Надежда Мунцева – Талантливые дети Баюна и другие сказочно интересные истории для умных людей (страница 2)
Ягуся всплеснула руками, и кинулась накрывать праздник. Такое дело надо было отметить!
Предприум, сынишка Баюна, обладавший предприимчивым характером и задатками будущего бизнесмена, задумчиво смотрел на всю эту радостную суматоху.
– На десятку! – через пару дней гордый Предприум протянул к Ягусе лапки, гордо показывая целых десять монеток, – я сдал на десятку!
Он горделиво повел головой, глядя на то, какое он произвел впечатление, и ожидая заслуженных похвал за свою удачливость в сделках.
– Что ты сдал? – не поняла Ягуся.
Баюн поднял очки, в которых читал очередную научную работу по продлению долголетия. Ему это было не надо, но вдруг кто сможет помочь людям? Интересно же!
– Да, там, на чердаке какая-то пыльная тряпка висела, серая, большая, мне за неё старьевщик десять монет дал!
Баба Яга изменилась в лице, и полетела скачками на чердак. Ссыпавшись оттуда ураганом буквально мгновенно, она с угрожающим видом, растеряв все слова, пошла на удачливого бизнесмена, гордо показывающего свою добычу братишкам и сестренкам.
Выражение лица Хозяйки почему-то заставила Предприума сжаться, спрятать лапку с монетами за спину, и попытаться найти пятый, а лучше седьмой угол.
– А, ну! Пошли твоего старьёвщика искать!!! ЖИВО!!! – рык Ягуси звоном отозвался от всех горшков, – мою шубу, почти новую, Окомиром подаренную, твой предприниматель за десять монет сдал! – проревела она в сторону выронившего томик папаши.
Баюн громко охнул, и схватил сынулю за шкрябник.
Предприум, ничего не понимая, за что и почему, вон Мягиньку за пятерку как хвалили, да ещё и монеток никто не видел, а его за десятку трясут, обещая выдрать хвост, и оставить без сливок на неделю, куда-то волокут! Что за несправедливость!!!
И потом долго не мог понять, почему старьевщик, с подкрашенным фиолетовым пятном глазом, злобно смотрит на него, приезжая в деревню.
И никогда, никогда ничего больше не покупает!
P.S. рассказ почти с натуры. Когда я была маленькой, и жила на родине, во Фрунзе, к нам во двор приезжал шурум- бурум. Он принимал макулатуру, тряпки, взамен давая нам, ребятишкам шарики на резинке, трубочки гуделки, и прочую детскую радость.
Ну, откуда же мне было знать, что невнятная серая меховинка, это бабушкин норковый воротник, споротый с пальто перед химчисткой?!
Спасла бабушкино пальто бдительность второй бабушки. Или случайность. Она вовремя заметила, что я его упихиваю в узелок вместе с другими тряпками.... Мда…
Но согласитесь, упоительно вкусная сладкая вата и шарик на резиночке, гораздо, гораздо лучше какой-то там, серой, странной тряпочки, в которую даже куклу не завернуть!
Лаюн, сын Баюна
Лаюн, сын поучил своё имя не просто так. С самого малого котячества он так мяукал, что люди вокруг подпрыгивали в испуге, оглядываясь в поисках большой собаки.
Что этому способствовало, никто не знал. Баюн даже какое-то время косился на супругу. Но сын был похож на него исключительно. До последней шерстинки на хвосте. Он даже вибрисы приподымал надменно как папочка.
И Баюн смирился. В конце концов, во всём этом была немалая польза. Думаю, пояснять какая не надо, я вас слишком уважаю, чтобы раскладывать такие очевидные вещи.
Рос Лаюн красивым, пушистым, на диво обаятельным котиком с огромной, всей в папочку, котовской харизмой. Во всех планах.
Его внешняя харизма настолько была велика, что иногда приходилось поворачивать голову боком, чтобы пролезть в щель между заборными досками.
Когда пришло время, для него и хозяйка нашлась. Добрая. Ибо каждому котенку от Баюна нужен свой хозяин!
Они на одной территории с такими родственными харизмами не уместятся.
Ведьма, к которой пошел жить Лаюн, была старой подружкой Ягуси, и давно просила котенка.
Но, то сама куда-нибудь свинчивала, то котят почему-то очень быстро разбирали. И получилось у неё вот только с Лаюном.
Но, видимо, каждой ведьме – свой кот. И потому зажили они душа в душу.
Одно только расстраивало Лаюна.
Ведьма его была холостой. Незамужней, простите. И замуж пока идти не собиралась.
С одной стороны оно вроде как даже и хорошо для котика. Всё ему, ему одному. И ласка, и сливочки, и место на диване. Это с одной стороны.
