Надежда Курская – Тайный цензор императора и кровь Чанъаня (страница 20)

Кухня здесь чарующая своими приправами и остротами, но годится не для каждого здорового желудка. Славится город Чэнду традиционными блюдами, обладающими настолько чарующими ароматами, что невозможно пройти мимо заведения, а покинув оное – не можешь напиться, чувствуя, что способен превратится в огненно-дышащего дракона от острой пикантности приправ. Чего только стоит один местный супчик под кричащим названием: «Похлебка пылающего языка»! Яркое название говорит само за себя – слезы будут обеспечены приезжему так точно, а местные жители уже не чувствуют вкуса как такового от смеси пяти жгучих перцев…

Если Вы любите праздничные развлечения, то здесь можно познакомиться с лучшей классической оперой и самыми известными театральными постановками.

Однако, если подходить к самому важному, то символом роскоши и богатства этого города была парча Шу. Чэнду именно так и называли Цзиньчэн или Парчовый город. В Чэнду следили за модой, несмотря на звание провинциального города. Одеяния в эпоху Тан подчеркивали естественную красоту и свободу людей. Стиль женской одежды этой эпохи отличался изяществом и утонченностью, при этом оставляя впечатление благородства. Одеяния Тан что мужчин, что женщин были похожи на экзотические цветы, напоминая яркую одежду коренных народов Корё. Ткани были воздушными и чрезвычайно тонкими. Украшения из натуральных камней – изысканными и притягивающими взгляд дороговизной блеска. Женская обувь изготавливалась в основном из шелковой ткани или плелась из пеньки и соломы, обязательно украшалась изображением раскрывшего крылья или парящего феникса. Прически старались делать такие, чтобы волосы обрамляли лицо и закрывали виски, хотя обычно волосы собирали высоко в пучок, делалось это для удобства – бамбуковая шляпа, защищавшая от дневного зноя, завершала облик.

Стоит упомянуть, что «правило широкого пояса» для мужчин никто не отменял. Древняя традиция требовала носить на поясе различные предметы, в том числе украшения, благодаря чему можно было определить ранг государственного чиновника.

И раз речь зашла о чиновниках, то было в прошлом помощника Верховного цензора Гуан Шэн Мина одно страшно запутанное дело, но именно это дело послужило началом его службы в цензорате.

В Чэнду об этом страшном деле помнят все: от малого до умудренного летами. Однако, все подробности этого дела были известны далеко немногим, в том числе нашему главному герою – ему тогда было как раз исполнилось двадцать два года. Молодость отличается особой смелостью и бесстрашием, умудренному же годами этого не понять, когда ценится стабильность и спокойствие каждого прожитого с облегчением дня.

Это событие произошло в седьмой месяц года Водяного Тигра, первый случай во время начала Фестиваля голодных призраков. Праздник голодного призрака пришелся на пятнадцатую ночь седьмого месяца и совпал с полнолунием и началом сбора урожая. На улицах города было празднично и шумно, ведь никто не спал этой ночью. Говорят, что убийство в ту страшную ночь совершили голодные призраки, вылезшие из темноты и не нашедшие чем поживиться, напали на людей, высасывая жизненную энергию и душу.

Все храмы в эту ночь не закрывались, там читались сутры, возжигались благовония и сгорало огромное количество свечей, так что от ладана и спертого воздуха было непривычно тяжело дышать. Несмотря на то, что всех храмах были зажжены все свечи, было даже странно, что ни одного пожара в эту ночь так и не произошло. Зато произошло жестокое странное убийство.

Чтобы задобрить голодных призраков в начавший страшный месяц монахи щедрой рукой бросали рис в воздух и в речную воду, чтобы разделить эту скудную пищу вместе с призраками. Лавочки в тот день были закрыты, люди выходили из домов на улицы и площади, чтобы посмотреть на праздничное шествие, послушать гипнотическое пение буддийских монахов. На каждой улице стоит жертвенник со свежими фруктами и дарами, возложенными на нем для душ, не нашедших покоя и ищущих отмщения. Эта ночь была создана для праздника не только призраков, но и людей. Каждый считает своим долгом и обязанностью опустить бумажный фонарь на воду и загадать исполнение своих заветных желаний. Чтобы через две недели выловить из воды фонарь и выставить его перед входом в свой дом до конца зловещего месяца.

Суеверные твердят, что первое убийство совершил призрак. Тому было даже несколько свидетелей. Те, кто видел призраков в эту страшную ночь, утверждают: «Что у них были длинные тонкие шеи, потому что их семья не отдала им должное при жизни, что их не накормили, не воздали почести и поэтому они тянут свои шеи к пище или к живым родственным душам».

Люди в страхе стали раньше возвращаться домой и запирать дома свои покрепче, укреплять заборы на придомовых территориях. Однако от призраков не было спасения даже в собственном доме за несколькими дверьми – зверские убийца продолжались…

В то время Гуань Шэн Мин даже не мечтал о должности цензора, будучи еще служащим в канцелярии казначейства. Его тогдашним начальником Департамента главного казначейства был Цин Жу – человек добропорядочный, но страшный педант и перфекционист, считал, что строгое соблюдение писаных правил и законов являлось главным смыслом в жизни человека. Ошибок он не прощал, провинившихся служащих в случае неподчинения или обхода правил строго наказывал публичной поркой. Славился дурной славой консерватора и в силу не конфликтного, но неуступчивого упрямого характера совершенно не имел друзей, зато каким-то образом добился такого высокого поста.

В обязанности молодого служащего была любая помощь: от посланца мелких поручений до помощника по ведению счетов под строгим руководством Главного казначея. Со временем проверка заполняемых секретарями реестров, в которых не допускались даже маленькой описки, стало скучным бытовым занятием, требующим лишь внимательности и минимум профессиональных знаний. Другие проверки Начальник департамента часто брал на себя, ибо даже своим людям не доверял, будучи дотошным во всех делах. Иной раз самостоятельно заполнял и составлял отчеты для императорского казначея о сборах в провинциях. Молодой секретарь, благодаря своей усидчивости, вскоре удостоился вовсе не повышения, став его помощником, а появлению новых обязанностей, теперь в ему можно было поручать проверку отчетов, поступающих от Наместников провинций о собранных податях за прошедший год.

С приставлением к Начальнику департамента казначейства молодого секретаря – сына уважаемого чиновника Министра дипломатии и главного посла империи Цин Жу стал все больше доверять ему часть собственной работы, отметив, что тот хорошо воспитан, умен, аккуратен и главное трудолюбив. Когда подошел очередной срок сбора податей Цин должен был отправиться в город Чэнду с инспекцией. Но все равно не хотел Жу брать с собой в Чэнду юного и неопытного молодого человека даже в качестве своего помощника. Но так некстати его первый помощник заболел оспой, а другой сослался на красную луну в месяц голодных призраков и суеверно остался дома, так невовремя ему понадобились отпускные дни, чтобы приглядывать за внезапно больной сестрой, за что потом получил выговор, когда выяснилось, что у нее, по словам лекаря оказался лишь мокрый кашель.

Император, ныне уже только пребывающей в небесах, но в те времена еще живой и здравствующий издал указ, в котором говорилось, что для благополучной доставки будущей государственной казны Ци Жуну дается сто пехотинцев и двадцать конных всадников для охраны и безопасной доставки в столицу провинциальных податей. Беспокойством озадачена верховная власть, ведь превыше всего имеет значение государственная казна, важно было, чтобы денежные средства ни минули мимо казначейства, не «потерялись» по дороге и не были растрачены нерадивыми чиновниками. В итоге выходило, что такое количество охраны не только могло обезопасить будущую казну от расхищения, но и от возможных растрат лицами, имеющими к ней временный доступ.

Получалось, что сам государь не очень доверял своим подчиненным и особенно чиновникам – страшное было время. Оно и понятно, даже к цензорам в то время было меньше уважения. Где же найти сановника с чистыми руками? Сейчас же страшно только от одного только произнесенного слова – «цензор». Потому как правящий нынче император Тянь Ши Хуан Ди предоставил им власть целых Шести ведомств, а не просто управление и разжалование чиновников!

В тот благословенный хорошей ясной погодой день Цин Жу прибыл в город Чэнду для встречи с местным сборщиком налогов, и в то ранее время еще не было обнаружено сразу два новых тела.

Осознание очевидной причины продолжающихся убийств не могли понять даже опытные коронеры. Но люди, уставшие от жизни в страхе, хотели одного: жить свободно и мирно, не боясь появления убийцы на каждом шагу.

Указом Наместника Чэнду приезжих не желали впускать через ворота. Велено было пропустить лишь после того, как городская стража несколько раз проверит подлинность врученного разрешения для въезда в город, уточнения причины, требования предъявить указ и просмотра пайдзы, и другие документы в качестве подтверждения цели прибытия.

Таким образом, после первого же препятствия в город въехала большая процессия на лошадях, сопровождаемая звонким стуком копыт и окруженная топотом пеших солдат. Элитный отряд из двадцати вооруженных воинов смотрелся очень воинственно, особенно угрожающе, с направленными, отпугивающими приближаться народ, обоюдоостро заточенными копьями. А впереди этой шумной процессии ехали глашатаи, звеня в бараны по несколько раз, оглашая улицы города о приезде чиновника высокого ранга. Обычно столичных приезжих встречает бродящая по городу толпа зевак. В этот раз город Чэнду, в котором оказался путешествующий Гуань Шэн, встретил удивительным безмолвием и даже тишиной. Их никто не встречал. Празднования велись во всех городах империи, однако, здесь часть городских улиц была перекрыта и окружена городской стражей непонятно по какому поводу, что затрудняло проезд. Пришлось ехать объездной дорогой, благо такая вообще была, что для провинции довольно уникально, в связи с чем проезжающая мимо процессия, направляющаяся к поместью Наместника, не заметила размазанную кровь на булыжной мостовой, затоптанную множеством двуногих и четвероногих.