Надежда Олешкевич – Экзамен на выживание, или Двойные неприятности (страница 33)

– Поешь, – кивнул лекарь.

На полу рядом со мной сидел Лари и заглядывал в рот, реагировал на каждое движение, готов был в любой момент вскочить и отведать брошенного ему лакомства. На его голове расположился Пиппи. Он смотрел в любую сторону, только не на меня. Даже реплик никаких не вставлял, хотя мы находились здесь достаточно долго.

– Мам, не пора ли присмотреть за лавкой?

– Да? – удивилась она и словно расстроилась. – Да, точно. Оставлю вас. – Похлопала она меня по ладони и поднялась.

Сняла фартук, несколько раз обернулась, словно проверяя, не сбежала ли я, и все-таки покинула кухню.

– Мне кажется, или твоя…

Овиан вдруг наклонился, подцепил изгибом пальца мой подбородок и накрыл мои губы своими. Мягко, но требовательно. Будто имел полное право на подобную вольность, теперь мог в любой момент дня и ночи, лишь по одному своему желанию вот так целовать. Я же к стулу приросла. Приятно, волнительно, но… Это что он себе надумал?!

Парень довольно усмехнулся, сел ровно и пододвинул ко мне тарелку с пирогом.

– Ешь.

– Тебе не кажется, что…

– Нет. Ешь, Кьяра. У тебя истощение и нужно восполнить силы естественным путем. Ты должна опустошить эту тарелку.

– Что еще я должна?

– Кьяра, – вздохнул он, – давай не сейчас. Просто поешь, хорошо?

Лари высунул язык, посмотрел жалостливо. Все в его нетерпении говорило, что он-то точно готов съесть. И не только пирог, но и саму тарелку, только дайте, дайте! А ведь совсем недавно умял огромную миску каши, куда в него столько лезет? Зато кузнечик демонстративно промолчал. Я поджала губы, не желая поддаваться приказному тону, но парень вдруг положил ладонь поверх моей, сжал ее.

– А я пока расскажу, как нашел тебя. Договорились?

Пришлось согласиться. Я чувствовала себя в крайней степени неловко, потому что его прикосновения, слова и взгляды теперь вызывали во мне негодование. Да, мы недавно целовались, но делали это под одеялом, там было темно. А здесь светло и… И вообще, у меня есть Васиан! Мы с ним вроде как договорились стать парой.

В общем, там было помешательство. Великолепное, головокружительное, самое яркое в моей жизни, вот только продолжать нельзя. Я просто поддалась моменту, пережила сложную ситуацию, а потому нуждалась в чем-то необычном, живом. А Овиан просто рядом оказался. Вот и все объяснение. Вполне логичное и приемлемое.

– Хорошо, рассказывай, – согласилась я и притянула к себе пирог. Сделала глоток ароматного фруктового чая.

– В целом все просто. Я случайно увидел на улице твоего кузнечика. Он сказал, что ты в беде. Вот и бросился на выручку.

– Кавалер, ты врешь.

– И я так думаю. Как Пиппи мог сам освободиться?

– Кавалер, скажи этой мелкой двуногой, что я Октониус дир Пиппероли Великий, самый быстролапый кузнечик на континенте. Меня не так-то просто удержать.

Я посмотрела на фамильяра, но тот демонстративно отвернулся.

– Идем туда, – постучал он лапой по голове Лари, и мохнатый зверь сел с другой стороны Овиана, подальше от меня.

Правда, спустя мгновение будто невзначай начал подтягиваться обратно, высунув длинный язык. Наверное, надеялся еще на кусок пирога.

– Узнал, что тебя схватили гоблины, отправился на поиски двенадцатого дома.

– Погоди, в чем ты соврал?

– Ни в чем?

– Давай правду. Ты следил за мной?

– Допустим, – передернул плечами Овиан и с хмурым видом облокотился на стол. – Ладно, твоя взяла. Увидел в городе, как ты по барахолкам ходишь, решил понаблюдать издалека. Ты ведь ради артефакта в город выбралась, но никто не захотел такой делать, верно?

