Надежда Курская – Тайный цензор императора и кровь Чанъаня (страница 21)

Теплого приема для Начальника департамента казначейства никто не ждал, но он был оказан согласно этикету. Наместник разместил небольшую делегацию у себя в западной части поместья, предназначенной для приема важных гостей, где прибывшим чиновникам были предложены легкие закуски, вино и свободный проход на любую цветочную лодку. Однако, Цин Жу был не таким человеком, которого можно купить усладами для тела и души. Развлекаться он не любил, дома его ждала любящая жена, изменять которой в угоду собственных низших слабостей супруг не думал и не собирался впредь, о чем прямо заявил оторопевшему от такого прямого отказа Наместнику. И официальным тоном попросил подготовить для передачи собранные денежные средства и все отчеты, если они готовы, в любой момент готовый к подсчету слитков и опечатыванию сундуков с серебром. Наместник, рано обрадовавшийся приезду столичных гостей, грустно вздохнул и велел немедленно найти сборщика налогов и привести его в здание магистрата.

Вошедший тип был крайне неприятного вида, с редкими длинными усами, напоминающими тараканьи, потрепанное лицо было покрыто рыжими веснушками, а подобострастное[1]поведение быстро вывело Начальника казначейства из себя. После того, как все представились, Цин Жу перевел тему из весьма нескромных развлечений Чэнду в рабочее русло и потребовал выдать ему на руки отчеты и приготовить собранное серебро к пересчету. Хорошо, что запрошенное было исполнено быстро, иначе терпение Цин Жу уже подходило к концу. Выданные реестры и бумаги с виду выглядели слегка потрепанными, вызвав у него легкое разочарование. Эх, какая небрежность! А выставленные сундуки при беглом осмотре набиты серебром лишь поверхностно.

– Потребуется несколько дней для проверки. Можете быть свободны, – строго распорядился он, командуя в поместье Наместника Чэнду, желая, чтобы все поскорее удалились восвояси, особенно слуги.

Отчеты и реестры были у него в руках, но едва оказавшись в комнатах, предложенных для отдыха Наместником, Цин Жу заметил наличие лишних кроватей, что вызвало приступ смеха у приличного человека.

– Думали, мы только развлекаться с куртизанками приехали! – говоря это Гуанб Шэню, Начальник департамента имперского казначейства направился к столу, на котором наблюдались некоторые лишние детали, отвлекающие от работы. Он попросил своего помощника оставить на столе только нужные для работы вещи, а именно: писчие принадлежности, коробочку с тушью, подсвечник со свечами и чайный сервис.

Цин Жу выпил несколько чашек зеленого чая и призадумался, глядя на сложенные перетянутые белой нитью реестры. Проверять счета следует внимательно. Для такой работы нужна тишина и спокойная атмосфера расслабленности. С этого стола было удобно глядеть в открытое окно и ощущать дуновение ветерка. Шум уличного празднества начал отвлекать уже ближе к середине дня, а дразнящие и даже жгучие запахи непонятных блюд будоражили не только воображение и ноздри, но и заунывно урчащий живот, требующий чего-нибудь съестного.

Однако, как только Начальник департамента достаточно созрел для того, чтобы прогуляться по городу, чтобы своими глазами убедиться в существовании блюд, опознаваемых лишь по ароматам, рисовавших ему воображение, хорошая погода быстро сменилось сильным ветром и дождем. Город Чэнду был известен своей непредсказуемостью. Всего то час назад светило солнце, а сейчас хмурое небо да тучи, грозящие скоро вновь пролиться проливным дождем.

Он послал своего секретаря купить ему что-нибудь вкусного и желательно сделать это под навесом, игнорируя затрапезные лавочки. Гуань Шэн вышел, выпросив у встреченного в поместье слуги бумажный зонт.

Такая резкая смена погоды плохо влияла на настроение и самочувствии Начальника. Суставы болели от сырой погоды и долго держать шею в согнутом положении над бумагами, напрягая глаза, вызвало бы новые приступы боли. Отчего то глаза слипались и потянуло в сон. После принесенной еды работалось еще тяжелее. Ничего страшного, если он поспит днем и восстановит силы, ведь теперь у него есть надежный помощник, которому можно поручить важное дело.

Как же вообще было хорошо, что можно поручить свою работу кому-нибудь другому, а самому позволить немного отдохнуть, если б не погода, то он и сам бы все проверил и прогуляться бы тоже сходил. Так что эта поездка станет очередным испытанием для будущего карьерного роста молодого человека. И ему отдали на чтение и проверку крайне важные документы.

