Надежда Рыжих – Роман о детективе. Любви неясные мотивы (страница 9)

Как просто решить все, не задумываясь особо! Появится ли такая возможность и не вмешаются ли небеса в судьбы, дабы изрядно помучить за все неблаговидные поступки и причиненные обиды? Кто знает…

Пользуясь массой свободного времени в пути, написал пространный отчет, не переставая думать о "своей рыжухе"; приложил фотографии. Глядя на них, отметил явное сходство девушек. "Голоса похожи. Фигурки, вроде. Цвет волос разный, но посадка головы, развернутые плечики, глаза… А что глаза? У Софьи не понять, что за глаза, так как сильно прищурены… Солнце постаралось… А так! Сестры настоящие, одним словом". По приезде позвонил Шумскому, но наблюдение не снимал до последнего: пока объект не ступила на порог своей турфирмы.

Встречу назначили на вечер, ввиду занятости клиента. В кафе «Элизабет», самом популярном месте в городе. Оказались за тем же самым столиком – единственным, будто специально, свободным. Знакомая официантка подала кофе и была чрезвычайно мила.

– Судя по тому, что выяснил, слежку можно прекратить, – предположил Ян и подал конверт клиенту. – Ни к чему вытягивать из вас деньги, если все и так ясно.

Кирилл торопливо вскрыл конверт, вытащил наружу все фотографии и в изумлении стал рассматривать, а после сказал то, чего Ян никак от него не ожидал:

– Мило, мило… Красивая девушка… Бесспорно… Очень похожа на мою жену, но, огорчу вас, уж, простите, – не она! За кем же вы следили, любопытно?! Простите, простите, не мое это дело, видимо. Вы перепутали случайно конверты. Где мой?

– К-как?! – поперхнулся Ян. Кофе сразу стал горьким и противным. – Не мог перепутать! Я столько раз провожал жену вашу от дома на работу, обратно, что помню каждый шов, складку на ее костюмах, окантовки на шляпках и цвета. Ее наряды узнаю из тысячи подобных!

– Естественно! – подтвердил Кирилл, насупившись. – Вещи эксклюзивные. От знаменитых кутюрье. Других в природе не существует, поэтому среди тысяч узнавать не придется. Что происходит?! Ничего не понимаю! А о моей жене что-нибудь знаете, кроме ее одежды?!

– Улица Суворова, дом, 43, вам ни о чем не говорит? – продолжал уточнять шокированный Ян. Он не мог и помыслить, что проделал бесполезную работу, охотясь за другой женщиной. Шокирующая мысль закралась в его голову, что Кирилл решил не платить вторую половину гонорара, подвергая сомнению все.

– Нет. А что с этим адресом не так?

– Она ночевала там.

– Никогда, уверяю вас, никогда не провела она ни единой ночи вне дома. У меня столько соглядатаев, что ее малейший взбрык был бы доложен. За исключением поездки к тетушке. Там я не мог контролировать ее лично. Вы ездили в деревню?

– Да! Она почти не выходила из дома. Сестру видел часто, но саму от силы раз-два в день. Мужчин в доме не было. Никто не входил и не пытался заговорить, если шел мимо двора.

– У нее нет сестры, – удивился Кирилл, округляя глаза. – Как же так?! Билеты приложили? Покажите. Ездила в Горловку?

– Горлинку, – растерялся Ян. – В оранжевом костюме…

– Оранжевом? Судя по фото, да… Где же была… женушка, с позволения сказать, моя, почти три недели, в то время, как вы следили за девушкой в костюме моей жены и ее шляпке? В ее наряде, значит, с ее согласия?! – расстроился Кирилл. – Официантка! Сто грамм коньяка. Нет! Два по сто, а… лучше, два по двести. Пока хватит, а потом… видно будет.

– А… вы ничего не путаете? – не верил Ян. Он безостановочно крутил в руках пустую чашечку от кофе, пока официантка не выдержала и попросила отдать «страдалицу». Машинально, не глядя, протянул ей чашку и сразу же забыл о ней. Девушка поставила на столик графинчик с янтарной жидкостью, смахнула несуществующие крошки и отошла.

– Был бы счастлив, спутать, но реальность оказалась жестокой, – мрачно заявил Кирилл и вздохнул горестно. И они замолчали. Молчали долго. Пили коньяк… и молчали. От предложенной закуски отказались. На Кирилла было страшно смотреть. Он будто состарился лет на двадцать.

"Горе не красит", – размышлял Ян, вспомнив избитую истину. Размышлял и не мог понять, как угораздило его попасть в весьма сомнительное положение; и как из него выпутаться. И было ли настоящим это сомнительное положение или же клиент решил на нем сэкономить, и таким образом уводил от самой мысли об оплате. В то же время, он понимал, что метать бисер солидному бизнесмену ни к чему. Что для него те крошки, которые зовутся гонораром детектива?!

"Так что, все-таки, происходит?"

Ветер, сострадая обиженным и удрученным, влетел порывом в открытые окна, прошелся по залу, пошевелил тюлевые занавеси и притих. Сумерки накапливались и постепенно в кафе стали включаться настенные бра. Остывающий воздух наполнился ароматом уличных цветов.

