Надежда Суворова – Пока Медора на смене (страница 22)
— Их не должны были пускать через розницу.
— Это я уже поняла. Кто пустил?
— На Озёрной думали, что это пересорт по закрытому складу. Потом нашли перекрытые коды. Потом кто-то стёр журнал ночной приёмки. Потом пошли возвраты назад из контура. И уже потом... — он сглотнул, — мы увидели, что в потоке есть не только носители.
— А что ещё?
Жун посмотрел на неё прямо.
— Маркеры.
— Что это?
— То, чем помечают точки перед перепривязкой.
У Медоры внутри стало совсем холодно.
— Какую ещё перепривязку?
— Если запустить якоря и маркеры в нужном порядке... — он перевёл взгляд за её плечо, будто видел сквозь стену длинные футляры в зале, — можно заставить сеть думать, что одни точки — это другие. Сместить маршруты. Узлы. Право доступа. Получателей.
— Людей? — спросила она тихо.
Он очень медленно кивнул.
Медора несколько секунд молчала.
— То есть при хорошем раскладе люди будут получать не свои посылки.
— Это при очень хорошем, — сказал Жун. — При плохом — не свои двери, не свои дома, не свои контуры и не свои договоры.
— А при очень плохом?
Жун усмехнулся одними губами. Получилось страшно.
— При очень плохом сеть решит, что вы никогда здесь не работали.
Из зала донёсся глухой удар.
Потом ругань кота.
Потом голос Лионела:
— Это не я!
Медора резко обернулась и вылетела из подсобки.
Первое, что она увидела, — это чемодан.
Тот самый зелёный чемодан, который раньше просто нервно стучал ручкой, теперь стоял посреди прохода раскрытый настежь.
Внутри него не было ничего.
Вообще ничего.
Но из его пустоты тянуло сквозняком.
Лёгким, сухим, пахнущим дальней дорогой, старой бумагой и чем-то неуловимо чужим.
Кот стоял на вздыбленной шерсти у самого края чемодана и шипел так, как шипят только на принципиальное нарушение миропорядка.
— Он открылся сам, — сказал Лионел. — Я вообще к нему не подходил.
Минерва уже была рядом и смотрела внутрь чемодана с таким выражением, словно хотела лично оскорбить того, кто придумал этот предмет.
— Это не чемодан, — сказала она.
— Спасибо, — сказала Медора. — Я уже догадалась.
— Это переносной карман.
— Для чего?
— Для маленьких незарегистрированных перемещений.
— Переведите на человеческий.
Минерва не отвела глаз от пустоты внутри.
— Для выноса вещей мимо учёта.
Медора уставилась на чемодан.
Потом на длинные футляры.
Потом на портал.
Потом снова на чемодан.
И всё наконец сложилось в одну отвратительно ясную мысль.
Чёрные тележки без эмблем.
Футляры с перекрытой маркировкой.
Бытовой поток как прикрытие.
И чемодан, который внутри был не пустой, а слишком удобный.
— Их не только проводят через сеть, — сказала она. — Их ещё и вытаскивают здесь.
Минерва медленно кивнула.
— Да.
— Значит, кто-то приходит в
— Похоже на то.
Кот перестал шипеть и очень тихо сказал:
— Я бы начал злиться сильнее, если бы не был уже занят.
Глава 6
После некоторых открытий мир уже не становится хуже. Он просто перестаёт притворяться приличным.
Медора стояла посреди зала, смотрела на раскрытый чемодан и понимала, что именно это раздражает её сильнее всего. Не якоря, не чужие метки, не длинные футляры, не даже бумажный дождь из портала. А вот эта бесстыдная деловитость. Кто-то пришёл в её пункт, поставил среди обычных заказов очень удобную штуку для воровства, замаскировал её под безобидный товар и, видимо, несколько ночей подряд выносил через неё чужой груз так, будто речь шла о сменной обуви.
— Закрой его, — сказала она.
— Не трогать, — одновременно сказала Минерва.
Медора повернула к ней голову.
— Выберите что-нибудь одно.
— Не трогать руками и не оставлять открытым.