Надежда Мамаева – Попасть в историю. Злодейка в академии (страница 53)

А Рик, не подозревая о моих мыслях, продолжил:

– Я не могу тебя не оберегать, Бри. Не могу не заботиться. Но делаю это вот так, как умею…

– Неважнецки у тебя пока выходит, – резюмировала я. – Но, знаешь, я тоже постараюсь… Научиться принимать тебя со всеми недостатками, даже если ты состоишь только из них…

Да, я тоже была из тех, кто не признается в любви. Но это не отменяло того, что я его любила. Всем сердцем. Это я сейчас поняла предельно ясно. И, как только пришло это осознание, злиться на дракона я больше уже не могла. А вот спросить, как этому невозможному крылатому удалось так быстро отыскать моего, вернее, уже нашего подозреваемого – еще как получилось!

– И как ты его нашел? – поинтересовалась я у Змея.

– Вчера ты упомянула, что он первокурсник, боевик… – невозмутимо перечислил Хант.

– Да. Но на полигоне была целая группа таких, – не преминула возразить я.

– Но память-то у меня пока есть, так что лицо адепта в круге я запомнил. Ты же подсказала, где мне обладателя оного искать… Остальное дело было за малым – допросить.

Как я не закипела – сама не знаю! Вот ведь гад этот Змей! Значит, при первом нападении на принца он всех запомнил, как и я. И молчал!

– И как прошел допрос? – старательно пытаясь быть если не спокойной, то хотя бы не кровожадной, спросила я.

– Очень быстро. Я лишь успел узнать, что это племянник герцога Морье – министра финансов и верного помощника императора – и что именно дядя направил нашего подозреваемого на боевой факультет. А затем вошла ты, и мы, собственно, выяснили, зачем именно парню с его не самым бойким нравом понадобилось поступать непременно сюда.

Я на это мысленно хмыкнула: ну да, если сила прет через край, проще всего ее сбрасывать там, где она максимально расходуется. А там, глядишь, через пару лет малец сумеет взять ее под контроль. А к тому времени либо его робость уйдет, либо он сам уйдет… на другой факультет.

Что ж, зато теперь выяснилось, почему на допросе у Ханта боевик был столь испуган: по духу парень был явно не из воинов. Пока – так точно.

– Жаль, что не он наш убийца, – выдохнула я. – А такая надежда была на браслет… Да и выглядел он как хорошо замаскировавшийся наемник. Я уже хотела восхититься так талантливо сыгранной трусливостью и неуклюжестью…

– Нет, все не напускное, а настоящее, – возразил Хант. – Да и сомневаюсь, что Морье позволил бы кому-то из своих родственников хоть помыслить против короны. Старик телом и душой предан Владыке. Так что у нас остается последний кандидат.

– Угу. Леди Симменс, – подтвердила я и предупредила: – Но если, Рик, только подумаешь сунуться к ней один, я тебя убью.

– Обещаю. Мы явимся к ней вместе.

– Обещать – не значит явиться, – фыркнула я.

– Клянусь, мы пойдем вместе, – явно смирив раздражение, ответил Хант. После слов зарока последовала неяркая вспышка: небеса стали свидетелями слов дракона. И после этого Хант добавил: – А теперь я тебя спущу из окна, а ты, будь добра, дорогая, дождись меня у крыльца общежития.

– Зачем? – не поняла я.

– Пр-р-ровожу на занятия, – рыкнул Змей, справедливо опасаясь, что я могу по дороге на лекцию куда-нибудь да вляпаться. И это будет далеко не лужа на дороге…

Так что меня спустили из окна. На этот раз не на веревке, а на магическом аркане. Оному в исполнении дракона я доверяла. Абсолютно.

А вот реши подобный использовать мои одногруппнички – я бы точно упала и расшиблась. У них на обычную-то веревку сил едва хватило, а уж чтобы удержать при этом не только мой вес, но и плетение – точно нет.

Так что, едва очутилась на земле, направилась к входу в общежитие и чуть нос к носу не столкнулась с Сисиль, которую сначала приняла за главную героиню: уж больно бывшая любовница принца и Од были похожи. И дело не только в цвете волос. Рост, манера одеваться (Сисиль явно старалась подражать Златовласке), и прическа… Только выражение лица экс-фаворитке не удалось: слишком было надменным и мрачным.

– Не видишь, куда идешь? – шикнула она на меня, когда я, повернув из-за угла, чуть не врезалась в блондинку.

Едва не съязвила в ответ, что врезаться в других, видимо, для блонди дело привычное: то в меня, то в Медного, но удержалась. Лишь поправила сумку на плече и обошла эту сопевшую от негодования аристократочку…

Химериус же, едва я скрылась за кустом, выглянул из торбы и поинтересовался:

– А кто это был? Знакомое такое ощущение. Я уже чувствовал в академии подобное…

– Бывшая принца, Сисиль, – отозвалась я и в свою очередь поинтересовалась: – А что за ощущение?

