Надежда Паршуткина – Звёздная пыльца (страница 10)

— Да, огромное спасибо за всё, — добавил Алик, и его тёмные, внимательные глаза изучали моё лицо, словно он пытался прочитать в нём что-то очень важное, какую-то тайну, известную лишь нам троим.

Мы сели завтракать, перебрасываясь лёгкими, ничего не значащими фразами, за которыми скрывалось целое море невысказанного.

— Эти оладьи… они просто волшебные, — сказал Мэтт, щедро заливая их душистым мёдом. — В Звёздном Флоте такого не готовят.

— Согласен, — кивнул Алик, отламывая кусочек. — И мёд… он какой-то особенный. Словно в нём заключён вкус всего самого хорошего, что есть на этой планете.

— Да, это с нашей местной пасеки, — ответила я, чувствуя, как по щекам разливается предательский румянец. — Пчёлы собирают нектар с ночных цветов, тех, что цветут только при лунном свете.

— Понятно, почему от него немного кружится голова, — тихо, почти про себя, произнёс Мэтт, и его взгляд встретился с моим. — Он опьяняющий.

Затем мы пошли к Инге — у неё была старая, но неизменно исправная машина, пережившая, казалось, не один десяток лет. Она открыла дверь, и её огненно-рыжие кудри, как всегда, выбились из небрежного пучка.

— Привет, Хлоя! — крикнула она, но её взгляд уже скользнул за мою спину и загорелся неподдельным интересом. — Ой, а это наши пациенты уже на ногах! Ну что, капитаны, как самочувствие? Сломанные кости напоминают о себе? — Она подмигнула Алику, которого в больнице опекала особенно старательно.

— Инга, — вежливо кивнул Алик. — Всё в порядке, спасибо. Вы оказали нам неоценимую помощь.

— Пустяки, милый, пустяки! — она захлопала ресницами, поправляя полу своей цветастой блузки. — Для таких храбрых парней — всегда пожалуйста. Так вы уже и от Хлои сбегаете? Не задержались надолго.

Мэтт, стоявший чуть поодаль, фыркнул и первым протиснулся на заднее сиденье, скрестив руки на груди.

— Корабль сам себя не починит, — буркнул он, глядя в окно. — Чем быстрее мы туда доберёмся, тем лучше.

Мы поехали. Инга, сидя за рулём, не унималась.

— А вы знаете, Алик, — начала она, бросая на него взгляд через зеркало заднего вида, — у нас тут неподалёку есть Озеро Слёз Феи. Невероятно красивое место, особенно на закате. Вам обязательно стоит его увидеть, пока вы здесь. Я могла бы быть вашим гидом.

— Спасибо за предложение, — сухо, но вежливо ответил Алик, не отрывая взгляда от пейзажа за окном. — Но сейчас все наши мысли заняты ремонтом.

Я сидела, глядя на его затылок, и ловила его быстрые взгляды в зеркало — не на Ингу, а на меня. И каждый раз, когда наши взгляды встречались, моё сердце делало непроизвольный скачок.

Когда мы наконец подъехали к месту падения «Шмеля» и машина остановилась, в салоне на мгновение повисла тишина. Мы вышли. Корабль по-прежнему лежал в огромной воронке, но вокруг него уже виднелись следы вчерашней работы — разложенные инструменты, аккуратные стопки деталей.

— Ну, вот мы и здесь, — сказал Алик, поворачиваясь ко мне. Его лицо было серьёзным, в уголках губ затаилась лёгкая грусть.

— Да… — я не знала, что сказать. Все слова казались пустыми и ненужными. — Удачи вам с ремонтом. Если что… вы знаете, где меня найти.

— Спасибо за всё, Хлоя, — тихо произнёс Мэтт, подходя ближе. Его обычно насмешливый взгляд сейчас был невероятно серьёзным. — За… за кров, за заботу. За всё.

Он нерешительно протянул руку, и я пожала её, чувствуя, как по ладони снова бегут те самые мурашки, такие знакомые и такие тревожные.

— Не за что, — прошептала я, и голос едва не подвёл меня. — Вообще-то, это я должна вас благодарить.

Алик тоже сделал шаг вперёд. Он не предлагал руку, не пытался обнять. Он просто смотрел на меня — глубоко, пронзительно, словно пытаясь запечатлеть в памяти каждую чёрточку моего лица.

— Это не прощание, — сказал он твёрдо, и это прозвучало не как надежда, а как обещание. — Мы ещё увидимся.

— Увидимся, — только и смогла выдохнуть я, кивая, чувствуя, как по щеке скатывается предательская слезинка.

Они развернулись и пошли к своему кораблю — два высоких, немного неуклюжих в своих новых, но чуждых им одеждах силуэта на фоне искорёженного металла. Я стояла и смотрела им вслед, пока они не скрылись внутри аварийного шлюза, чувствуя, как в груди разверзается огромная, холодная пустота.

— Ну что, полетели? — раздался рядом жизнерадостный голос Инги. — Думаю, им ещё не раз понадобится наша помощь. Особенно твоему молчаливому капитану, — она подмигнула, но её веселье уже не могло развеять тяжёлую пелену на моём сердце.

Они уехали. А часть меня, самая тёплая и живая, казалось, уехала вместе с ними, оставив внутри лишь тишину и щемящее чувство ожидания.

Глава 14

Хлоя

После того как мы отвезли парней к их кораблю, дорога назад казалась неестественно долгой и пустой. Машина Инги громко тарахтела, нарушая лесную тишину, а её мысли, казалось, работали ещё громче.

— Ну что, — начала она, сверкнув на меня хитрым, оценивающим взглядом, едва мы выехали на прямую дорогу. — Признавайся, сестрёнка. Который тебе больше запал в душу?

Я уставилась в окно на проплывающие мимо серебристые стволы деревьев, чувствуя, как внутри всё сжимается в тугой, тревожный комок.

— Не знаю, Инга. Честно. Они оба… хорошие. И оба… какие-то особенные.

— «Хорошие» и «особенные» — это не ответ, это уклонение! — она фыркнула, но тут же сменила тактику, её голос стал заговорщицким. — Ладно-ладно, раз тебе сложно выбрать, и они оба тебе просто «симпатичны», тогда уступи мне Алика. Молчаливый, загадочный, с такими грустными глазами — это как раз то, что нужно для моей коллекции впечатлений. Ты ведь не будешь жадничать? Одной тебе двух звёздных капитанов не надо!

Я резко повернулась к ней, чувствуя, как по щекам разливается горячий, предательский румянец.

— Я не говорила, что мне всё равно. И я не собираюсь никого «собирать» или «делить».

— Но ты же сама сказала, что оба нравятся! — парировала она с непоколебимой уверенностью, как будто это была непреложная истина. — Так не бывает, Хлоя. Ну не может один человек всерьёз интересоваться двумя сразу! Это… неправильно! Одному человеку столько мужского внимания просто ни к чему. Так что не жадничай. Делиться — полезно!

Я промолчала, уткнувшись лбом в прохладное стекло. Она была одновременно и права, и ужасно неправа. В её логике не было места этому странному, двойному притяжению, которое я чувствовала. Это путало ещё больше.

Через пару дней Инга созрела для нового плана. Блестящего, стратегического, по её мнению.

— Представляешь, они там, в своей металлической банке, наверное, одни сухари из запасов жуют, бедняги, — заявила она, энергично размахивая деревянной ложкой на моей кухне. — Давай сварганим им что-нибудь настоящее, домашнее и отвезём. Под благородным предлогом помощи. Мало ли, им мои целебные мази снова понадобятся? Я же их лечила, я несу моральную ответственность!

Я не смогла отказаться. А если честно, то и не захотела. Мы устроили целую кулинарную операцию — напекли хлеба с душистыми травами, потушили овощи с кореньями, собрали свежих ягод и испекли сладкие лепёшки. Всё это аккуратно уложили в большую плетёную корзину. И снова поехали по знакомой, уже ставшей почти родной, дороге.

Когда мы подъехали к «Шмелю», парни как раз копались в открытом технологическом отсеке, весь в потёках тёмной смазки и металлической пыли. Увидев нашу машину, они вылезли наружу, и на их усталых, сосредоточенных лицах расцвели настоящие, широкие улыбки.

— Смотри-ка, наша служба спасения и реабилитации решила провести внеплановую проверку! — воскликнул Мэтт, вытирая испачканные руки.

— Мы подумали, что гуманитарная помощь никогда не бывает лишней, — улыбнулась я, протягивая тяжёлую корзину.

— Вы просто волшебницы, — просто и очень искренне сказал Алик, и его тёплый, благодарный взгляд на секунду утонул в моём, заставив сердце ёкнуть.

Мы устроили импровизированный пикник прямо на мягкой траве у подножия корабля. Ели, смеялись, болтали обо всём на свете. Инга, не теряя времени, включила всё своё обаяние, засыпая Алика вопросами о звёздах, далёких мирах и космических странствиях. Он отвечал вежливо, но довольно скупо, и его взгляд постоянно, словно намагниченный, возвращался ко мне.

И тут Инга, решив, видимо, что пора переходить в решающее наступление, выпалила.

— А знаете, сегодня у нас на Речном озере грандиозный праздник — Ночь Огненных Лилий! Это самое красивое зрелище в году. Вы, как гости нашей планеты, просто обязаны это увидеть! Поедем с нами? Разомнётесь как следует, отдохнёте от своих транзисторов и конденсаторов.

Парни переглянулись. Мэтт пожал плечами, глядя на Алика.

— А что, почему бы и нет? — сказал он. — Мы тут уже третий день дышим озонированным воздухом. Пора и культурную программу посмотреть.

— Согласен, — кивнул Алик, но его взгляд был прикован ко мне. — Смена обстановки действительно будет полезна.

Мы снова были в пути, и на сей раз настроение было другим — приподнятым, праздничным. На берегу Речного озера уже кипела жизнь. Воздух дрожал от смешения музыки — где-то играли живые инструменты, где-то пели, — смеха и сладких, пряных запахов уличной еды. Само озеро было усыпано сотнями плавающих светящихся цветов — настоящих огненных лилий, чьи лепестки излучали тёплое золотисто-оранжевое сияние, отражавшееся в тёмной воде.