Надежда Мамаева – Попасть в историю. Злодейка в академии (страница 49)

– Всего-то разок плюнул, – проворчал виверн. – И вообще, тебе надо быть не такой мстительной. Поотходчивее. Не держать на напарника зла.

– А я и не держу… – мрачно отозвалась я, подходя к полуобгоревшей занавеске.

– Угу. Ты держишь нож! – заметил Норс и поспешил отодвинуться от меня в дальний угол подоконника. И с относительно безопасного, на его взгляд, расстояния продолжил: – К тому же…

Химериус не договорил. Его заглушил треск ткани.

Я же, избавившись от прожженной тряпки, выкинула ее в зачарованное ведро, на которое было наложено заклинание утилизации, и поинтересовалась:

– Меня больше интересует: где так долго был ты?

– Так на поединок смотрел, – ничуть не смутился виверн. – Победа, кстати, досталась рыжему, а его противнику – расквашенный нос. И обоим – сутки ареста. Едва поединок закончился, их в карцер отвели…

– Точно в карцер? – впившись в химериуса взглядом, спросила я. Хотя надежда на то, что, будучи под конвоем, Медный мог организовать покушение, была, мягко говоря, сомнительной.

– Точнее не бывает, – заверил Норс. – Магистр как появился рядом с драчунами, как щелкнул пальцами, так на запястьях обоих адептов сразу браслеты и появились. Заковал преподаватель, значит, драчунов, чтоб магию заблокировать. Рыжий еще орал, что права не имеют использовать кандалы и, вообще, он студент по обмену. И это произвол. А потом пришли старшекурсники – штук шесть, не меньше – и прямиком недодуэлянтов в карцер повели.

Пока я слушала рассказ химериуса, меня терзали смутные сомнения: уж не магистр ли Фопс Грёгг застал бой Медного? Уж больно метод наказания был знаком – кандалы. Последние, к слову, так и лежали у меня в сумке: все забывала отдать их преподавателю. Но то было лишь предположение. А вот что точно стало ясно: рыжего можно вычеркивать из списка подозреваемых. Потому как он просто не мог оказаться в двух местах одновременно: и статую толкать, и речь перед преподавателем за свои права и свободы. Так что… Теперь точно осталось только двое подозреваемых. И я выясню, кто из них убийца…

В общем, поставила на завтра себе цель. А сама прилегла на кровать. Думала – на пару минут, но сама не заметила, как, рассказывая химериусу подробности покушения на принца, задремала. А очнулась оттого, что кто-то пытался меня сожрать.

Острые зубы впились мне в бок, отчего я проснулась. Резво так. Аж подскочила с кровати. И увидела рядом химериуса, который деловито, с видом того, кто готов на многое, но способен на все, нацелился еще раз меня цапнуть.

– С ума сошел? – возмутилась я. – Или с голоду?

– Вообще-то я за тебя переживаю! – фыркнул виверн и захлопнул пасть несолоно пожевавши.

– А ощущается, как будто ты за меня пережираешь. Вернее, меня, – возразила чешуйчатому.

– Я как мог, так тебя и спасал! В смысле будил! – насупился напарничек. – Видишь поисковую нить?

После этих слов Норс кивнул на едва заметный след заклинания. Он был не толще волоса, полупрозрачный, с отсветом алого, и тянулся ко мне.

– Вот демон! – выругалась я.

– Думаю, это не демон, а всего лишь наш убийца, – заметил химериус.

М-да… Похоже на то. Наемник решил поработать сверх плана: устранить принца, а меня ликвидировать бонусом. Подарок от фирмы, так сказать. Но ничего. Сейчас выражу ему свою глубокую, как могила, ответную благодарность. Я ведь девушка очень взаимная. Так что от меня всегда уходили с тем, что приносили: в основном с неприятностями, проклятиями и переломами. А судьбы или костей – это уж как получится… А вот этот гость не уйдет. Его унесут. Ногами вперед.

С такими мыслями я сначала соорудила на кровати из одежды и подушки муляж имени меня, отринув всякую иллюзорную магию. Ее опытный наемник почувствует, как пропойца запах первача – за три квартала.

Вот только демонова поисковая нить… Выдаст ведь, зараза! Пришлось отрезать прядь волос и осторожно перекинуть на нее заклинание, а затем аккукратно положить на кровать. Все. Ловушка готова!

Так что, покончив с делами постельными, я представила перед мысленным взором плетение Пламени Бездны. Правда, пока тоже не активировала, чтобы, как и иллюзией, не спугнуть визитера.

Прикинула, куда бы лучше встать, чтобы удобнее было прилож… в смысле приветить гостя. Выбор пал на угол рядом со шкафом.

Напарничек же радостно попрыгал под прикрытие одного из сундуков, откуда удобнее всего было бы наблюдать за происходящим. Норс явно был воодушевлен. Во-первых, появился шанс поймать наемника, не рискуя жизнью принца, а лишь моей. А во-вторых, химериус наконец-то лично присутствовал при важных событиях, а не проворонил их.