Пребывая в шоковом состоянии, Ян, тем не менее, сочувствовал несчастному Кириллу и с некоторой долей облегчения думал, что подобные потрясения испытать ему, наверняка, не придется. Вспомнил Афродиту с соблазнительной улыбкой, и с тоской подумал, как она хороша… была. Оптимистично заверил себя, что разберется со всем непонятным здесь, закроет это дело, даже если его придется начинать с нуля и ничего за это не причтется от оскорбленного или негодующего клиента. Это дело чести! Непременно съездит в деревню и попытается вернуть строптивицу. Скажет что-нибудь о своей симпатии. Девушки любят подобные слова. Помирится и вновь окунется в райскую жизнь, привезет в город, познакомит…

В этом месте своих размышлений он запнулся.

А в качестве кого привезет? Для жены, вроде, рановато – мало знакомы, чтобы связывать воедино судьбы. Да и жениться не собирался лет еще двадцать. С мамой в коммуналке и вдвоем тесно. Снять жилье не по карману. Может, уехать в деревню и продолжать заниматься сыскной деятельностью? Но кому нужно малоизвестное агентство там? Кто поедет туда просить помощи, когда подобные есть ближе?! Никто. Не настолько знаменит. Не Шерлок Холмс, в конце концов! Он нахмурился, отвлекся от своих мыслей и услышал неизбывную тоску в голосе бизнесмена, решившего поговорить вслух:

– Значит, имеет кого-то на стороне. Это крах всей моей жизни: бизнеса, семьи, любви. Вставай, поехали к… пока еще… моей… жене, чтобы выяснить, почему и зачем у нее все так сложно. Семью разбивать не настроена?! Два мужика лучше, чем один?! Прижмем к стенке фактами. Выложит все – никуда не денется. Думаю, сегодня объявится, потому что "актриса" вернулась. Погляди-ка, как удобно! И там, и здесь…

– Не возражаю ехать! – встрепенулся сыщик "всех времен и народов". – Происходит нечто такое, что постичь мой бедный ум не в состоянии. Хочу взглянуть на вашу даму, услышать ее голос и убедиться лично, что все именно так, как вы предполагаете. Ошибка подобного рода непростительна для детектива. Непростительна, уверяю вас. Нет-нет, не возражайте!

Кирилл заторопился к выходу и больше не сказал ни слова. Возможно, даже ничего не слышал из того, что пытался донести до него уязвленный Ян.

Не глядя, пригласил сесть в дорогущий автомобиль. И тот не смел возразить, что рядом у него стоит свой, и он ценит личное пространство, и не хочет быть в тягость, и его дело не кататься в авто клиентов, так как это не этично, и прочее, прочее, но не тот день был, не тот момент, когда можно настаивать.

Впервые он уселся в мягкий салон и ощутил настоящий комфорт. Осмотрелся, как настоящий автолюбитель. Оценил, но своего "монстра" обижать заменой, даже в будущем, не собирался. "Пока он в состоянии выносить меня, я буду выносить его, да простит меня дедушка за крамольные мысли". Его разморило. Голова стала клониться, и незаметно он задремал. Волнения и коньяк сделали свое коварное дело!

Заметив входящего детектива, Софья поняла все сразу:

– Вижу, встретились вы, и что-то вам неясно…

Она поднялась с дивана, и Ян увидел перед собой незнакомую женщину. Похожа, но… не она просиживала вечера в кафе, покупала билет, ехала в поезде, гостила в деревне.

– Что я вижу на этих фотографиях, жена моя любимая?! – иронично спросил Кирилл, бросая на диван пачку фото. – Меня ждет нелегкое испытание и нужно смочить горло. Ян, будешь?

– Спасибо, но мне достаточно, – отказался детектив и задержал дыхание, чтобы не икнуть ненароком. Он и так был нетрезв, но пытался сохранить оставшуюся ясность ума, чтобы услышать пояснения и не заплутать в их лабиринтах.

– Ничто тебя не ждет, если не станешь себя накручивать! – резко бросила Софья, заставив мужа тем самым остановиться на полпути к буфетной стойке. – Начнем с того, что ревность твоя не знает границ! Ты следишь за мной постоянно. Я всегда об этом знала, но теперь ты перешел все мыслимые и немыслимые границы и нанял даже детектива, желая непременно все выведать.

– Ты скрытничала, и я заподозрил плохое!

– А хорошее нельзя заподозрить?! – повысила голос жена и подбоченилась. – Кирилл, пойми меня правильно. Пожелай я изменить или завести любовника, то обвела бы вокруг пальца тебя, как нечего делать! Почему ты мне не веришь?! Разве я давала повод? Отпусти детектива, рассчитайся. Работу он сделал, а наши разговоры оставим за пределами его ушей.

– Вынужден с вами не согласиться, – скромно подал голос Ян. Он чувствовал себя очень неуютно. Мыслимое ли дело: потратить столько времени впустую. – Дело чести узнать, как я попал впросак. Меня-то вы, точно, обвели вокруг пальца.