Надежда Мунцева – Талантливые дети Баюна и другие сказочно интересные истории для умных людей (страница 4)
– Уиуиуи, аяйяйяйяй, плюмс, плюхс, блямс, – почему-то не добавляло ни капли душевного спокойствия друзьям.
Горыныч прибавил ходу. Лету…скорости, корочь. Он, чуя недоброе, начал приземляться, не снижая скорости.
Тормозной путь сделал бы честь мелиораторам! Чуть не врезавшись в гору, под истошные: «МАМОЧКА, ПАПУЛЕЧКА! Да ты что творишь, змеюка летучая?!» Лаюна, успел- таки притормозить за три сантиметра перед, и, не обращая внимания на сползшего в полном оммороке, Лаюна, ринулся внутрь.
Лаюн, поняв, что никто его из обморока доставать не собирается, быстро ринулся за ним. Котовское любопытство оно из любого астрала вытащит!
На громадной куче алмазов сидел и горестно рыдал дракон.
Его слезы, падая вниз, и создавали эти самые «плюхи», многократно усиленные акустикой пещеры. Тоже самое происходило с рыданиями.
– Дружище, что с тобой?! – встревожено взвыл Горыныч, увидев такое горе, потом огляделся, совсем забеспокоился, и взмолился, – ну, успокойся, успокойся! Пока сель не вызвал! Не плачь! Всё решим! Что с тобой?!
– У мнняяявааа…. у мнуууююююуууй….у мняяяаааяяааа …– бессвязно и совершенно непонятно прорыдала чешуйчатая громадина, пытаясь справиться со слезоразливом, на самом деле, грозящем уже выйти из всех берегов.
Запасливый Лаюн откуда-то вытащил десятилитровую емкость. Откуда не спрашивайте! Чесслово не знаю! Эти котовские хитрости они такие, что вас вместе с диваном порталом куда закинут, а вы и не заметите!
После третьего кубка дракон пришел в себя. Чуть, чуть.
И продолжая судорожно вздыхать, но уже хотя бы без слез, рассказал жуткую историю.
Пока он искал чем бы ему скуку разбавить, да приглядывался к окрестным принцессам, хорошеньким, право слово, группа адептов местной академии прокралась в пещеру, и не убоясь грозного и ужаса потырила алмаз.
Самый большой в его сокровищнице! Да что там! Самый большой во всём мире! Честно, честно!
– Совсем эти детки берега попутали! – тяжко вздыхал Миранг, протягивая кубок за очередной порцией успокоительного.
– А откуда ты знаешь, что это студиозусы? – аккуратно спросил Лаюн.
– Они мне записку оставили. Расписку типа. Что обязуются оплатить с первой зарплаты! За самый большой в мире алмаз! С первой зарплаты! Он им для декоктов понадобился. Спесфисисских…
– А почему не пообещали просто вернуть?
– Как?! Как?! Они его разбили на части!!! – горе Миранга было неподдельно глубоким.
– Алмаз разбили?! – вытаращились Горыныч с Лаюном.
– Ага! – закивал Миранг, – эти студенты всё могут! Что им алмаз, если они кабинет ректора разнесли! Бессмертные!!!
Миранг рассказал свою душераздирающую историю, и печально уставился в показавшееся дно бокала.
Горыныч сочувственно вздыхал. Он-то понимал, что значит, утратить самый ценный алмаз коллекции!
Лаюн о чём-то сосредоточено думал.
– А если вернуть тебе его части? – осторожно спросил он дракона.
– Хотя бы так, буду смотреть, и вспоминать, какой он был…
Лаюн ещё немного подумал.
– Я пока ничего не обещаю. Но если у меня получится, ты поможешь мне в одном важном деле?
Миранг с надеждой посмотрел на кота:
– Да в чём угодно!
– В чём угодно не надо, – покивал головой пушистый интриган, – а вот для хозяйки моей найти самого его, самого, того самого, надо будет.