Хотя, возможно, напарничек и в этот раз умудрился бы пропустить если не все, то начало уж точно. Химериус и не заметил, как беззвучно поползла в сторону оконная задвижка, которую кто-то аккуратно поднимал заклинанием. Лишь после того, как я указала чешуйчатому на нее взглядом, он сообразил, в чем дело, и замер.

Меж тем медленно начала приоткрываться створка, петли которой, похоже, только что смазали. А в комнату стали сочиться сонные чары.

«Однако, как деликатно ко мне решили вломиться», – подумала я, чувствуя, как заклинание, которое так и зудело на кончиках пальцев, рвется наружу.

То, как пытались проникнуть в комнату, вызывало отдельное восхищение! Сразу видно: работал профессионал. А когда темная фигура скользнула на подоконник, бесшумно, молниеносно перетекла на тот каплей ртути, так что и скрипа не слышно, я даже возгордилась: все же когда тебя приходит убивать не дилетант – это приятно! Значит, как минимум боятся и уважают.

Мужские сапоги меж тем мягко пружинили, умудрившись каким-то немыслимым образом договориться с вечно скрипучими половицами. Ни одна доска, паразитка такая, ни звука не издала! А мужская рука и не подумала коснуться откоса. Правильно… Там у меня была охранка на случай таких гостей.

А незваный посетитель не торопился подойти к постели. Словно хищник, почуявший засаду, он оглянулся. Я не могла как следует рассмотреть его силуэт, лишь увидела руку, что держала белый носовой платок. От него-то и тянулась к подушке алая нить.

Да и столь ли важно было, как выглядит тип, если спустя секунду все, что останется от него, – это минус. И тот между двумя датами на надгробной плите. Ну, может, еще и пятно сажи на моей стене. А художником оного будет атакующая сфера…

И тут на ладони пришлого вспыхнул пульсар.

Мое тело среагировало само. Заклинание, так рвавшееся наружу, ослепило пламенем, чтобы в следующий миг сорваться с пальцев и устремиться в незваного гостя, пока он не успел убить меня. И тут-то, в свете огненных отблесков, я увидела лицо пришедшего по мою душу гостя. Знакомое такое лицо. С четко очерченными скулами, губами, сжатыми в линию, волевым подбородком, глазами цвета тьмы… Змей!

Я не успела ничего. Ни сделать. Ни подумать. Лишь доля секунды отделяла Рика живого от пятна сажи. И хоть что-то изменить уже было нельзя. Слишком ничтожное расстояние, чтобы уйти от удара, слишком мало времени, чтобы выставить защиту, и никаких шансов, чтобы выжить.

Но Рик смог! Швырнул навстречу моей сфере свой пульсар, а сам увернулся-таки от летевшего ему в лоб смертельного заклятья. Причем не куда-то вбок, а вперед, сиганув под него через всю комнату, как опытный ныряльщик – под волну.

И все бы ничего, но только конечной точкой приземления Змея оказался как раз мой угол и… Такой сногсшибательной встречи у меня ни разу в жизни не было. В обеих жизнях!

Мужское тело врезалось в меня, повалив навзничь, когда оглушительно грохнуло. Правда, то был взрыв или мой затылок, припечатавшийся об доски, – так и не поняла. Да и некогда было осознавать. Я была слегка занята, очутившись зажатой меж полом и Змеем.

Рик навис надо мной, как сама неизбежность. Довлел, как демонов эпилог! Но чтобы я покорилась обстоятельствам? Да ни за что! Мое колено согнулось прежде, чем я это осознала. Хант охнул, но, против ожиданий, не откатился и даже не сложился пополам.

– И как это понимать? – возмущенно выдохнула я, имея в виду все и сразу, чувствуя, как ладони Змея крепко сжимают мои плечи, не давая и надежды пошевелиться.

– Бри? – оставив мой вопрос без ответа, меж тем выдохнул Змей, глядя на меня, словно в первый раз увидел.

Он больше ничего не сказал, да и я не торопилась начинать светский разговор. Подходящих культурных слов как-то больше не находилось, бранных, впрочем, тоже. Наконец, спустя, кажется, целую вечность, когда я смогла цензурно говорить (но не мыслить), все же спросила:

– Какого… рожна ты сюда полез?

Рик нашелся не сразу, сглотнув, он произнес:

– Не какого, а какой… Захотел увидеть тебя еще раз, мое стихийное бедствие! Но какое окно твое – не знал, так что пришлось запустить заклинание поиска и последовать за ним.

– Последователь ырков! Я же тебя чуть не убила! – выпалила я в сердцах.

А Змея хоть бы проняло. Нет! Вместо этого он улыбнулся, будто я пообещала ему все сокровища мира.

– Если твоя ведьма не пыталась тебя убить хоть раз, значит, у вас неполноценные отношения, – выдал этот непрошибаемый и неубиваемый дракон.

– А у нас отношения? – из вредности спросила я и возразила: – И никакая я не ведьма!

– Еще какая ведьма! Рыжая. Несносная. Из настоящего темного рода, – заверил дракон. – И отношения у нас есть. К тому же они полны ярких моментов.