепочку в порыве ярости, а потом долго плакал в прихожей и шептал слова, которые посвящал единственной женщине на свете…

Прошло несколько дней после нашего разговора с Маринкой. Я думала, что она забыла о нем, но после сегодняшнего семинара подруга отозвала меня в сторонку и спросила с притворным возмущением:

– Ну? Долго будешь тянуть время? Когда позвонишь Марку?

Я замялась, но все же призналась:

– Марин, я боюсь идти к нему.

– Чего ты боишься?

– Не знаю, наверное, не хочу выглядеть глупо. Он, конечно же, скажет, что это разновидность клептомании и никаких странностей нет. Ты не представляешь, сколько психологов я повидала. И все они говорили одно и то же.

– Какая чушь! – закатила глаза Житова. – Не надо придумывать ответы, которых не получала. Дай честное слово, что сходишь к Марку. Я позвоню и спрошу, как у него со временем на ближайшие дни. Договорились?

– Хорошо, схожу, – вздохнула я. – Надеюсь, он не зануда.

– Да что ты! – оскорбилась Марина. – Нет, конечно. Он лучший специалист в городе. Я уверена, что Марк непременно поможет.

В пять вечера она позвонила и сообщила, что Марк назначил встречу через два часа.

– Пообещай, что придешь, – потребовала она. – Иначе не примет больше. У него с этим строго. Поторопись, он живет далековато. Улица Псковская, дом семь, квартира одиннадцать.

– Да приду, приду, – устало буркнула я и записала адрес на помятую визитку.

Я сунула шкатулку в сумку, залпом допила остывший чай и вышла на улицу. Лучше приехать пораньше, чтобы нечаянно не подвести Маринку. В конце концов рядом с домом Марка есть парк, где можно прогуляться по прохладным аллеям в ожидании назначенного часа.

Когда кондуктор объявил мою остановку, я с облегчением вздохнула. Всю дорогу с меня не спускала глаз женщина, которая сидела в начале автобуса рядом с кабиной водителя. Мне показалось это странным. Она не была похожа на попрошайку, что заранее высматривает жертву, у которой можно выманить десятку на пиво. Пассажирка выглядела вполне прилично. Аккуратная офисная одежда, ухоженные волосы, на коленях – пластиковая папка с документами. Наверное, возвращается с работы. Ну и возвращалась бы себе спокойно. Неужели не придумала ничего лучше, чем пялиться на незнакомую девчонку?

Взвизгнули колеса, открываясь, зашипели двери. Я с тревогой покосилась на женщину. Она отвела взгляд, но не шелохнулась, не последовала за мной.

Я приехала с небольшим запасом времени, но из-за своего топографического кретинизма не сразу сообразила, как добраться до места. Наконец, окончательно заблудившись во дворах, я отыскала ржавую адресную табличку с номером одиннадцать. До приема осталось пять минут. Серая многоэтажка недружелюбно уставилась на непрошеную гостью сотнями желтых глаз.

В подъезде было очень тихо, от моих шагов раскатилось гулкое эхо. Я добралась до второго этажа, заметила на одной из квартир блестящую табличку: «Рыков М. И.» и нажала на кнопку звонка. Дверь открыл невысокий мужчина, лицо которого было едва различимо в полумраке прихожей.

– Добрый вечер, проходите в комнату, – доброжелательно, но, как будто с неохотой, пригласил меня хозяин квартиры. Он спрятал руки в карманах брюк и хмуро взглянул исподлобья. Кажется, Марк не слишком обрадовался поздней клиентке. – Нет, нет, обувь можете не снимать, наденьте бахилы.

– Здравствуйте, меня зовут Нелли. Вам звонила Марина насчет моего прихода, – с неуверенностью начала я.

– Да, я в курсе, – кивнул Марк. Он явно находился не в лучшем расположении духа. – Что ж. Пойдемте, обсудим. Марина кратко описала ситуацию. Она передала, что нужно взять те самые вещи?

– Конечно. Я принесла их с собой.

Марк двинулся вперед по коридору, я проследовала за ним, смущенно прижимая шкатулку к животу. Неприветливость хозяина расстраивала, я, мягко говоря, ощущала себя не в своей тарелке.