– Всех рыцарей на бой вызову! Всех! Дожидаться не стану, пока они клич кинут! Но его найду! – торжественно икнул Миранг, протягивая Лаюну кубок.
На том и порешили. Горыныч остался с драконом. Друга поддержать. Да и список трав, врученный ему женой жёг через кожу набрюшного кармана. А значит, обещание надо выполнять.
Иначе потом не то, что слетать куда, да, даже на рыбалку за углом пещеры не отпустят!
А Лаюн отправился в путь.
Ох уж, эти встречи!
Лаюн бежал по дорожке, и рассуждал. Это ж очень даже хорошо рассуждается, когда дорожка стелется, ты бежишь, мысли сами крутятся, крутятся, крутятся. Вот он этим и занимался. Бежал и мысли гонял.
Следы студиозусов он легко снял в пещере. Те даже и не додумались их затереть. Двоечники, явно! Презрительно подумал кот, снимая их отпечатки. Носом, конечно.
И дракон легко бы сам мог это сделать, вернувшись к себе. Но тут адептикам не то кто подсказал, не то просто сказочно повезло.
Миранг вернувшись домой, к себе в пещеру, начал линять! В этом и была главная для него засада!
Пока не перелиняет полностью, не может стать человеком. А искать в образе громадной туши человечков в их каменных или деревянных коробочках, такое себе удовольствие. Они легко бы от него по щелям защемились.
А чем дольше он их не может найти, тем больше вероятность, что они таки сумеют найти способ истолочь осколки в пыль для декокта своего! Вот как пить дать!
Потому и был Миранг в таком горе и печали.
Времени, как понимал Лаюн, было у него не очень много. Потому как камень просто разбить на это у студиозусов запала хватило. Но вот раздробить его в пыль посложнее. Это было на лапу Лаюну. НО! Кто их этих юных гениев знает! Лучше поспешить!
Вот и спешил котик, поспешал. А так как на дорожку его щедро накормили, чтоб успел до города добежать и не оголодать, то его «бежал», больше было похоже на «катился».
– Ко, ко, ко…– на тропинку прямо перед котом вылетел лопоухий заяц.
И застыл, глядя на кота вытаращенными в ужасе глазищами.
– Ко, ко, ко…– сделал он вторую попытку.
– Чего квохчешь? – немилостиво спросил Лаюн, заступившего ему дорожку зайца.
– Ко, ко, ко, – заяц никак не мог справиться с речью, но потом получилось, – ко, ко, колобок я тебя съем!
– Ты где здесь колобка видишь?! Ко, ко, ко! – передразнил его кот, – у нас с ним одно сходство, в первом слоге!
– А где колобок?! – выпалил косоглазый.
Чем больше он таращился на Лаюна, тем сильнее становился косым.
– Я не за него! – открестился Лаюн, – слышь, ты! Дорогу дай! Не то…
Лаюн от злости, что ему мешают пройти, резко распушился, становясь раза в четыре больше себя.
Удлинились клыки и когти. Заяц окосел окончательно, глядя на всё это.
– Понял, что сейчас может случиться, если не отойдёшь?! – рыкнул кот.
– По, по, по, понял! – протрепетал заяц, резко спрыгивая с тропинки.
Свалившись на ожидавших его лису, волка и медведя, робко проквохтал:
– Ко, ко, ко, колобка подождем? – и зажмурил глазенки, понимая, что может случиться сейчас, когда Колобок мимо них пролетел.
– А там кто был?! – взревел медведь.
– Ко, ко, ко…– опять начал заикаться, точнее продолжил заяц.
– Колобок?! Так чего ты нам головы мутишь?! – рыкнул волк.
– Кто Колобок, я Колобок?! Ну, всё, вы меня достали! Так меня ещё в жизни не оскорбляли!
Разъяренный Лаюн забыл о времени, забыл о цели своего следования. Забыл обо всём, кроме этого «ко».
И полетели клочки по закоулочкам! Досталось всем! Медведь, стыдливо прикрывая внезапно оплешивевший зад, пытался влезть на дерево.