Сонная апатия чуть не захватила и молодого человека, который не страдал от ломоты в суставах в силу возраста, но хмурая погода все равно удручала, особенно когда ты лично познал ее превратности. Потребовалось несколько более углубленного чтения и столько же часов, чтобы разобраться в денежных делах города Чэнду и выписать колонками нужные сведения для сверки. Какие несколько дней? Сутки? Тут основной работы было то на несколько продуктивных часов! В самом начале нашлись ошибки, суммы в отчете не сходились на нескольких страницах, а дальше все стало понятно. Кое-кто намеренно занизил сумму предполагаемого ежегодного сбора в несколько раз, списывая обстоятельства, от которых зависел сбор, якобы продовольствия не хватало, народ бедствовал в последние неурожайные кварталы, Чэнду якобы страдал от незатихающих пожаров и продолжительных засух, от которых ничего не слышала столица. Обычное дело там, где целый год влажность заставляет изливаться потом. Пострадало множеством посевов, зерна склевали птицы, но не настолько же, чтобы выклевать целый урожай? Какая глупость!

Хитрый сборщик налогов думал, что столичные чиновники тоже ничего не сведущие глупцы? Или же собирается подкупить их, заплатив за раскрытие своего обмана, о котором, судя по всему, не ведал Наместник.

Цин Жу проспал глубоким сном до самого вечера, успело стемнеть и часовой на улице прокричал о наступлении позднего часа Собаки. Час свиньи, следующий следом за ним, считался уже комендантским и строго ограничивался свободой передвижения по городским улицам, по которым проходили патрули. Выходить из усадьбы Наместника было уже нельзя. Жаль.

Гуань Шэн доложился об исполненной работе проснувшемуся Начальнику, решившему завтра утром лично встретиться со сборщиком податей, чтобы потребовать объяснений и призвать виновного к ответу. Согласна традиции по данному требованию ему нужно было написать подробный доклад с объяснением причин почему так произошло.

Однако, утро началось не так как планировали. В назначенный час сборщик налогов не явился. Не явился он и после нескольких часов мучительно всех раздражающего томительного ожидания. Раздосадованный этим обстоятельством Цин Жу, для которого служба была чуть ли не важнее остальной жизни, позабыв о вежливости, которую он должен был соблюдать с Наместником, по рангу, находящемуся гораздо выше его, повысил тон голоса и важно потребовал:

– Где Ваш этот гнилой сборщик податей? У меня к нему важное дело! Врученным им вчера реестры у меня совершенно не сходятся по суммам!

Работу, полностью выполненную его юным помощником, даже не оценили по достоинству, не высказав ни слова похвалы, как само собой разумеющиеся завершение дела, присвоив всю славу себе. Секретарь на него не роптал. Обиды не затаил. Но так не могло продолжаться вечно – молодое упрямое сердце требовало общественного признания и призвания собственных заслуг.

Испуганный повышением голоса и тем фактом, что он может быть замешан в каких-то чужих махинациях, быстро сориентировался, перехватив инициативу и тот же тон собеседника, Наместник города Чэнду закричал на своих бестолковых слуг:

– Где этот засранец и обманщик Мань Юй!? Где он? Срочно разыщите и приведите его сюда! Полдня прошло, а его все нет!

Не явился он и по велению разозленного Наместника. За это время Гуань Шэн Мин успел пересчитать все количество зажжённых свечей в огромном холле для приемов и даже несколько раз пересчитать количество свитков, уже изрядно запылившихся на полках. Слуги в поместье и правда были бестолковы. Даже отсутствие чистоты и порядка на полках выдавало безразличие Наместника к внутренним делам провинции.

Тогда Цин Жу в сопровождении своего помощника и двух выделенных Наместником секретарей в сопровождении охраны поехали к дому, где жил сборщик податей Мань Юй.

Прибыв ко двору его дома они обнаружили его мертвым, лазуревого цвета одежда были покрыты и заляпаны кровью. Человек скончался от потери крови. Его ударили по затылку каким-то оружием или предметом, но достаточно весомым, чтобы человек от неожиданности нападения потерял сознание. Тело еще не успело остыть, крови натекло много, а это означало, что еще при жизни ему было нанесено множество ранений, представляя собой по итогу кровавое месиво.

Закончить свою нечестную жизнь столь ужасным образом не пожелаешь и врагу. Зато последняя по писку моды одежда, сшитая из парчи Шу цвета цин[2]кем-то, была старательно расправлена, даже все складочки на рукавах. Будущий цензор, стоявший позади в окружении двух секретарей, возомнил себя юным следопытом, подмечая для всех очевидные детали, зримые любому наблюдателю, но заметные лишь смекалистым людям, и слушал их разговоры: