Надежда Спиридонова – Осторожно, человек на грани! Сборник детективных рассказов (страница 2)

Седьмого сентября — в день её рождения, муж не пришел к ужину. Час проходил за часом, звонили и поздравляли родственники и друзья, но главного звонка не было, не было и никаких, пусть даже глупых извинений. Это был второй раз, когда муж забыл о ее дне рождении.

Она сидела и плакала за накрытым столом, и одни и те же мысли крутились в её голове: «Как же так получилось? Что происходит? Как я вляпалась в такую жизнь?»

Вдруг, как гром среди ясного неба, внезапно возникший вопрос остановил это кружение: «Неужели такая жизнь навсегда?»

Слезы высохли.

Она налила себе бокал вина и подошла к зеркалу: «С днем рождения тебя, Дина!»

Убрала праздничный стол, легла в постель и горячо повторяла слова: «Господи, сделай так, чтобы он ушел от нас». И уснула.

Словно от толчка Дина открыла глаза. Светящийся циферблат показывал половину шестого утра. Она резко развернулась и в кромешной темноте почувствовала, что не одна. Осторожно протянула руку — потревоженный муж, если он, действительно, спал, пошевелился. Ни облегчения, ни раздражения, к своему удивлению, Дина не испытывала. Полное безразличие. Бог, казалось, услышал её мольбу и выполнил просьбу причудливым образом: муж ушёл из её сердца и из мыслей. Он стал ей безразличен.

Дина накинула халат, прошла на кухню и заварила чай. Лишившись иллюзий, вся её жизнь, предстала перед ней во всей своей неприкрытой правде: жалкое существование постылой, как говорили в старину, жены; больной ребенок, требующий лечения, консультаций специалистов, неопределенность с работой. Сейчас она в декретном отпуске, но к тому времени, когда он закончится, институт, скорее всего, перестанет существовать, уже сейчас всё говорит об этом. Надо думать о будущем: на мужа рассчитывать нельзя.

Виктор встал обеспокоенный: никто его не разбудил и не приготовил завтрак. Он быстро побрился и убежал на работу.

Утром Дина почти три часа гуляла с ребенком. После проливных дождей вдруг стало солнечно и тепло: наступило бабье лето. Она медленно катила коляску по скверу. Прозрачный чистый воздух, удивительной красоты осенняя листва на деревьях и под ногами — все настраивало на умиротворенный лад. В тот день она для себя решила: что 8 Марта и в свой день рождения никогда не будет находиться дома.

«Надо завтра же найти работу, хотя бы на два-три часа. Ещё нужна няня на то время, когда я буду отсутствовать. На няню уйдет половина заработанных денег, но что-то все-таки останется».

Недалеко от дома находилась поликлиника, и туда требовалась уборщица, для подработки это подходило. Вечером Дина съела скромный ужин, не дождавшись мужа, и, впервые за долгое время, рано и крепко уснула.

Она уволилась из института, не дожидаясь окончания декретного отпуска. В день, когда она вышла на работу, муж пришел раньше обычного. Он распахнул дверь в комнату сына, Дина возилась с мальчиком, и, сдвинув брови, спросил:

— Что всё это значит? Почему с утра в доме посторонняя женщина? Я звонил, и она подняла трубку. Куда ты, черт возьми, уходила?

Дина резко встала:

— Виктор, заметь, я не задаю вопросов, во сколько бы ты ни пришел.

Он в замешательстве опустил глаза, но быстро собрался:

— А ты бы спросила, муж всё-таки, проявила бы интерес.

— Знаешь ли, меня больше не интересует ничего, что связано с тобой. Я не собираюсь вести бессмысленные разговоры, ведь и так все ясно.

— Что тебе ясно? Объясни!

— Не ори! Тебя здесь никто не боится.

Они стояли напротив друг друга, и Дина чувствовала, как в ней рождается новая женщина, готовая отстаивать свои интересы до конца. И ещё: эта новая женщина не позволяет себя оскорблять и всегда нанесет ответный удар: рано или поздно.

Виктор резко развернулся, раздался звук хлопнувшей двери. Заплакал сын, Дина взяла мальчика на руки и быстро успокоила. На душе было легко и уверенно, а, главное было всё равно: куда ушёл муж, вернётся или не вернётся.

Он вскоре вернулся, включил громко телевизор и закрылся в комнате. Дина провела ночь в комнате сына, а на следующий день предложила развестись.

— Я вчера порвал с ней, что тебе ещё надо?

— Мне от тебя ничего не надо. Порвал ты или тебя прогнали? Главное — между нами, слава богу, все кончено!

Первые два месяца работы уборщицей были тяжелыми. Ей платили полную ставку, но отвели под уборку весь первый этаж, рассчитанный на двух уборщиц. Дина понимала, что одна зарплата уходит кому-то в карман, но выбирать не приходилось.

Самые грязные месяцы, требующие усиленной уборки, начинаются поздней осенью и заканчиваются в мае. В поликлинике всегда много посетителей из-за простудных заболеваний, а значит, на полу скапливается много растаявшего снега и песка с обуви. Чтобы вымыть вестибюль, она меняла по семь-восемь ведер тяжелой мутной воды, которую затем, независимо от погоды, нужно было вынести на улицу и слить в люк.

«Ничего, — успокаивала она себя, — когда стану руководителем, этот опыт пригодится для того, чтобы понимать людей».

Ещё на полставки она устроилась уборщицей в офис. Но в том, что в будущем её ждёт успешная карьера, она не позволяла себе сомневаться ни минуты.

Однажды Дина заканчивала работу и услышала разговор двух медсестер о том, что в районе открылась частная клиника. Она постаралась как можно больше узнать об этом, раздобыла телефон главврача и записалась на приём. При встрече она сообщила, что имеет пятилетний опыт работы экономистом в крупном институте, владеет английским языком, легко осваивает новые навыки и готова к обучению. Главврач её выслушал, записал данные и заверил, что вопрос будет рассмотрен в течение двух недель. Дина расстроилась: такое обещание, как правило, означало «нет». Однако уже через два дня ей предложили работу.

Сегодня клиника входила в медицинский холдинг, а Дина возглавляла экономический отдел. Карьера состоялась. Теперь она жила в элитной квартире, уютно и со вкусом обставленной, и успела объездить с сыном полмира. Да и в личной жизни намечались перемены.

Пока рос сын, все её усилия были направлены на него: длительное лечение и радостное выздоровление, школа, спорт, изучение языков. И вот теперь, когда он оканчивал университет, в её жизни появился мужчина — удачливый бизнесмен, её ровесник. Он сделал предложение, и Дина его приняла.

Углубившись в воспоминания, она не расслышала вопроса собеседницы и попросила ее повторить.

— Коньячку плеснуть?

— Спасибо, не надо.

— Ведёшь здоровый образ жизни: фитнес, бассейн, диета?

— Да, всё так.

— Я этого не понимаю, всегда любила и люблю хорошо выпить и поесть. Сейчас приму ещё пятьдесят грамм и поеду к мужу на дачу. Да, ты не знаешь, наверное, я вышла замуж семь лет назад. Муж всё лето живет за городом: выращивает помидоры, огурцы, сам консервирует. Потом, правда, раздает друзьям и знакомым. Ни у него, ни у меня нет детей. У меня-то есть сын, Лешенька, но он все равно, что умер. Господи, что это я говорю! Это я для него умерла, когда погиб его отец.

Аня сощурилась и пристально посмотрела на собеседницу:

— Вообще-то, чего греха таить: когда выяснилось, что жена того мужика с фотографий, к изготовлению снимков никакого отношения не имеет, я подумала, что это ты все подстроила. Были, конечно, и другие разини, обиженные на меня из-за своих мужиков, но я почему-то подумала на тебя. Потом решила, что это абсурд: к тому времени мы уже два года не встречались с Виктором.

Фотографии…

После развода, воспоминания о недолгой унизительной семейной жизни возвращались к ней день за днем, месяц за месяцем. Одинокие праздничные дни, которые Дина проводила с больным сыном, она не могла простить.

Семнадцать лет назад Дина, преодолевая страх и стыд, обратилась в частное агентство и за хорошие деньги получила то, что ей было нужно. На фотографиях её соперница была запечатлена со своим очередным любовником на берегу залива среди невысокого кустарника. Дина с холодным любопытством рассматривала мужчину и женщину, снятых в момент близости. Её интересовало одно: узнаваема ли женщина.

Она поспешно убрала снимки обратно в конверт и отправилась на почту, в другой район города, чтобы послать их на имя мужа своей бывшей соперницы. В душе шевельнулось сомнение, когда сотрудник почты бросила её конверт в общую пачку, но как только здание почты пропало из виду, душевная смута улеглась, внутри осталась черная пустота. Дело было сделано и пусть будет, что будет. И чем дальше она отходила от здания почты, тем спокойнее становилась. Она больше не вспоминала два года своего неудачного замужества и не пыталась узнать, что стало с отправленными фотографиями.

Злость и досада на себя за то, что она продолжает сидеть с этой пьянеющей женщиной вместо того, чтобы встать и уйти, мешали думать.

— Как это случилось? — услышала Дина свой голос. Вопрос прозвучал помимо её воли, лишь бы прервать повисшее тяжелое молчание.

— Что случилось? — не поняла Аня.

— Как погиб твой муж?

— А ты не знаешь? — удивилась та. — Разбился на машине. Моему мужу кто-то отправил фотографии, где я была запечатлена с любовником. Конверт со снимками Леша нашел в покореженной машине. Видимо, муж хотел отвезти их на дачу, я тогда там была. Он догадывался о моих романах, но одно дело предполагать, а другое дело — располагать. Конечно, он был вне себя и не заметил шлагбаум.