Надежда Олешкевич – Экзамен на выживание, или Двойные неприятности (страница 28)

Ого, как далеко мы заехали, почти на самую окраину города. Ну почему так? Теперь пешком я точно никуда не доберусь. Придется тратиться.

– Сбежать, – закончил за меня парень. – Как от лекаря сбежала.

– Да нет, что ты?

– Не ври, Норкси. Я не люблю, когда меня используют. Поэтому, в качестве наказания, познакомишься с моей семьей. Я девушек никогда не приводил, но ты будешь исключением. У мамы появится тема для разговоров. Она целый вечер станет расспрашивать тебя обо всем на свете и рассказывать о нашем доме, который якобы любит, но где не может усидеть больше пары недель. Я использую тебя, Кьяра. Отвлеку от себя внимание родителей. И тогда мы будем в расчете, – прошептал он мне на самое ухо, так тихо и как-то приятно, что я невольно расслабилась, даже заулыбалась, будто все это обычная игра, а не настоящая жизнь, где я ехала со своим новым парнем к его аристократической семье.

– Ты настолько мстителен? – повернула я к нему голову.

– Это еще пустяк, Кьяра. Я способен и на большее.

– О нет, с кем я связалась?! – С улыбкой начала выбираться из его рук, но он лишь сильнее прижимал меня к груди.

Мы вовсю шутили, даже смеялись. Я окончательно расслабилась и перестала задумываться, как выпутываться из очередной западни. А ведь надо! Знакомство с родителями – это слишком серьезный шаг. Мы только сегодня стали парой! Нельзя настолько небрежно относиться к подобным вещам. Тем более я… другая, даже не из обеспеченной семьи, прямо с улицы, я воровка, которой не место в роскошном доме богатеев.

– Вот и приехали, – сказал воздушник, едва экипаж остановился. – Кьяра, только не переживай. Мои родители достаточно простые. Со своими древними убеждениями, но в целом мирные.

Я сдержанно улыбнулась. Заметила двигающуюся навстречу карету, на которую можно было бы сзади запрыгнуть. Нужно ли выждать удачный момент.

Вот Оли вышел из экипажа первым, осмотрелся. Вот я тихонько открыла другую дверцу, готовая к прыжку.

– И-ху! Приключения! – слишком громко воскликнул кузнечик, и я сорвалась с места, надеясь, что смогу второй раз за сегодняшний день сбежать.

Глава 3

– Нет, я за такое не возьмусь, – получила я четвертый отказ за два дня.

– Хорошо, – пыталась я не отчаиваться, – тогда не подскажите, кто смог бы сделать мне подобную иглу?

– Фрэнк с Перьевого переулка. Или Хорджис, вот Хорджис точно сможет, он рукастый старичок, хоть и ворчун редкостный.

– Спасибо, – хлопнула я ладонью по столешнице и вышла на улицу.

Вздохнула полной грудью, убедила себя, что все нормально. Подумаешь, что к Фрэнку я уже обращалась, а он даже слушать меня не стал, мол, говорю какие-то глупости. Второй же упомянутый человек вообще куда-то исчез, и соседи ничего толком не знали. Сказали, правда, что-то про надоедливых гоблинов, но при чем здесь они – я не поняла.

В общем, дело плохо.

И несмотря на то, что мне удалось сбежать от Васиана, теперь меня везде преследовала неудача. Буквально во всем! Словно проклял кто.

– Мелкая, твоя сумка холодная, я в волосы хочу.

– Ты недавно то же самое про них сказал и перебрался в сумку. Сиди там, не дури мне голову, – произнесла я, осматривая широкую улочку Тильдера на предмет подходящих для моей задумки вывесок.

Вот только вряд ли в городе будет много артефакторов. Если самые именитые мне отказывали, не желая связываться со столь сложной материей как душа, то что говорить о более простых мастерах? Почему тогда Льерн взялся? Наверное, он просто не додумался сразу, что будет проблематично достать нужную душу, когда в теле две. А эти сразу все поняли и смекнули, что лучше не иметь дело с проблемным заказом, который, вероятно, не удастся реализовать.

– Я не дую тебе в голову, я там греюсь. Пусти в волосы, а? У тебя ушко теплое.

– Нет.

– У-у-у, ты хуже моего мучителя. Вот знал я, что не нужно с двуногими связываться. Они жестокие и не разрешают под ушком греться. Мелкая-я, ты сейчас заморозишь Октониуса дир Пиппероли Великого, а что потом делать без меня будешь, а? Я мерзлый не такой восхитительный, говорить не смогу.

– Идеальный план, – отстраненно кивнула я и направилась к вывеске «Чарующая безделушка».

Правда, не нашла там ничего для себя ценного, побродила по городу в поиске других лавок с магическими штучками.

– Что-то у вас ничего впечатляющего нет, – осматривала я уже третий по счету магазинчик на предмет чего-то по-настоящему стоящего. Порой бывает, что продавцы сами не понимали, что попало им в руки.

– Как же? – не согласилась увешанная бусинами на волосах женщина. – Вот, вот, разве это не находка?