А с другой он прекрасно осознавал, что будь у него хозяин, может хозяйка не так часто бы его мыла своими шампунями! На мужа бы отвлеклась. Было бы кому плешку намыливать.
Откуда плешка у молодого мужа? Ну, вы спрашиваете!
Любая уважающая себя ведьма найдет за что плешку проесть! Просто как приключений на пятую точку найти. Или ещё проще.
А с хозяином и на рыбалку можно сходить. Валерьяночки тяпнуть. Ну, если ведьма позволит. Да и вообще, мужской дух в лесной избушке, это вот прямо очень, очень правильно!
Лаюн не раз намекал на это хозяйке. Но та только смеясь, отмахивалась. Мол, мне ещё только двести пятьдесят! Куда спешить?!
Лаюн, будучи котом мудрым, получившим в наследство всю отцовскую память, хорошо знал, что молодость, к сожалению, дело легко поправимое. И каких-нибудь ещё лет двести, двести пятьдесят и всё! Аля, улю! Не видать Избушке пеленок, не слышать топота маленьких ножек.
Не то, чтобы он сильно за этим скучал. Понимал, что потом придется беречь хвост активней. Но благородно был готов на такие жертвы. Заранее. За ради счастья хозяйки.
Но как её в это счастье загонишь, если она от него на метле, да в ступе сваливает?!
Лаюн долго думал. Очень долго. И всё бы может быть, было бы легче, не женись Горыныч!
Уж чего-нибудь бы они в четыре головы-то сообразили бы. Но что выросло, то выросло. Змей женился, остепенился. А когда расстепенялся, то один вид Горочки со скалкой и чугунной сковородкой, мгновенно возвращал его в сто десятую степень степенности. Или двести двадцать пятую. По обстоятельствам.
Поэтому Лаюн находился в растерянности и задумчивости.
Должна вам по секрету сказать, что было у Лаюна множество полезных качеств. Про качество во время сваливать с места разбитого горшка или сорванных занавесок, думаю, можно было и не упоминать. Это его сородичи по клану все умеют.
Но вот одним из очень, очень важных было умение заговаривать зубы.
Ой, не в смысле обводить вокруг пальца…Тьху ты…нет, нет! Не вешать лапшу на уши. Мамоньки, батеньки, сколько же у этого словосочетания синонимов! Но все мимо!
Он умел в прямом смысле заговаривать зубы. Боль в смысле снимать. Походит вокруг несчастного со вздутой щекой сидящего подперев оную скорбной ручкой, походит. Что-то помурлычет. Хвостом вокруг щеки обведет. И всю боль как рукой снимает! В смысле, лапкой. И не только боль, но и отек, и вообще, причины этого.
Представляете, какое полезное умение? И оно ему не раз пригодится. Да, да. О чём вы скоро узнаете. Но немного позже.
Надо же сначала вас познакомить, как следует с новыми героями, да? Думаю, да.
Но было ещё одно, что расстраивало Лаюна гораздо больше, чем холостая жизнь хозяйки. Ах, да. Одинокая. Ладно.
Ей всё время казалось, что у неё есть лишний вес! Всё время!
Несмотря на то, что любимая метелка напоминала, что ведьмочка сможет спрятаться за её черенком, ничего не помогало! Та то и дело садилась на диету.
И не обращая внимания на стоны того, на что села, сидела на ней упорно и целенаправленно.
У какого кота, спрашиваю я вас, у какого кота нервы выдержат смотреть на салатики из салатиков, на салатики из шпинатиков. На капусту в салате. На салат из морковки с капустой и прочие извращения? А?! Да ни у какого!
Что только Лаюн не делал. Он и ложился на салаты, жертвуя своей шикарной шерсткой, и внутренне замирая от предчувствия скорой помойки. Его помойки. Шампунем.
Он грыз капусту и салаты, сверкая огнём самопожертвования.
Да что там! Он даже крыс знакомых приглашал, чтобы те за сыр, за сыр, друзья дорогие, за сыр, покоцали противные зеленушки.
И что больше всего возмущало Лаюна, то что ни единого разочка в меню всех этих диетов, не появился корень валерианы. А?! Каково?!
Короче, думаю, вы и сами понимаете, как жизненно необходимо было для Лаюна заполучить союзника. Уж вдвоём-то они что-нибудь обязательно бы придумали!
Но решения никак не находилось. Вот никак!
Лаюн уныло смотрел любимый фильм, «Кавказская племянница», вроде, так да?
И ещё унылей жевал последний отбитый в страшной драке кусочек буженинки. Потому что, хозяйка опять садилась на стонущую диету, и с завтрашнего дня в доме всё опять обещалось зазеленеть.
А вот был бы у него хозяин! Даже если бы хозяйку не удалось сбить с пути диетического!
Сходили бы они на рыбалку…эх…
Лаюн мечтательно почмокал. И вдруг его осенило!