Надежда Суворова – Пока Медора на смене (страница 67)

Рубэн, уже у двери, задержался.

— Кстати. Женщина в светлом пальто сегодня снова проходила мимо.

Медора подняла голову.

— Когда?

— Около часа назад. Не подходила. Стояла через дорогу. Смотрела на вывеску.

Лионел сразу стал серьёзнее.

— Одна?

— Вроде да. Но за ней была тень.

— В смысле?

— В смысле человек. Может, просто прохожий. Но стоял слишком удобно, чтобы быть прохожим.

Минерва положила ручку.

— Описание.

Рубэн описал.

Высокая. Светлое пальто. Волосы убраны. Лицо не отсюда — именно так он сказал. Не из тех, кто приходит за едой, не из тех, кто ждёт заказ, не из тех, кто ищет адрес. Из тех, кто проверяет, совпало ли то, что они сделали, с тем, что должно было случиться.

— Она уже была позавчера, — добавил он. — Спрашивала, кто открывает Малину по утрам.

Медора почувствовала, как день, который и без того был тяжёлым, стал немного острее.

— Почему ты не сказал раньше?

— Потому что позавчера это была просто женщина с вопросами. У меня таких достаточно. Вчера у вас люди входили в стены, и женщина с вопросами стала выглядеть умнее задним числом.

— Логично, — сказал Лионел.

— Неприятно, но логично, — уточнила Медора.

Теперь у каждого движения появился новый фон: женщина в светлом пальто, стоящая через дорогу и смотрящая на вывеску, как на неудавшийся эксперимент.

К семи сотням Медора уже двигалась почти на автомате.

Проверить.

Сканер.

Мышка.

Лента.

Список.

Комментарий.

Стол.

Акт.

Следующая.

И именно в этом автоматизме была опасность.

Каждый раз, когда рука сама тянулась к зелёной кнопке, Медора мысленно спрашивала: чья это привычка?

Моя?

Малины?

Или та, которую хотят во мне включить?

Иногда ответ приходил быстро.

Иногда нет.

Тогда она останавливалась.

И это оказалось самым трудным действием за день: остановиться, когда список давит, люди ждут, сканер пищит, Минерва молчит так, что хочется работать быстрее, а кот смотрит так, будто уже пишет некролог твоей внимательности.

Восемьсот сорок вторая единица пришла в семнадцать тридцать восемь.

Никто не сказал об этом сразу.

Все слишком боялись поверить.

Портал мягко выдал последний маленький пакет. Не футляр. Не акт. Не коврик. Не чёрную пустоту.

Пакет с чаем.

Получатель: Малина.

Без имени.

Без хвоста.

Без маршрута Озёрной.

Просто пакет с чаем.

Сорг проверил.

Минерва проверила.

Жун проверил.

Мышка-прорицатель зевнула — или Медоре показалось, но после такого дня она была готова признать за мышкой право на эмоции.

Кот понюхал пакет.

— Наш.

— Точно?

— Чай знает, кому принадлежит.

— Это звучит как религия.

— Многие религии звучат хуже.

Минерва внесла последнюю запись.

— Восемьсот сорок две единицы обработаны.

Тишина после этих слов была не красивой.

Скорее ошеломлённой.

Как будто все присутствующие одновременно поняли, что их не убили, не переписали, не утащили в Озёрную, не заставили подтвердить держателя, не победили ковриком и не похоронили под списком.