Она протянула мне заколку, повертела в руках, помогая бликам света играть в ней и под определенным углом делать ее невидимой. Но вот проблема, попробуй наклони так голову, чтобы лучи попадали именно в нужную точку.

– М-м, нет.

– Или вот. – Достала торговка глиняный сосуд и бросила внутрь палочку. Перевернула. Оттуда назад ничего не вывалилось.

– Оно за стенки зацепилось, что вы мне голову морочите?

– Да! Как смеете обманывать нас, великих? Да мы из академии пришли, мы ма-аги! Мы самые сильные и умные, я сейчас как качать начну-у-у.

Я сняла кузнечика с плеча, затолкала его в сумку. Женщина же прищурила глаза, пожурила меня пальцем и наклонилась за прилавок. Выпрямившись, протянула мне монокль.

– Из сокровищницы самого ректора, – прошептала торговка, словно открыла мне великую тайну, о которой не решалась никому сказать. – Поговаривают, у него все-все можно найти, любой вид артефактов, какие бы диковинки ни создавались умельцами.

– Тогда как это попало к вам? – скептически осмотрела я безделушку.

– Увы, печальная история. Его хозяин окаменел и больше не подает признаков жизни. Но что мы о грустном? – подмигнула мне женщина. – Он показывает истину.

Я хмыкнула, покрутила предмет в руках. Глянула мельком через него, но так, чтобы не показать, что меня он заинтересовал. Отложила в сторону. Поспрашивала предназначение других диковинок, постоянно кривила нос, делала недовольный вид. По итогу взяла именно монокль, но смогла сбросить с него треть запрошенной цены.

– Не понимаю, мелкая, зачем тебе этот прозрачный кругляшок. – Постучал по стеклу кузнечик. – Он делает страшные вещи!

– Страшные? – удивилась я и спрятала приобретение в сумку.

– Да-да, мой мучитель надевал такой на глаз, и тот становился огромным. Не очень красиво, когда глаз увеличивается. Это ненормально и… страшно. А потом мучитель начинал переселять кого-нибудь в кого-нибудь. Я вот боялся, что внезапно стану Лари. Не очень хотелось быть мохнатым и хвостатым. Мне мое тело очень нравилось.

– Переселять? – заинтересовалась я услышанным. – Слушай, Пиппи, а не навестить ли нам твоего мучителя? Какая там была улица? Не Ветров ли?

Кузнечик от ужаса выпучил глаза, вытянулся. Наверное, даже потерял дар речи. Зато мне идея наведаться к этому часто упоминаемому человеку казалась все заманчивее, учитывая, что с покупкой артефакта как-то сразу не задалось. Не искать ведь его перед академией, там точно не найду. Вряд ли магия оставила доступ к моим выброшенным вещам, она не сжалится.

Злопамятная!

Подумаешь, обманула ее пару раз, но это когда было? Ладно, несколько дней назад, когда проезжали купол, но все для дела, для спасения хорошего человека.

– Мелкая, ты пошутила? – осторожно потыкал меня за ухом кузнечик.

– Я вообще часто шучу, Пиппи? – спросила я, быстро шагая в нужном мне направлении.

Под ногами скрипел снег. Щеки щипало от легкого мороза.

– А кто знает, что ты считаешь шуткой? Вот я всегда серьезен, потому что мне по статусу не положено веселить окружающих. Но ты двуногая и пока еще тоже великая… Может, сначала мою жалобу отправим? Тогда ты перестанешь быть великой и тоже сможешь шутить. Мелкая, – осторожно позвал меня кузнечик, тыкая за ухом.

– Мы идем к твоему мучителю, это не обсуждается.

– А, я понял. Ты наслушалась про Лари и тоже решила его спасти? Я всегда знал, что моя двуногая – благородная.

Мимо проехала карета. Я перебежала дорогу, придерживая свою сумку. Проходя возле таверны, замедлилась, подумав, не перекупить ли для начала, потому как неизвестно, куда моя задумка приведет.

В общем, через час я снова двигалась по намеченному пути. Кузнечик за это время убедил себя, что мы отважные спасатели, и теперь оживленно рассказывал, какой Лари хороший. Глупый, шерстяной, но совсем не плохой, даже несмотря на то, что пипирку на зуб пробовал.

Улица Ветров на этот раз показалась какой-то менее привлекательной. Некоторые дома выглядели запустелыми, потому как хорошие хозяева не стали бы держать окна раскрытыми в такую погоду. Показалось, будто в темноте одного из них мелькнула тень невысокого существа, но я не стала заострять внимания и направилась к дворику сыродельни.

Мне не составило труда отыскать нужную дверь, за которой жил Ларн, то самое достояние Тильдера, достающее из животных нутро. Задержалась, правда, немного.

– Не стучи, – сказал Пиппи. – Давай как в прошлый раз. Пни дверь ногой, чтобы та едва не отвалилась. Вот шуму-то бу-удет. Мучитель сразу испугается и отдаст нам Лари. Погоди, мелкая, а зачем тебе он, когда у тебя есть я?

Я не стала слушать кузнечика. Достав отмычку, достаточно быстро справилась с замком и надавила на ручку. Мое появление оповестил негромкий щелчок. Я осторожно сделала шаг, рассматривая заваленное барахлом помещение.