– Не поверишь, родное, – выдал Норс и добавил: – Но не в хорошем смысле этого слова, а в том, когда родню не выбирают…

– Странные у тебя ощущения, – заметила я.

– Да нормальные, – насупился напарничек и тоном пифии, которая вот-вот напророчит какую-нибудь гадость, добавил: – Мне вот, например, недавно еще кое-что показалось…

– И что же?

– Что твой Хант за тебя готов не только убить, но и умереть… А у драконов это значит только одно: ты крупно попала, напарница. И поиски нашего наемника по сравнению с этим – сущая ерунда.

Глава 13

Вот выдал так выдал… Все, Лизка, живи теперь с этим, называется. И почему-то в слова напарничка как-то легко поверилось. И даже маячившая в последней главе плаха стала не столь страшна. Ведь до нее еще нужно было дожить. А дракон – вот он, туточки, рядом.

К слову, о рядом… Едва я подошла к крыльцу общежития, как из его дверей появился Рик. Уже одетый. И мало того, одетый безукоризненно настолько, что его вид вызывал подозрений больше, нежели будь он весь помят, взлохмачен и с пятном крови на груди. Потому что те, кто настолько идеально выглядят, уже точно закопали труп своего врага под ивой, уничтожили все улики и свидетелей и привели себя именно в такой порядок.

– Разреши тебя проводить на занятия, – с этими словами Змей предложил мне свою руку, которую я и приняла.

И мы пошли. Неспешно и чинно, как будто недавно и не выясняли отношения в раздевалке. Вот только мозг, паразит, то и дело подкидывал мне образ Рика в помывочной, отчего кончики ушей горели огнем. Благо распущенные волосы это скрывали…

Впрочем, и на занятиях мысли у меня были далеки от учебы и перескакивали со Змея на леди Симменс, с нее – на тревогу, что финальная глава уже близка, а с ней и эшафот, а потом – на слова виверна, будь он неладен, затем снова на Рика… И так по кругу.

Так что к ужину я вся извелась. А от нервов у меня разгорался аппетит, так что в столовой я чувствовала себя тем человеком, который даже в преисподнюю захватит с собой бутерброд, чтобы перекусить. И хуже всего, что свидетелем всего этого был Рик, который, как назло, решил меня не только провожать, но и встречать… Так что за столом я разрывалась от двух желаний: как следует поесть и произвести хорошее впечатление. Как итог – произвела незабываемое, съев за пару минут всю отбивную, томленые овощи, а еще салат, закуски, десерт и выпив морс.

Удивительно, но Змей, кажется, этому даже не удивился, сам расправившись со своей едой по-военному быстро. М-да… Кажется, романтические неспешные ужины в ресторанах можно смело вычеркивать… Или, если удастся найти убийцу, наши трапезы станут более неспешными?

А пока же спешить стоило нам. За окном уже начало смеркаться, и, хотя до закрытия ворот академии еще было время, мы со Змеем решили, что тянуть до последнего не стоит, и вышли в город. Правда, я предварительно переоделась в удобные штаны, рубашку и куртку, сложила в сумку все амулеты, которые могли бы понадобиться, и те, что навряд ли могли бы быть полезны, вроде заколки, изменявшей оттенок волос. В процессе сборов трижды вытащила из сумки виверна, каждый раз повторяя химериусу, что безопаснее будет наблюдать за всем издали, с ветки… Норс, соответственно, четыре раза залез в торбу, утверждая, что так ему удобнее наблюдать… В общем, я плюнула и оставила чешуйчатого там. Убьется – сам виноват.

Вышла я из общежития к ожидавшему меня у дверей Змею, когда вечерние густые сумерки, словно мягкий бархат, окутали все вокруг.

– Готова? – спросил Змей, окидывая взглядом мою фигуру.

– Даже если и нет, разве есть варианты? – ответила я и по взгляду дракона поняла: еще как были – остаться мне у себя и подождать, пока он все сделает сам. Но слишком многое стояло на кону, чтобы я доверяла кому-то абсолютно. Даже самой себе, так что…

Мы вышли из ворот академии в полумрак узких мощеных улиц, что терялись в тени высоких домов с черепичными крышами. Свет редких фонарей, едва пробивающийся сквозь густую пелену вечера, рисовал на камнях причудливые узоры. В воздухе витал аромат свежевыпеченного хлеба и пряных трав, а из грязных подворотен сочился запах сточных канав.

Мы миновали площадь, где по выходным собирались горожане на ярмарки и праздники. Теперь здесь царила тишина. Лишь ветер играл с опавшими листьями. Вдалеке слышался звон колоколов ратуши, ознаменовав наступление ночи.

Сквозь ставни на окнах домов пробивались слабые огоньки свечей. Простые горожане готовились ко сну и не подозревали о тайнах и интригах дворца, о готовящихся переворотах и покушениях на принца, о недругах короны… Они просто жили. И я хотела так же – просто жить. А приходилось служить. Канцлеру. И я себе не принадлежала…