– Вроде того, – не стала утаивать я и положила в рот кусочек пирога.

Вкусный! Сочный, с легкой кислинкой. Он прямо растаял на языке, оставив после себя желание попробовать еще.

– Не хотел вмешиваться, но ведь ты любишь находить проблемы на свою голову, – заинтересованно посмотрел парень на мои губы.

Я слизала с них джем, сделала пару глотков чая. Намеренно пропустила мимо ушей последнюю реплику.

– Потом увидел, как в дом, где ты скрылась, забежали гоблины. Не успел им помешать – слишком много было. Проверил квартиру, нашел там Пиппи, ударил мужика по голове, отправил записку законникам, отыскал нужный дом, облил его огненным зельем и дождался темноты. Все.

– Кавалер, ты врешь, – снова подал голос кузнечик. – Ты не бил моего мучителя, а проткнул его нос теми ужасными палочками.

– Пустяк, – усмехнулся парень под моим напряженным взором. – Подумаешь, просто направил его штуки ему же в мозг, чтобы ближе было. Потом залечил все, можешь сходить и проверить.

– Кавалер, ты врешь, – важно сказал Пиппи и постучал лапой по уху Лари.

Пес подошел ближе к старшекурснику, кузнечик перебрался на его руку, сел на плечо.

– Между штуками в носу и твоей желтой светящейся магией было не только «потом», почему ты такой забывчивый? Мой мучитель стонал и кричал, плакал. Жевал белые камешки, плевался ими.

– Немного погорячился, – нервно дернул уголком губ Овиан.

Я удивленно выгнула брови. Нет, почему лекарь? С какой стати не выбрал другую специальность, более подходящую его буйному нраву? Ему на боевой факультет бы пойти.

– Ларн жив хоть?

– Мучители не мрут!

– Я сдал его законникам, пусть разбираются, – ответил старшекурсник.

– Тогда надо съездить туда, все рассказать. Гоблины хотели переселять сознание в дирлингов, и Ларн им в этом способствовал.

– Законники разберутся сами, Кьяра. Я могу отправить анонимную записку с твоими словами, но тебя туда не отпущу. С ними связываться – себе же хуже.

– Ты настолько не веришь в этих бравых ребят?

– А ты веришь?

– Я – это другое. У меня свои причины не доверять никому.

– Вот и у меня они есть.

– Расскажешь? – улыбнулась я и подперла голову кулаками.

– А ты?

– А что я?

– Ты расскажешь о себе, своем прошлом, как попала в Ильсарру?

– Зачем тебе это знать? – фыркнула я.

– То же самое спрошу у тебя.

– Мне просто интересно, – невольно поежилась под его тяжелым взглядом.

– Аналогично, Кьяра. Простой интерес к девушке, которая мне нравится.

Меня будто оглушило звоном. Я пораженно выгнула брови, пытаясь понять, не послышалось ли. Хотя чему здесь удивляться, что-то подобное он уже говорил в таверне. Но вот готова ли я принять, и что мне с этой информацией делать?

– Полагаю, я тебе ничего не должна, – опасливо произнесла, указав на печку, за которой мы недавно обнимались.

– Думаешь, это была цена за мою бракованную помощь? – жестко усмехнулся парень, словно ему не понравился вопрос. – Нет, Кьяра, там был обычный поцелуй.

– Поцелу-уй, – вставил слово кузнечик. – Запоминай, Лари: когда двуногие облизывают рты друг друга – это поцелуй. Понял? Запоминай, чтобы потом мне не приходилось повторять.

– Тогда что ты попросишь? – Оторвав взгляд от зеленого, снова посмотрела на лекаря.

Он резко подался вперед, что мне пришлось вжаться в спинку стула. Сузил глаза. Стал опасно-грозным, вызывающим интересный трепет внутри – будто началась игра, и мне в ней отведена главная роль.