В комнате, где принимал Марк, было сумрачно, но немного светлее, чем в прихожей. Окна закрывали темные шторы, лишь зеленый блеск настольной лампы разгонял мрачность этого места. Мебели тут стояло немного. На большом столе орехового цвета, покрытом пурпурной бархатистой тканью, находились разного рода магические предметы, которыми обычно пользуются экстрасенсы: хрустальный шар, зеркало на подставке, свечи, руны, стеклянные пирамидки, метроном и множество керамических статуэток.

Я будто бы очутилась в дивной сказке. Дом Марка окутывала необыкновенная атмосфера волшебства и тайны. Всю стену над диваном покрывали карты звездного неба и картины в стиле абстракционизма. Их оттенки были холодными – синими, фиолетовыми, черными, их разбавляли серебристые всплески, похожие на космическую пыль. Я замерла у стола и, запрокинув голову, засмотрелась на внушительные сиреневые часы. На глянцевом циферблате мерцали созвездия и знаки зодиака, из центра тянулись золотые ажурные стрелки.

Я вздрогнула и вышла из оцепенения, когда Марк сказал, кивнув на них:

– Клиент привез из Швейцарии в качестве сувенира. Пришлось повесить. Что, нравятся?

– Да, – кивнула я, не в силах оторвать взгляд.

– А мне нет, – недовольно хмыкнул он, усаживаясь в кресло.

– Они замечательно дополняют дизайн, – заикаясь, вступилась я за часы.

– Вам чай или кофе? – предложил хозяин, всем видом намекая, что у него нет времени отвлекаться на посторонние темы.

– Нет, благодарю, не нужно.

– Хорошо, – вздохнул Марк, ребром ладони потирая шею, – тогда приступим к делу. Показывайте, что принесли.

Я протянула ему шкатулку. Марк некоторое время рассматривал ее со всех сторон, перекладывал медные сувениры с места на место, и, как бы он не старался сохранять невозмутимое выражение лица, я все равно заподозрила неладное и встревожилась. Но не только за себя.

Вообще не люблю додумывать, но, увидев знакомого Марины, я убедилась в том, что подруга ввязалась в отношения с ним. Поэтому замкнулась, отшила ухажеров, которые приглашали на свидания, и стала приходить в гости реже. Но почему она раньше не рассказала о нем? Переживала, что не поддержу ее выбор?

Я вновь перевела взгляд на Марка. Он почувствовал, что на него смотрят, и вскинул подбородок. В его глазах мелькнуло раздражение. Меня охватило еще большее беспокойство, хотя Марк, на первый взгляд, не выглядел опасным. Пожалуй, я бы сочла его симпатичным, если бы мимика и голос собеседника не вызывали необъяснимое отторжение. За притворно доброжелательным выражением лица скрывалось что-то мрачное, неприятное.

Определить возраст Марка было сложно. Помнится, Артем на паре английского рассказывал, что брат старше его на девять или десять лет, и это вполне сходило за правду. Однако Марк выглядел немного моложе тридцати за счет стройной, подтянутой фигуры. Он носил классический черный костюм, который подчеркивал его мистический образ и внушал посетителям уверенность, что перед ними настоящий профессионал своего дела. Белый воротник рубашки контрастировал с темно-карими, почти черными глазами и смуглой кожей.

Взгляд Марка все время менялся: он смотрел то с наглой уверенностью, то с усмешкой, то с неподдельным интересом. Я не придавала этому значения. Все равно не узнаешь, что на уме у закрытого человека.

Тем временем он обратился ко мне:

– В этом металле особая энергия, я бы сказал колдовская, – тут Марк прервался и заглянул мне в глаза, будто желая увидеть, а не услышать отклик на свои слова. – К ней тянет, если вы владеете медной магией, понимаете?

– Нет, – удивилась я, – разве существуют такие способности?

– Зачем же вы пришли, если сомневаетесь в этом? Магия передается от одного поколения к другому. Благодарите своих предков, – хмыкнул Марк и пододвинул ко мне шкатулку. – Я высказал личное мнение. Но не стану вас разубеждать. Вижу, хотите уйти, – ядовито прищурился он и покосился на мои ноги. – Не смею задерживать.