Надежда Соколова – Леди из Уотерхолла (страница 11)

— Успокоилась? Отлично. Ты премию хочешь?

Что такое «премия», Дарна прекрасно знала. Отец в столичном доме в качестве поощрения платил особо усердным слугам «тринадцатую зарплату» раз в году.

— Конечно, ринья, — с готовностью закивала Дарна.

— Тогда ты накроешь стол к чаю в гостиной внизу и проявишь радушие при общении с магом.

На лице Дарны отразилось искреннее изумление.

— Но, ринья… Оборотень же…

Похоже, один из ее шаблонов был начисто сломан.

— Премия, Дарна, — терпеливо напомнила я. — Нет, если ты не хочешь премию…

Я сделала многозначительную паузу. Жадность в Дарне, как я и ожидала, поборола негатив к оборотням.

— Я поняла, ринья, — часто закивала Дарна.

— Отлично, — удовлетворенно улыбнулась я. — Остальным служанкам тоже расскажи и про премию, и про отношение к оборотню. А сейчас проводи меня в ту гостиную.

Я поднялась и направилась общаться со странным оборотнем-магом.

Маг ожидал меня в той самой гостиной, о которой я говорила Дарне. По этикету в любом особняке имелось как минимум две гостиных на нижнем этаже. В одной из них разговаривали со старшими слугами, включая управляющего, отдавали им приказы и принимали разных просителей из близлежащих деревень. Во второй общались между собой аристократы, независимо от их знатности и богатства.

Как я и предполагала, маг находился во второй гостиной. А значит, как минимум претензия на статусность с его стороны имелась.

Встреть я его где-нибудь в деревне или в городе, я вряд ли отличила бы его от других жителей, людей, в смысле. Особенно если бы он прикрывал голову шляпой и не стремился смотреть в глаза. Но теперь, когда Дарна сообщила, что он является оборотнем, я сразу же заметила вытянутый зрачок и заостренные кверху уши. В остальном ничем другим, по крайней мере в одежде, от обычных людей он не отличался.

Высокий, статный, довольно молодой, с выправкой как у военного, он мог быть как богатым купцом, так и сыном какого-нибудь провинциального графа или барона. На жителя столицы он не походил. Те смотрят на жизнь и окружающих по-другому и ведут себя соответствующе. Здесь же видна была провинциальность и в манерах, и потом — в речи.

Его лицо носило на себе отпечаток надменности, что, после того как я узнала его расу, было не удивительно. Если тебе постоянно плюют в спину или оскорбляют тебя за глаза, поневоле станешь надменным, чтобы не допускать никого ближе чем на пару метров. Грубоватые, но все же правильные черты лица подсказывали, что в жилах оборотня текла не только кровь аристократов. Впрочем, была ли она, та кровь? Есть ли вообще у оборотней аристократы? Этого я не знала.

Тонкие, четко очерченные губы готовы были в любую секунду сложиться в едкую ухмылку. Каштановые волосы давно не знали ножниц и чересчур отросли даже для провинции. Синие глаза смотрели излишне внимательно и пронзительно, как будто пытались за пару мгновений просканировать душу.

Одежда была пошита из не особо дорогой ткани и носилась часто, очень часто, что было заметно по потертым рукавам. А значит, и доход у оборотня был относительно скромным.

Настоящая Вильгельмина, возможно, испугалась бы такого необычного нового знакомого. Но не я, во мне этот тип, наоборот, разжег интерес. И сразу же вызвал уйму вопросов в моей голове. Например: если он обязательно живет в норе, как написано в книге, то почему на его одежде и в волосах не видно ни крупинки земли? Магией удалил? И как вообще он может уместиться под землей в норе с таким ростом? Что там за нора должна быть? Настоящая пещера с высокими потолками? И в какой ипостаси он там находится? Как человек или как волк?

Естественно, я не задала ни одного из вопросов, вместо этого вспомнила о правилах вежливости и воспитанно поздоровалась:

— Добрый день, рин. Благодарю, что откликнулись на мою просьбу и пожаловали в замок.

Оборотень осмотрел меня с ног до головы, внаглую, словно не скрывал своего чересчур преувеличенного интереса к женскому полу, и только потом соизволил ответить.

Глава 16

— Мне сообщили, ринья, что вы желаете меня видеть.

Говорил он, не скрывая сарказма. И хотя голос был приятным — мягкий баритон, — для местных леди тон, которым были произнесены слова, мог бы служить прямым оскорблением. С другой стороны, я глубоко сомневалась, что местные леди снисходили до общения с оборотнем. Скорее всего, с ним разговаривали мужчины — мужья, отцы, браться и так далее. Местных леди вообще было принять оберегать от всего, включая малейший сквозняк.

— Желала, — кивнула я, намеренно пропустив остроту мимо ушей. — Моя служанка уже накрыла стол к чаю. Сейчас принесут сладости из кухни. Прошу, присаживайтесь. В ногах правды нет.

Я смогла уловить мелькнувшее в синих глазах удивление только потому, что знала, что и когда искать. Мои земные партнеры часто звали меня змеей в брюках. В принципе, часть правды в этом имелась. Я и правда носила брюки и джинсы, откровенно предпочитая их платьям. Но змеей не была. Всего лишь умела наблюдать и делать правильные выводы. Ну и использовала эти выводы себе на благо, что не устраивало тех, с кем я вела тогда дела.

Вот и теперь я сделала очередной вывод: мое внезапное радушное приглашение сломало оборотню один из шаблонов. Видимо, аристократы успешно забывали о вежливости, когда общались с ним. Если общались, конечно, а не отправляли к нему того же управляющего. Так что я и здесь поступила нестандартно.

Дарна действительно успела накрыть на стол. На скатерти, белоснежной, но довольно простенькой, красовался пузатый фарфоровый чайник, расписанный пасторальными сценками. Рядом — две чашки на блюдцах и сахарница. Все — с теми же сюжетами. На салфетках — посеребренные чайные ложечки.

Появившиеся служанки из деревни принесли испеченные Ингой крендельки и сахарное печенье.

В общем, если сравнивать со столичным домом, все довольно просто, скромно, без изысков. Я понятия не имела, соответствуют ли обстановка и угощение моему довольно высокому статусу, но ничего лучше предложить прямо сейчас не могла. Хорошо, что хоть что-то в доме оказалось готово к приему гостей.

Мы с оборотнем уселись друг напротив друга в невысокие, но довольно удобные кресла с мягкой спинкой и широкими резными подлокотниками.

По этикету во время «неформального» чаепития каждый из сидевших за столом наливал себе чай сам. Иное допускалось, только если пившие чай состояли между собой в каких-то родственных отношениях. И тогда женщина снова вынуждена была подчиняться действиям мужчины. Тот же муж был обязан ухаживать за женой, а отец — за дочерью.

Мы с оборотнем ни в каких отношениях не состояли. Потому и чай себе налили сами, и печенье положили на блюдца тоже самостоятельно.

Разговор начался только после того, как было выпито по чашке чая и съедено по два печенья. Официальная часть закончилась. Пора было переходить непосредственно к делу.

— Я слышала, вы — маг, рин. Мне нужен ваш совет. Или помощь, за которую я готова заплатить. Дело в том, что в моем замке находятся призраки.

Я говорила четко, неспешно, давая возможность оборотню составить целостную картину и осознать, что именно мне нужно.

— Сначала у меня была мысль попросить вас развеять их, — продолжила я. — Но потом… Потом я подумала, что они все же мои предки, пусть и дальние. А значит, их нужно уважать. И тогда у меня появилась другая мысль — отселить их в отдельное крыло и «запереть» там, с помощью магии, конечно. Вы способны это сделать?

— Вы говорите об уважении, ринья, — с насмешкой заметил оборотень, — и при этом предлагаете заточить ваших предков в отдельном крыле. Там они быстро потеряют силу без подпитки чужими эмоциями. И развеются сами. Такое отношение мало похоже на уважение.

— А если с подпиткой? — уточнила я.

— Вы собираетесь отправлять туда слуг в качестве наказания?

И снова насмешка в голосе. Интересно, он дурного мнения обо всех людях без исключения? Или только аристократам в этом не повезло?

— Я не настолько жестока, — покачала я головой. — Всего лишь хочу предложить местным аристократам пощекотать нервы. За небольшую плату, разумеется.

— Зачем им это?

— Например, чтобы доказать себе и другим, что они способны победить целый десяток призраков в неизвестных условиях.

Наконец-то в глазах оборотня появилось что-то, кроме насмешки. Интерес. И правда, как это человеческая женщина смогла придумать нечто подобное? Ведь это же так странно и непривычно! У нее же должны быть заточены мозги совсем под другое!

— Вы хотите предложить желающим за их же плату развлечься в вашем замке? — уточнение, сказанное так, словно оборотень интересовался, не сошла ли я с ума, задумывая подобное.

— Определенным образом развлечься, — всегда любила четкие формулировки. — В остальном все верно. Вы сможете заманить призраков в нужное мне место? Уже оборудованное для «развлечения», естественно.

Я была больше чем уверена, что за отведенное им недолгое время призраки сумели найти и перенести в левое крыло все то, о чем мы договаривались. Но, конечно же, оборотень должен был думать, что это я, злая владелица замка, намеренно загоняю своих предков в ловушку.

Видимо, он так и подумал, потому что в глазах мелькнуло тщательно скрываемое презрение. Затем он поднялся и согласно кивнул.